Михаил Ходорковский, бывший глава нефтяной компании «ЮКОС» и некогда самый богатый человек, уже восьмой год находится в тюрьме.

В чем же состоит его преступление? В том, что он собирался вступить в партнерство с западными фирмами, чтобы модернизировать нефтяную отрасль, в то время как путинский режим хотел взять природные ресурсы под жесткий контроль. Когда г-н Ходорковский отказался забыть о своих планах, Кремль обвинил его и его коллег в уклонении от налогов. После того, как г-н Ходорковский оказался за решеткой, ЮКОС был быстро расчленен и разделен между ближайшими союзниками Путина и принадлежащей государству компанией «Роснефть».

Тем не менее, режим Путина по-прежнему боится г-на Ходорковского, к впечатляющей биографии которого теперь добавилось еще и мученичество. Поэтому, чтобы он не вышел в 2011 году на свободу, прокуратура предъявила ему новые обвинения—заявив, что он украл всю ту нефть, за неуплату налогов с которой его осудили раньше. Этот судебный фарс завершился 2 ноября. 15 декабря московский Хамовнический суд должен огласить свое решение.

В своем последнем слове на суде г-н Ходорковский фактически вынес приговор 10 годам путинизма, обрисовав, что режим сделал с Россией – экономически и морально. «Спросим себя: что сегодня думает предприниматель, - заявил г-н Ходорковский, - высококлассный организатор производства, просто образованный, творческий человек, глядя на наш процесс и полагая абсолютно предсказуемым его результат? Очевидный вывод думающего человека страшен своей простотой: силовая бюрократия может все. Права частной собственности нет. Прав у человека при столкновении с «системой» вообще нет».

Западные СМИ не слишком тщательно освещали эту новую главу в судьбе г-на Ходорковского. Возможно, они не хотят не огорчать американскую администрацию, начатую которой «перезагрузку» отношений с Россией New York Times все за несколько дней до окончания суда над Ходорковским назвала «главным внешнеполитическим достижением Обамы». Эффектные саммиты в стиле холодной войны и ядерные соглашения позволяют легко игнорировать ценности, для защиты которых все эти договоры и вооружения исходно переназначались.

Хотя вердикт по делу Ходорковского будет вынесен уже скоро, у западного мира еще есть время выступить в защиту этого отважного человека и его сидящих в тюрьме коллег и в защиту идеалов, которые исповедует Запад.

В 2005 году сенатор Джон Маккейн и сенаторы Барак Обама и Джо Байден выдвинули проект резолюции, признающей г-на Ходорковского и Платона Лебедева (его коллегу, также брошенного за решетку по обвинению в уклонении от налогов) политическими заключенными. Сейчас президент Обама регулярно встречается с президентом Медведевым— «моим другом Дмитрием», как он его называет, - человеком, который мог бы освободить г-на Ходорковского одним росчерком пера. Впрочем, оставим на совести президента, который еще в 2009 году называл новые обвинения, выдвинутые против г-на Ходорковского, «странными», вопрос о том, ведет ли он себя в соответствии со своими прежними убеждениями.

Между тем, администрация Обамы знает правду. Согласно одному из документов, опубликованных на этой неделе WikiLeaks, министр обороны США Роберт Гейтс (Robert Gates) заявил в прошлом феврале французскому министру обороны Эрве Морену (Herve Morin), что «в России больше нет демократии». Однако произнести это публично администрация боится.

В своем последнем слове г-н Ходорковский затронул одну из основных тем избирательной кампании Барака Обамы. Она совсем по особому звучала в устах человека, который провел семь лет в сибирском лагере. «Я помню конец 80-х годов прошлого века, – заявил он. - Тогда мне было 25. Наша страна жила надеждой на свободу, на то, что мы сможем добиться счастья для себя и для своих детей».

«Я помню и конец прошлого десятилетия. Тогда мне было 35.. . . У нас у всех появилась надежда, что период потрясений, смуты – позади, что в условиях достигнутой огромными трудами и жертвами стабильности мы сможем спокойно строить новую жизнь, великую страну. Увы, и эта надежда пока не оправдалась. Стабильность стала похожа на застой. Общество замерло».

Надежды, действительно, остается все меньше, и не только для г-на Ходорковского. Валерий Зорькин, влиятельный председатель российского Конституционного суда, недавно раскритиковал Европейский суд по правам человека (Страсбургский суд) за то, что он требует, чтобы Россия соблюдала собственную конституцию. Закон, пишет судья Зорькин в своей статье, опубликованной в ноябре в «Российской газете», вторичен по отношению к «культурному, нравственному, религиозному коду» России.

Видимо, судья Зорькин имеет в виду тот код безнаказанности и круговой поруки, который позволяет десятками избивать и убивать российских журналистов и общественных активистов и не позволяет раскрыть ни единого дела о таком избиении или убийстве. Он имеет в виду тот культ силы, который заставляет присуждать мирным демонстрантам большие сроки заключения, чем жестоким преступникам.

Вероятно, также речь идет о том нравственном коде, который позволяет гноить Михаила Ходорковского в тюрьме при молчании лидеров Свободного мира. Впрочем у них еще есть время до 15 декабря, чтобы доказать, что судья был неправ.

Г-н Каспаров – лидер российского Объединенного гражданского фронта и пишущий редактор The Wall Street Journal.