Читая кое-какие материалы во время подготовки своей очередной заметки для ИноСМИ, я наткнулся на статью Брайана Уитмора (Brian Whitmore) на сайте "Мы пишем, что нам скажет Вашингтон" (ах, простите, "Свобода"/"Свободная Европа"). Сама статья, написанная в декабре 2008 года, это ничем не примечательный и плоский антипутинский штамп, какой можно найти, ткнув наугад пальцем, в таких изданиях как Time, Newsweek, The Economist или The Wall Street Journal. Если коротко пересказать ее содержание, то политической, экономической и социальной системе Путина грозит неминуемый и скорый крах. В ней даже приведено несколько цитат из Латыниной, которой, очевидно, удалось на какое-то время выйти из-под кайфа, чтобы нацарапать: "Россия не преодолела экономический кризис". Как обычно, российские либералы проницательны и прозорливы в своих оценках!

Зачем я об этом говорю? Потому что это дает прекрасную возможность проверить, насколько точны в своих наблюдениях различные группы людей. С одной стороны у нас либералы, такие как: Латынина, западные "наблюдатели за Россией", подобные Уитмору, и русофобы, хором и истерично кричащие о том, что Россия разваливается, и что Путин с Медведевым обречены. Не верьте моим грязным, запачканным кремлевскими чернилами пальцам, пишущим всякую галиматью; зайдите по ссылкам и сами почитайте их комментарии! Все названные мною люди совершенно определенно предсказывали масштабные общественные беспорядки, серьезные, возможно, кровопролитные политические конфликты, и даже полномасштабный коллапс правящего режима.

С другой стороны, есть Питер Лавель (Peter Lavelle), над которым беспрестанно насмехаются серьезные западные эксперты по России, называющие его кремлевской марионеткой и ничтожеством. Он откровенно и честно заявляет, что ничего особенного не произойдет, что Путин и Медведев сохранят свою популярность, что Кремль накопил огромные денежные запасы, и что политическое руководство страны найдет выход из ситуации и выберется.

Так давайте же взглянем на то, что говорили они год с небольшим назад, сопоставим это с тем фактом, что экономический спад в России по сути дела подходит к концу, и спросим: кто был прав? Либералы и западные эксперты, предсказывавшие зарождение политических катаклизмов? Или "марионетка", утверждавшая, что Кремль выйдет из кризиса фактически невредимым? Кто-нибудь хочет ответить? Ну, кто-нибудь?

Я не понимаю, почему "антипутинские" активисты столь последовательно делают такие смехотворные и абсолютно нереальные прогнозы. Когда такая активистка, как Латынина, выходит вперед и начинает раз за разом вопить, что "бурная волна народного гнева скоро вышвырнет Владимира Путина", а бурная волна народного гнева на самом деле не вышвыривает Владимира Путина, то все говорит о том, что Владимир Путин добился успеха - хотя бы по той причине, что бурная волна народного гнева не вышвырнула его. В такой ситуации простой человек с улицы вполне справедливо подумает про себя: "Так, все говорят, что Путин обречен, а он по-прежнему на месте, и все в порядке. Значит, он все делает правильно".

Режимы редко разваливаются сами по себе, и они разваливаются еще реже при отсутствии войн и иностранных агрессий. Тот факт, что Путин и Медведев по-прежнему  находятся у власти, свидетельствует не столько о их дальновидном и мудром правлении и не столько об их умелом руководстве экономикой, сколько о том, что властные структуры (даже, и порой в особенности, авторитарные) это вещь чрезвычайно прочная и долговечная. Тот факт, что "тандем" все еще патрулирует залы Кремля, может быть, и не вызывает большой радости (все зависит от того, как вы смотрите на Россию), но это отнюдь не является каким-то там сюрпризом.

В действительности, в "год кризиса" Вова и Дима сломили довольно жалкую политическую оппозицию (есть ли во всем мире хоть одна "оппозиционная" личность, менее компетентная и авторитетная, чем Гарри Каспаров?), а также успешно пережили немногочисленные и разрозненные протесты, связанные в основном с экономическими проблемами местного масштаба. Но если верить "либеральным" предсказаниям, то получается, что они преодолели действительно чудовищные преграды: яростный гнев общества, мобилизацию населения на политические перемены и требования свободы, "гибель" российской экономической модели, "войну" в рядах политической элиты, а также целую кучу других ужасных вещей. При разоблачении этих заявлений "оппозиции" оказывается, что это просто затасканный набор лжи (так обычно бывает с любой пропагандой). И все эти декларации дают прямо противоположный результат, укрепляя действующий кремлевский режим. Сегодня, буквально в эту самую минуту, Путин может указать на ту статью Радио "Свобода"/"Свободная Европа" и сказать (вполне правдиво): "Наши оппоненты говорили, что мы на краю пропасти, что наше государство ходит по лезвию ножа, балансируя между хаосом и стабильностью". А затем Путин может сделать паузу и легко добавить (немного менее правдиво): "Благодаря нашему усердному и внимательному руководству тот серьёзный кризис, с которым мы столкнулись, сегодня преодолен".

Лично я не думаю, что Кремлю принадлежит какая-то особая заслуга в деле преодоления кризиса 2008-09 годов, потому что, как мне кажется, кризис был не настолько серьезным, как его представляли определенные круги в западной прессе. Могла ли Россия столкнуться с более серьезными гражданскими беспорядками, остановкой предприятий, активностью оппозиции и общим состоянием тревоги и недовольства? Конечно. Но когда события начали развиваться, общественный договор не "развалился", а экономическая модель не "умерла". И эта риторика с существенными преувеличениями производит такое впечатление, что весьма скромные достижения Кремля кажутся намного внушительнее, чем они есть на самом деле.

Почти в любой ситуации политика это история постепенных изменений, "искусство возможного". Институты меняются с большим трудом и небольшими шагами (если вообще меняются), а люди ревностно отстаивают свои интересы. Пережив в 20-м веке свой ужасный эксперимент с идеологией, Россия гораздо более нетерпимо, чем многие другие страны, относится к революционным потрясениям, нацеленным на реализацию абстрактных идеологических истин ("свобода", "демократия" и т.д.). В этих условиях надеяться на такие политические преобразования, которые предсказывают Уитмор и Латынина, можно только при наличии поистине апокалиптических сдвигов: тотальная война с Китаем, иностранная военная оккупация, природный катаклизм библейских масштабов. А экономический спад в 8 процентов это хоть и не мед с сахаром, но и апокалипсисом его не назовешь, особенно в стране, которая в 90-е годы пережила 60-процентное снижение ВВП. На самом деле, как я писал ранее, 8-процентный спад – это для России не так уж и плохо на фоне соседей (в странах Балтии и на Украине сокращение ВВП в два раза больше).

Поэтому я повторю ту мысль, которую попытался донести в довольно сумбурном предыдущем абзаце: если нет крупного межгосударственного конфликта (а Россия, как мне кажется, его не планирует), то политика это почти всегда медленный и кропотливый процесс. Поэтому аналитикам следует проявлять осторожность в своих заявлениях и прогнозах: не только в интересах истины, но и из-за того, что они могут привести совсем не к тем последствиям, на которые были рассчитаны изначально.