Перед визитом Дмитрия Медведева в Вашингтон на этой неделе в прессу "просочились" материалы из документа о российской внешней политике, которые заставляют некоторых специалистов по России задать вопрос: действительно ли президент выводит свою страну на новые, более позитивные и более прозападные позиции. Если внимательно прочитать этот документ на 18000 слов, то возникают сомнения в такой попытке выдать желаемое за действительное.

Русский Newsweek опубликовал этот документ в мае вместе с сопроводительным письмом Медведеву от российского министра иностранных дел Сергея Лаврова, которое датировано 10 февраля. Хотя министерство иностранных дел не оспаривает подлинность этого документа, ни оно, ни Кремль официально его не публиковали. В этом его большое отличие от российской военной доктрины, которая была опубликована в феврале официально.

В отличие от документа по внешней политике, Запад не очень тепло воспринял военную доктрину, учитывая ее явную антизападную тональность. Как говорится в доктрине, главная угроза для России это расширение НАТО и ее попытки взять на себя "глобальные функции, выполняемые в нарушение норм международного права". К другим угрозам относится размещение иностранных (то есть, американских) войск в граничащих с Россией государствах и стратегическая противоракетная оборона, которая ведет к "подрыву глобальной стабильности и нарушает сложившееся соотношение сил в ракетно-ядерной сфере".

В отличие от доктрины, документ по внешней политике это более изысканный, сосредоточенный на экономике материал, в котором в основном – но не полностью – отсутствует воинственная риторика. Но если читать его внимательно, становится ясно, что задачи российской внешней политики очень близки тем целям, которые изложены в военной доктрине.

Например, в документе по внешней политике ставится задача "добиваться отказа США от односторонних действий по развертыванию элементов глобальной ПРО в Европе, способных подорвать российский потенциал сдерживания, в пользу формирования «противоракетного пула» заинтересованных государств". В нем делается упор на возрождение пагубного Договора о европейской безопасности, который в прошлом году предложил Медведев, и который предусматривает создание архитектуры, подменяющей собой НАТО и Организацию по безопасности и сотрудничеству в Европе и нацеленной на "сдерживание экспансионистской деятельности североатлантического альянса". В нем также подчеркивается важность сотрудничества с "позитивно настроенными к Российской Федерации государствами ЕС, прежде всего с ФРГ, Францией, Италией и Испанией" в противовес новым, восточным членам Евросоюза.

В целом в этом внешнеполитическом документе выражается четкая поддержка идее создания российской сферы влияния, подчеркивается необходимость "консолидации пространства СНГ" (постсоветское пространство) и "активно противодействовать попыткам внерегиональных сил "развести" наши страны". В документе звучит призыв к развитию Организации Договора о коллективной безопасности и к укреплению присутствия российского Черноморского флота в украинском Крыму. В нем также высказывается идея о продвижении позиций русского языка и культуры в странах, находящихся на границах России. В документе говорится об оказании энергичного содействия в создании "высокотехнологичного производства" в сепаратистском регионе Грузии Абхазии, но Грузия при этом не упоминается. Вот вам и территориальная целостность этой страны.

Латвию, Литву и Эстонию особенно должны обеспокоить российские планы расширения своего экономического присутствия в прибалтийском регионе "с учетом резкого падения их инвестиционной привлекательности для стран ЕС и серьезного удешевления национальных активов". Если активы в этих странах непривлекательны для европейских инвесторов, остается только предположить, что Россия в своих действиях руководствуется стремлением восстановить контроль над этими странами экономическими средствами. На самом деле, общей темой всего этого документа является  использование российских денег для скупки важнейших активов в других государствах.

Так, в документе ставится задача "содействовать закреплению российского бизнеса в стратегических отраслях румынской экономики" и звучит призыв "активно вовлекать Украину в орбиту экономического сотрудничества с Россией". В нем выдвигается требование о создании консорциума по управлению и развитию газотранспортной системы Украины и о "приобретении контрольных пакетов акций крупных украинских предприятий российскими инвесторами".

От США документ требует ратификации Соглашения о сотрудничестве в области мирного использования атомной энергии, которое Обама недавно вновь представил в Конгресс. В нем ставится задача об отмене односторонних санкций США, введенных в отношении российских предприятий, звучит призыв наращивать двусторонние инвестиции, обеспечить отмену поправки Джексона-Вэника времен холодной войны  и добиться предоставления России режима наибольшего благоприятствования. Взамен в документе не предлагается ничего. В нем высоко оценивается интерес Обамы к "многосторонности", но звучит предупреждение о недопустимости "ослабления" его политических позиций в США, поскольку это может открыть двери тем, кто хочет "повернуть время вспять" и предположительно использует менее дружественные подходы по отношению к Москве. Между тем, в документе звучит идея о продолжении сотрудничества с Ираном "по широкому спектру вопросов", включая связи в области атомной энергетики, а также о развитии военного сотрудничества с хунтой в Бирме и о наращивании поставок вооружений в Латинскую Америку и страны Карибского бассейна.

Этот внешнеполитический документ отнюдь не является  прозападным. Официально опубликованная военная доктрина может быть грубым выражением намерений России, но более тонкий, изящный и неофициальный документ по внешней политике мало чем отличается от нее по сути. Во время визита Медведева никто не должен впасть в заблуждение, посчитав, что данный документ является отражением новой политики России, которая стала добрее.

Россия при Медведеве это та страна, с которой мы по-прежнему можем добиваться результатов в определенных областях. Но между нами сохраняются огромные различия в интересах и ценностях. И заметать их под ковер никак нельзя.

Дэвид Крамер - старший научный сотрудник Фонда Маршалла "Германия-США". Он занимал пост заместителя госсекретаря по европейским и евразийским делам в администрации президента Джорджа Буша. Излагаемые в статье взгляды принадлежат автору.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.