МОСКВА. «Расстрелять, надо всех их поставить к стене и расстрелять. Это звери», - говорит Максим, русский. Он имеет в виду кавказцев. После того, как ответственность за взрывы в московском метро взял на себя президент никем не признанного Кавказского эмирата Доку Умаров, темноволосые люди с резкими чертами лица стараются избегать общественного транспорта. А если кто-то из них отважится на это, множество славянских глаз начинают пристально смотреть на них, с презрением.
 
На кавказском рынке


«Спортивная». Эта станция находится через две остановки от «Парка культуры», где в понедельник взорвала себя террористка-смертница. Здесь под мостом расположился огромный рынок, куда приезжают продавцы с Кавказа: из Дагестана, Азербайджана, Грузии. Они распаковывают клетчатые сумки с товаром и продают вязанные крючком розовые сапоги, «тигровые» леггинсы, шубы из бог знает чего или, например, одно единственное зеленое пальто. И за всем этим наблюдают российские милиционеры.

«Добро пожаловать в Москву криминала, здесь самый настоящий Кавказ», - шутит мусульманин Коля, он продает здесь кожаные ремни и часы. Дома в Азербайджане он бы на жизнь не заработал. Здесь проще. «Там, например, один коллега, он тоже из Карабаха, почти голодает. Каждый день я собираю ему что-нибудь поесть», - говорит Коля, показывая на паренька, который сидит на корточках в стороне и курит. Мужчине с бородой и золотыми зубами, который проходит мимо, тоже не до смеха.

«Нас здесь не любят, нас подозревают, потому что мы черные. Они расисты», - бормочет еще один сквозь зубы.
 
О терактах, из-за которых в Москве погибло 39 человек, о том, что это мог сделать кто-то из Чечни, они говорят неохотно.

«Этого не должно быть, это нехорошо. Это трагедия, но плохие люди есть везде», - говорят мне. Только вот коллективная вина сегодня коснулась всех. Так что, когда на станции «Парк культуры» останавливаются две женщины с темными глазами и с платком на голове, или с шапкой, натянутой на лоб и скрывающей лицо, на платформе чувствуется ненависть.

«Мы пришли положить цветы, нас это мучит», - говорит одна из них. Когда я спрашиваю, откуда они, мне отвечают, что из Москвы. Похожие сцены можно было увидеть и в Лондоне пять лет назад, когда террористы в метро и в красных двухэтажных автобусах лишили жизни 56 человек, ранили 700. И там потом люди провожали полным презрения взглядом идущих мимо мусульман. Особенно пакистанцев, у которых до взрыва в течение многих лет они спокойно покупали газеты и сэндвичи. 

И точно так же, как эти две кавказские женщины на платформе московского метро, эмигрант из Ирана Мухаммед, с которым я тогда разговаривала в Лондоне, злился, когда его спрашивали, откуда он. Он всегда специально отвечал, что у него британский паспорт.

Только вот в Лондоне, где перемешаны люди всех на свете рас, все быстро вернулось в прежнее русло. Политкорректность спасла британцев от массовых проявлений расизма. А невероятное моральное осуждение стало причиной ошибки британской полиции, которая спустя две недели в метро застрелила светлокожего бразильского парня с рюкзаком на спине. Семью выстрелами в голову. Этот человек не был террористом, просто у него было не все в порядке с визой. Поэтому он стал убегать.

Но кавказцы в Москве боятся, что в случае такого недоразумения за них бы никто не заступился. «Эта атмосфера чувствуется в городе, люди нас боятся. И мы тоже немного боимся», - говорит Коля и его коллега Адик Мамедок, который на рынке продает остроносые красные мокасины.
 
Потом Коля берет мою левую руку, поднимает рукав пальто и надевает часы Burberry, Swiss made. «Настоящие. А главное, подарок», - улыбается он.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.