Калининград. Наталья с удовольствием съездила бы в Москву. Просто для того, чтобы пройтись по Красной площади. Посмотреть на Кремль, на храм Василия Блаженного. Она еще ни разу не была в Москве. «Я не могу себе это позволить. Россия для меня как заграница», говорит она. Наталья русская, но она русская из Калининграда. Она считает, что в этом есть определенное отличие.

Эта стройная женщина с длинными темными волосами раскладывает товары на своем месте на центральном рынке. Женские туфли, мужские туфли, подушки, вязаные вещи из овечьей шерсти. Соседние столы прогибаются под тяжестью арбузов, орехов, гранатов и чернослива. Вот уже двенадцать лет этот большой рынок является для Натальи рабочим местом. Но сейчас ей тяжело, как никогда раньше.

Калининград – западная территория России, и это политический остров. Он окружен Балтийским морем и Европейским союзом, Литвой и Польшей. Раньше Наталья могла быстро получить визу и поехать в Польшу для того, чтобы закупить там товары. Но теперь Польша входит в Шенгенскую зону, и это все изменило. Рабочую визу можно теперь получить только в том случае, если есть официальное приглашение польских властей, говорит она. Теперь это стоит денег, но прежде всего времени, так как на границе очень строгий контроль. 30 часов должна затратить эта русская женщина на поездку в польский город Надажин и назад. Однако по своей полугодовой визе она может совершить только 45 таких поездок. Таким образом она теперь может привезти меньше товаров, чем раньше и, соответственно, меньше продать. «На самом деле мне надо было бы также платить налоги, - говорит она, - но в таком случае не будет вообще никакого смысла заниматься этим делом. А откуда еще я могу взять деньги? У меня сын школьного возраста. И здесь все так делают».

Странные ощущения возникают в Калининграде. Польша, Литва, Германия: до Евросоюза – рукой подать, но это соседство превращается в проклятье. Красивое зеркало, которое ясно показывает, как обстоят дела на родине. Конечно, есть построенный столетия назад собор, торговый центр, реставрированные ряды домов, однако рядом с этим стоят запущенные типовые десятиэтажные постройки, громоздкий Дом советов – пустующий монстр и памятник советской эпохи. И плюс к тому экономический кризис. Калининград страдает от своего географического положения, во всех направлениях. Разрыв в уровне благосостояния в сравнении с соседними странами-членами Евросоюза увеличился. А от Москвы многие люди в этом балтийском городе, разочаровавшись, отвернулись. Или Москва сама отдалилась? Когда Россия в экономическом отношении начала ослабевать, Москва в конце 2008 года ввела ввозные пошлины на подержанные автомобили из Европы. Таким образом она хотела поддержать местное производство. Однако для Калининграда это стало тяжелым ударом. Несколько тысяч торговцев зарабатывали себе на жизнь за счет перепродажи этих автомобилей, так как Запад близко. Новых рабочих мест почти нет, скорее, их количество сокращается. Из-за отсутствия денег закрылись школы и больницы или перешли в частные руки. Если кто-то хочет разрушить камни в почках, он должен обратиться в дорогую коммерческую клинику, поехать в Санкт-Петербург или полететь за границу. Но калининградской авиакомпании KD Avia больше не существует. Один из ее самолетов все еще сиротливо стоит в аэропорту Храброво и зарастает травой. Если кто-то хочет добраться до крупных западноевропейских городов, то он должен сначала лететь в Варшаву, Минск или Ригу. Но в добавок к этому еще был повышен транзитный налог.

Целые полгода в Калининграде проходили акции протеста – волна за волной. Однажды собралось более 10 000 человек, и такое количество людей в новой России еще не выходило на улицы. Они требовали отставки губернатора Калининградской области Георгия Бооса – менеджера во власти. Но все более настойчиво они требовали также отставки премьер-министра Владимира Путина. Он, естественно, остается на своем посту, тогда как Боос, которого Москва планировала оставить еще на один срок, теперь уже не сможет предложить свою кандидатуру. Была ли это победа жителей области или поражение российского правительства – покажет время. Предложенного на эту должность Николая Цуканова также выбрал Кремль.

«Я потерял веру в правительство, - говорит Константин Дорошок. – Если они грабят людей, то я обязан защищать своих детей». Дорошок участвовал в организации акций протеста в Калининграде. У него вновь теперь больше свободного времени. Раньше он был успешным торговцем автомобилями. По крайней мере два раза в неделю в то время он ездил в Германию, покупал там автомобиль и перепродавал его на основной территории России. «На произведенных в России автомобилях нельзя даже доехать от завода в Тольятти до Москвы», говорит он. Но затем были повышены ввозные пошлины, а губернатор малодушно промолчал. «Он не поддержал нас, - говорит Дорошок. – Проблемы отдельных людей его не интересуют. Ведь не народ его избирает».

Критика Дорошка в адрес губернатора одновременно является критикой системы. На стене его скупо обставленной подвальной конторы висит черно-белый портрет Путина и президента Дмитрия Медведева, лица которых слиты в одно. «Это чтобы видеть своего противника», говорит Дорошок.

Однако в боевых лозунгах демонстрантов фамилия Медведева не встречалась. Жители Калининграда протестовали против губернатора Бооса, но прежде всего их негодование было направлено в адрес Путина. «Он построил вертикаль власти, - говорит Дорошок, - и он глава партии «Единая Россия», которая также занимает в Калининграде монопольное положение».

Мэр Калининграда вообще не может понять причины антиправительственных выступлений. В кабинете Александра Ярошука висит  большой настенный ковер с портретом Медведева на фоне кремлевской башни. Но о Путине этот светловолосый мужчина крепкого телосложения ничего плохого не говорит. «Если не считать Чечню, то мы в прошлом году получили больше всего денег из Москвы сверх обычного бюджета. И эти средства позволяют нам многое делать. Строится мост, новая дорога идет прямо к морю».

Путин был полностью прав, когда он увеличил ввозные пошлины, говорит Ярошук. А как насчет того, что многие калининградцы сами хотели бы выбирать губернатора, а не получать его по указанию из Москвы?». «Ах, в России есть такие губернаторы, которые были избраны, и, тем не менее, они не популярны». Мэр города считает, что проблемы создает Евросоюз. «Мы находимся в самой середине, но мы не конкурентоспособны, так как нам нужны визы и мы должны стоять в очередях. В два раза дороже перевезти отсюда грузы в Москву, чем из Москвы в Ростов. Калининград напоминает заложника».

У Евгения Гришковца есть средства для того, чтобы вырваться из этой тесноты. Но он наслаждается жизнью в российской провинции, хотя и для него повседневная жизнь сопряжена теперь с большим количеством забот. Гришковец постоянно перемещается между различными сферами – он актер, режиссер, писатель. Сегодня он в Париже или в Берлине, а завтра уже на Камчатке. Все это и для него теперь не так просто, но он говорит: «Калининград мне как раз подходит. Мне нужна провинция, дистанция, покой для того, чтобы иметь возможность отдохнуть».

Он ходит босяком в своей гостиной по паркетному полу в доме, построенном в 1928 году, когда город еще назывался Кенигсберг; предлагает чай и печенье. «Калининград, - говорит Гришковец, – это город с обостренным восприятием. Люди здесь окружены Польшей и Литвой, они чувствуют себя европейцами и гордятся этим. И поэтому они нетерпеливы. Кризис все придавил, но они не знают, как живется в других частях огромной России». Например в Сибири, где родился и вырос Гришковец. «Они здесь думают, что проблемы во всей стране – это не их проблемы; они хотят иметь особый статус и они не желают, чтобы к ним также относились, как, например, к жителям Челябинска. Не случайно протесты были такими сильными именно здесь, вблизи Европы и очень далеко от Москвы», говорит Гришковец.

На обратном пути происходит еще одна встреча с Евгением Гришковцом. Это афиша юмористического спектакля, автором которого он является и в котором он принимает участие как актер. Возможность немного отдохнуть для Калининграда.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.