Выделение Дмитрием Медведевым нового Северо-Кавказского федерального округа – знак того, насколько серьезно относятся в Кремле к росту насилия в этом регионе. Выбор представителя – губернатора Красноярского края Александра Хлопонина – означает новую стратегию президента: назначать относительно знакомых с проблемой специалистов, не имеющих связей с местной элитой; впрочем, это еще и попытка избавиться головной боли, которую доставляет руководству Северный Кавказ, делегировав полномочия другому лицу.

Такая административная реорганизация ставит мятежные Северо-Кавказские республики: Карачаево-Черкессию, Кабардино-Балкарию, Северную Осетию, Ингушетию, Чечню и Дагестан, а также Ставропольский край, – под власть одного, обладающего уникальными полномочиями, федерального представителя.

В 2000 году, стремясь укрепить федеральную власть в этом регионе, Владимир Путин, бывший тогда президентом, выделил семь федеральных округов (ныне их число увеличилось до восьми). Каждый из этих округов возглавлял эмиссар Кремля – личный представитель президента – предположительно участвующий в принятии основных кадровых решений и в налаживании связей с органами безопасности и правоохранительными органами. Однако формальная власть эмиссаров была ограничена, и этот пост чаще всего использовался как почетная пенсия для давно работающих госчиновников.

Исключением из этого правила стал Дмитрий Козак, ныне заместитель премьер-министра, назначенный наблюдателем в Южном федеральном округе после захвата террористами школы в Беслане в 2004 году. Ему, как эмиссару по улаживанию конфликта, было предоставлено больше формальной власти; однако Александр Хлопонин облечен еще большими полномочиями, чем Козак. Он – первый из постоянных представителей, в одном лице объединяющий президентскую власть с финансовой властью вице-премьера. Такая «уникальная ситуация», как ее назвал сам президент Дмитрий Медведев на встрече с Хлопониным во вторник, призвана дать возможность последнему объединить выполнение социально-экономических проектов с борьбой против терроризма. Экономическое развитие является «первоочередным», заявил Медведев, проясняя задачу, стоящую перед Хлопониным.

Хлопонину 44 года и он, несомненно, умеет обращаться с деньгами. Экономист по образованию (окончил факультет международной экономики Московского финансового института, где учился вместе с будущим олигархом Михаилом Прохоровым), и бизнесмен по профессии (бывший генеральный директор и президент компании "Норильский никель"), он умело применил свою финансовую проницательность и свои связи, сделав Красноярскую область образцом экономического развития.

В период его губернаторства приток инвестиций в область достиг одного из самых высоких уровней среди федеральных субъектов России, а областной бюджет продемонстрировал впечатляющий рост. Однако Хлопонин добился этого не без посторонней помощи: в 2005 году, непосредственно перед проведением референдума по присоединению к Красноярску Таймырского и Эвенкийского автономного округов, бывший тогда президентом Владимир Путин предоставил области средства, ассигнованные из федерального бюджета, на реализацию крупных проектов развития, включая разработку нефтяного месторождения, строительство гидроэлектростанции и реконструкцию областного аэропорта. В мае прошлого года бывший однокашник Хлопонина Прохоров зарегистрировал свое постоянное проживание в небольшом поселке на севере Красноярского края, в результате чего его значительный доход влился в налоговую базу региона.

Николай Петров, аналитик Московского центра Карнеги, подчеркивает, что те, кто склонен рассматривать все события российской политики  сквозь призму «между Путиным и Медведевым», могут расценить двойное назначение Хлопонина (с одной стороны, полномочный представитель, подотчетный президенту, с другой стороны, заместитель премьер-министра Путина) как способ разделения власти. «Это дает формальное обоснование ведущей роли Путина в принятии решений», –  утверждает Петров.

Однако есть и другие причины выбора такого кандидата. Поскольку Хлопонин – бывший бизнесмен, Кремль рассматривает его как «специалиста», способного разрешить хронические экономические проблемы региона, и, кроме того, как аутсайдера, не связанного с местными элитами, что до некоторой степени станет его защитой от коррупции.

Это соответствует установившейся в Кремле тенденции по отношению к Северному Кавказу, говорит Алексей Мухин, глава московского Центра политической информации. Как президентом Ингушетии был назначен кадровый военнослужащий Юнус-бек Евкуров – отчасти именно как профессиональный военный, способный справиться с мятежниками (и держать в узде бесконтрольные органы безопасности), так и Хлопонин, как ожидается, сможет активно применить свои профессиональные финансовые и предпринимательские навыки. А отсутствие у него, как и у Евкурова, личных связей с интересами местных кланов предположительно обеспечит большую готовность к борьбе с коррупцией, чем у любого местного кандидата.

Но есть и другая причина, по которой Путин и Медведев создали для него такое уникальное положение: переполнилась их чаша терпения. «И Медведев, и Путин устали от постоянных наездов в Москву руководителей из Северо-Кавказского региона, ожидающих, что президент или премьер разрешат их проблемы. Теперь эти руководители должны будут идти к Хлопонину, который сможет действовать от имени обоих», - заметил Мухин.

Неясно, спрашивали ли мнения самих лидеров республик, доставивших президенту и премьер-министру столько хлопот, однако, когда этот вопрос им задал представитель газеты Коммерсантъ-daily, они выглядели вполне довольными такой идеей. Президент Чечни Рамзан Кадыров с надеждой говорит об инвестициях и о создании новых рабочих мест; в соседней Ингушетии, Евкуров высказывает свое одобрение решению назначить на этот пост администратора, а не офицера службы безопасности, «поскольку силовиков в регионе в избытке, а бизнес-лидеров недостаточно»; президент Карачаево-Черкессии Борис Евсеев, в свою очередь, назвал это решение «неожиданным, но осторожным и корректным», как сообщается в статье.

Впрочем, они не стали бы жаловаться, даже если бы это решение им не понравилось. Не говоря уже об официальном удвоении власти при таком тандеме, двойные полномочия Хлопонина, со стороны как президентской, так и путинской «вертикалей власти»,  оставляют местным элитам мало шансов, полагает Мухин.