Происходящие на польском политическом небосклоне изменения склоняют к размышлениям о польских государственных интересах и пересмотру приоритетов польской внешней политики на фоне вызовов, которые включают в себя политику российского неоимпериализма, многоуровневый кризис Европейского союза и относительно слабое (для создания гармоничного мирового уклада) лидерство США. Исходя из того, что польским национальным интересом остается сохранение национальной независимости при помощи укрепления суверенной государственности и цивилизационного развития в равноправных отношениях внутри международного сообщества, следует выдвинуть четыре тезиса.

Угроза российского давления

Тезис 1: Международное положение Польши зависит от той позиции, которую она занимает в регионе Восточной и Центральной Европы.

Ее способность принимать активное участие в международной (в особенности общеевропейской) игре зависит от способности консолидировать государства региона. Польша — единственное из более чем 20 государств, лежащих на пространстве между Германией, Россией, Италией и Турцией, чей экономический, политический, демографический потенциал, исторический опыт и геополитическая чуткость предрасполагают к формулированию региональных интересов и политических концепций, а тем самым — к созданию проистекающей из них политической воли в регионе и ее как можно более эффективного претворения в жизнь.

Подкрепленная этими факторами польская самостоятельность в международной политике выступает (или, скорее, может выступать) единственным условием и гарантией самостоятельности других стран региона. Самостоятельная игра Варшавы в «основном течении европейской политики», то есть в рамках большой европейской «шестерки» (с Германией, Францией, Великобританией, Италией, Испанией) или «Веймарской тройки» (с Германией и Францией) такой самостоятельности ни Польше, ни Центральной и Восточной Европе обеспечить не может. В составе этих групп из-за нашего скромного потенциала и региональной перспективы видения европейской политики наши интересы будут отодвинуты на второй план, политическая воля утратит четкие очертания и не сможет удовлетворительным образом претворяться в жизнь, в итоге Польша будет изолирована внутри своего региона и вместе с ним свернет на путь клиентелизма в отношении Германии или зависимости от России.

Тезис 2: Основная системная угроза для формирования самостоятельной позиции Польши в международных отношениях — это политика России. Это угроза относится ко всем аспектам политической самостоятельности Польши, а в особенности той сфере, которая формируется на основе ее положения в Центральной и Восточной Европе.

Современная Восточно-Центральная Европа родилась в результате краха советского владычества на ее территории. Россия, которая после недолгих колебаний эпохи Ельцина отказалась принимать роль союзника Запада, решила побороться за позицию самостоятельного политического полюса. В сфере глобальной игры она стремится создать многополярный мир, в рамках которого конкурирующие с Соединенными Штатами третьи страны (Китай, Иран, Южная Корея, Венесуэла и другие) заставят американцев применять свои ресурсы за пределами европейского региона, а сама Европа будет подрывать единство трансатлантической политики (по образцу действий Германии и Франции в период споров об операции США в Ираке в 2003 году) и заменит его концертом держав с участием Москвы.

Такой концерт держав исключает самостоятельность как Польши, так и всего региона Центральной и Восточной Европы. В этот регион вернулись бы сферы влияния, а значительная его часть (прежде всего наши восточные соседи) вновь попала бы в зависимость от России. Москва проводит такую политику при помощи расшатывания международного уклада, сложившегося после окончания холодной войны (война с Грузией в 2008, захват Крыма и нападение на Донбасс в 2014), а также энергетического шантажа, усиления активности спецслужб и военного присутствия в регионе. Важнейшим в системном отношении условием победы России в этой глобальной игре выступает лишение Польши политической самостоятельности, поскольку наша страна выступает двигателем самостоятельности Восточно-Центральной Европы.

Опасный концерт держав

Тезис 3: Кризис Европейского союза — невыгодное для Польши явление. Распад этой организации приведет к ренационализации политики европейских государств и появлению концерта держав, который ослабит или полностью уничтожит политическую самостоятельность Польши и Восточно-Центральной Европы.

После 1989 года Польша постаралась обеспечить себе самостоятельность в международных отношениях, обретя независимость от СССР (Организации Варшавского договора и Совета экономической взаимопомощи), добившись вывода российских войск со своей территории, вступив в НАТО и ЕС. Закрепление в этих структурах — необходимое условие для сохранения польской самостоятельности, успехи же в этой сфере будут зависеть от направленности политических векторов в самом Евросоюзе. Первый элемент — это дальнейшее пребывание в нем Великобритании, которое сегодня служит самой надежной гарантией того, что крупнейшие европейские страны откажутся от ведения политики вне существующих структур (как нормандский формат), без участия стран восточного фланга Евросоюза и НАТО. Такая политика неизбежно ведет к падению престижа ЕС, театрализации его органов и практик, выхолащиванию демократических процедур в странах его периферии (как сейчас в Греции), и в итоге к нарастанию евроскептицизма (во Франции, Великобритании, Финляндии, Голландии, Греции и т.д.).

Второй элемент — это сохранение Германией современного курса политики сдерживания российского неоимпериализма в Центральной и Восточной Европе путем сохранения европейских санкций против России. Без этой немецкой политики (даже если с польской точки зрения она кажется недостаточной и слишком пассивной в отношении Кремля) Средиземноморская Европа с Францией и Италией, которой угрожает исламский фундаментализм и наплыв иммигрантов, начнет активно искать договоренностей с Россией. Поэтому Польше выгодно, чтобы современная Германия гибко продолжала политику эпохи Гельмута Коля, когда это государство, оставаясь оплотом европейского атлантизма, было способно вступить в политический конфликт с Россией, стремилось расширить зону стабильности, благосостояния и демократии у своих соседей (Польша, Чехия, Венгрия), а также поддерживало их стремление в ЕС и НАТО. Для Польши было бы неблагоприятно, если бы немецкая политика вернулась к практике времен Герхарда Шредера, предполагавшей союзнические отношения с Францией и Россией ради уменьшения американского доминирования в Европе. Между тем в обозримом будущем на фоне революции в Киеве, российского нападения на Крым, власти широкой коалиции в Берлине и уменьшения немецкой зависимости от импорта российских энергоресурсов такой поворот кажется маловероятным. Наконец, третий элемент динамики политических векторов в современном ЕС — это продолжение Германией политики «нераздражения» России ценой Восточно-Центральной Европы. Это особенно опасно для Польши, поскольку тогда в базовых вопросах безопасности страны нашего региона станут членами ЕС и НАТО второго сорта. Такой статус следует из того, что Берлин на саммите Альянса 2014 года способствовал признанию действующим одностороннего политического заявления НАТО от 1997 года о неразмещении на территории новых стран-членов значительных сил или ядерного оружия.

Тезис 4: Только военное доминирование Соединенных Штатов и факт членства Польши в НАТО защищают нас от жесткого военного давления или шантажа России. 

Современный украинский кризис подтвердил бесполезность ЕС в качестве структуры безопасности и центра кризисного реагирования. Проблема заключается не в структуре Евросоюза и его процедурах, а в отсутствии в европейских обществах готовности платить за серьезную внешнюю политику на наднациональном уровне. Польша и Восточно-Центральная Европа, таким образом, заинтересованы в том, чтобы в нашем регионе присутствовали США. Опыт показывает, что степень такого присутствия обратно пропорциональна американской удовлетворенности политикой России (объявленная Бараком Обамой «перезагрузка» в американо-российских отношениях уменьшила после 2008 года влияние Вашингтона в этой части мира, а нападение на Крым и Донбасс в 2014 его усилило).

Общие цели, совместные действия

Вышеизложенные тезисы позволяют сформулировать принципы польской внешней политики. Из первого тезиса следует принцип региональной солидарности. Он сводится к способности принять на себя основное бремя продвижения и защиты сходных с польскими интересов наших соседей, чтобы добиться этим их поддержки в реализации наших целей в отношении как ЕС и НАТО, так и России. В политическом плане это означает, что мы должны помогать нашим региональным партнерам в противостоянии операциям, которые угрожают их государственности (как в Эстонии в 2007 году), оспариванию направления их политики (как в случае Чехии в 2008) или политическому давлению против избранных ими реформ (Венгрия в последние годы). Этот принцип помимо прочего означает, что Польша должна поддерживать и формировать консенсус вокруг выдвижения кандидатур представителей этих стран на различные высокие посты в ЕС и НАТО (даже ценой отказа от собственных кандидатов). В военном отношении Польша должна будет инициировать консолидирующие действия в сфере обороны, заключающиеся в распространении военных технологий (в том числе чужих, например, скандинавских) и создании совместных военных тренировочных центров. В экономическом отношении этот принцип может заключаться в инициативах по созданию региональной дорожной, железнодорожной, энергетической (в первую очередь — газопроводы и нефтепроводы) инфраструктуры (особенно на линии север — юг); консолидации рынка капиталов и товарного рынка (регистрация товара только в одной стране, расширение патентной защиты на страны региона). Польша может также выдвинуть и управлять инициативами, направленными на взаимное благоприятствование региональным компаниям в публичных инвестициях или на совместную борьбу за внешних инвесторов путем гармонизации налогового законодательства. 

В общественном плане этот принцип может привести к поддержке Польшей инициатив, направленных на популяризацию и продвижение зарекомендовавших себя региональных решений (как, например, территориальное самоуправление в Польше, принцип экономической свободы в Эстонии,  налог с продаж в Венгрии) в среде бизнеса, представителей органов самоуправления, юристов и т.д. (как, в частности, на Форуме свободы и развития Law4Growth, который  пройдет в конце октября этого года в Катовицах: он задуман для того, чтобы использовать индивидуальные достижения во благо всего региона). 

В культурном аспекте этот принцип должен отразиться в усилиях Польши по инициированию, формулированию и реализации в регионе и за его пределами общей региональной исторической политики. 

Из второго и третьего тезиса проистекает принцип отказа от сфер влияния, поскольку претензии какого-либо государства на привилегированное положение или особое влияние в Центральной и Восточной Европе угрожают безопасности Польши. Поддержку Польши в противостоянии угрозе должна получить каждая страна региона, становящаяся предметом таких открытых или тайных претензий сопредельного государства, которые выражаются в форме шантажа или вооруженной агрессии и направлены на удержание или втягивание в сферу влияния данного государства.

Из второго и третьего тезиса следует также принцип противостояния диктату держав: Польша не должна признавать компетенций любого рода объединений держав. Любые попытки создать группу самых сильных и влиятельных государств европейского континента, которые узурпируют право на управление его судьбой без участия не входящих в этот круг стран, нам следует считать неприемлемыми. Польше не следует ставить себе целью участие в такой группе  (например, в «большой шестерке» — Германия, Франция, Великобритания, Италия, Испания, Польша; Веймарском треугольнике или в группе нормандского формата — Германия, Франция, Россия, Украина), так как это означает изоляцию от региональных партнеров, а, соответственно, принятие роли клиента державы-покровителя. От ее благосклонности зависела бы наша принадлежность к этому кругу, и нам пришлось бы поддерживать ее политические решения под угрозой изгнания из этой группы.

Цена действий и бездействия

Из третьего тезиса следует принцип активности, который можно выразить словами «ничего о нас без нас». В соответствии с ним, мы не можем считать обязывающими никакие решения, которые принимаются в нашем отношении без нашего участия. Польское государство должно признать неприемлемыми любые попытки создания  политических образований, структур, международных институтов, групп стран, в которых Варшава не выступает полноправным членом с решающим голосом, но члены которых при этом наделяют себя правом принимать решения по существенным для наших интересов вопросам. Польша не должна политическим или материальным образом (в том числе финансово) поддерживать такие проекты: их следует из принципа отклонять. Ярким примером противоречия такому принципу служит  фискальный пакт: Польша не могла принимать участия в его создании, а при воплощении его жизнь она лишена даже роли постоянного наблюдателя. Создание прецедента ослабляет международную позицию Польши и открывает перспективы для повторения таких ситуаций в будущем.

Из третьего и четвертого тезисов следует принцип взаимности, означающий, что мы можем брать на себя обязательства в отношении  третьих стран только получая от них столько же, сколько они получают от Польши. То есть, например, третья страна, обладающая статусом державы, которая получила от Польши политическую и/или военную поддержку, должна ответить тем же. Этому принципу противоречило, в частности, участие польских вооруженных сил  в операции в Чаде 2008-2009 годов на фоне того, что французская дипломатия стремилась отклонить поддерживаемый Варшавой План действий по членству в НАТО для Украины и Грузии 2008 года.

Таким же противоречием этому принципу была политическая поддержка, которую оказала Варшава Франции по поводу операции в Мали, хотя той удалось (стараниями на саммитах ЕС 8-9 декабря 2011 года и 30 января 2012) исключить  Польшу и другие не входящие в еврозону страны из заседаний саммитов Еврогруппы.

Если мы признаем приведенные тезисы соответствующими польским государственным интересам, мы можем наметить императивы польской внешней политики в русле указанных выше тезисов. Это амбициозная, сложная и дорогостоящая политика. Однако не бывает такой политики, которая ничего не стоит. Остается лишь выбрать между ценой наших действий и ценой нашего бездействия.

Збигнев Рау — юрист, политолог, сотрудник Лодзинского Университета, член Сената в 2005-2007. 
Пшемыслав Журавский вель Граевский — политолог, сотрудник Лодзинского Университета, член программного света партии «Право и Справедливость».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.