В начале 2009 года, когда во всем мире бушевал экономический спад, посольство США в Москве отправило в Вашингтон телеграмму с обобщением разговоров и слухов, ходивших в кругах российских политиков. Премьер-министр Владимир Путин, сообщало посольство, часто не появляется на работе.

Телеграмма была озаглавлена «Сомнения по поводу отношения Путина к работе».

«Ходят упорные слухи о том, что Путин недоволен тем объемом работы, который ему приходится выполнять, и отказывается от нее», - сообщалось в телеграмме с упоминанием о путинской «усталости», о «нерадивом поведении» и об «уединении» - до такой степени, что он «работал дома».

В этой утвержденной американским послом Джоном Байерли (John Beyrle) телеграмме оценка кремлевских слухов проводилась не в качестве свидетельства путинской слабости, а чтобы показать пределы его власти в период падения цен на энергоресурсы и сокращения кредитных поступлений. Самый влиятельный человек России сидел на сундуке с российскими сокровищами. Из-за рецессии сокровищ стало меньше, раздавать стало нечего, и это нанесло удар по его «тефлоновой персоне».

«Его отход от дел показывает, - говорится в телеграмме в заключение, - что он признает тот факт, что резкое сокращение ресурсных запасов ограничивает его способность находить действенные компромиссы среди кремлевской элиты». Официально Соединенные Штаты  с прошлого года проводят политику, которую президент Обама и его российский коллега Дмитрий Медведев называют «перезагрузкой» отношений.

Но многочисленные американские телеграммы последних лет под грифом «секретно», попавшие в распоряжение WikiLeaks и предоставленные ряду средств массовой информации, показывают, что за фасадом публичных усилий по улучшению отношений Соединенные Штаты  с пессимизмом смотрят на Кремль постсоветской эпохи и его руководство, мало надеясь на то, что Россия станет более демократической и более надежной.

В телеграммах показано, что Путин пользуется верховной властью над всеми остальными государственными деятелями России, однако его позиции ослаблены самим характером того постсоветского государства, которое он построил.

Как свидетельствуют телеграммы, даже человек его железной воли и интеллекта становится заложником мощных и неподатливых сил более крупного масштаба, включая неэффективную экономику и неуправляемую бюрократию, которая часто игнорирует его указы и распоряжения.

Авторы телеграмм откровенным и открытым языком дают оценку путинской России как высокоцентрализованному, подчас жестокому, безнадежно циничному и коррумпированному государству. Кремль, согласно этой характеристике, находится в самом центре такого созвездия официальных и полуофициальных жульнических предприятий и схем.

Во этой служебной переписке между американским посольством и Вашингтоном работающие в Москве дипломаты рисуют такую Россию, в которой никто не думает об общественном управлении, и где искажается история. У Кремля нет ни возможностей, ни желания реформировать то, что в одной из телеграмм названо «современной разновидностью авторитаризма», которую подданные воспринимают со смирением и покорностью.

Более того, телеграммы свидетельствуют об ограниченности американского влияния в России и о совершенно очевидном дефиците дипломатических источников. Тот анализ, который содержится в служебной корреспонденции, свидетельствует о том, что сотрудники посольства действуют в условиях жестких ограничений и практически не имеют выхода на ближайшее окружение Путина.

Докладывая в Вашингтон, дипломаты зачастую суммируют свои впечатления от встреч не с российскими официальными представителями, а со своими западными коллегами и руководителями бизнеса. Во многих телеграммах приводятся мнения и оценки хорошо известных представителей российского журналистского корпуса, оппозиционных политиков и авторитетных сотрудников научно-исследовательских институтов, чьи откровения очень похожи на содержание либеральных российских газет и вебсайтов.

В телеграммах даются зарисовки почти 20-летнего периода российской истории после распада Советского Союза. В них отмечается, что Медведев, ставший дублером премьер-министра, составляет менее важную часть весьма странной «тандемократии» и является «Робином по отношению к Бэтмену-Путину». И все это время, отмечается в другой телеграмме, «призрак Сталина бродит по метро».

Коррупция во власти

Согласно секретным американским сообщениям, злоупотребление властью и коррупция поразили все сферы общественной жизни в России. Здесь и фальсификация выборов, и преследование соперников, и гонения на граждан, представляющих угрозу, и вымогательство у бизнеса.

Коррупция называется тормозом нации. Она настолько масштабна, что требует внимания Медведева и Путина, которые, как это ни парадоксально, извлекают выгоду, полагаясь на своих близких ставленников, получающих незаконные доходы, но поддерживающих Кремль.

В телеграмме, описывающей систему власти и стиль руководства бывшего мэра Москвы Юрия Лужкова, дается разгадка столичной головоломки.

Начиная с 2008 года, Медведев является лицом и предводителем антикоррупционной кампании, якобы начавшейся в стране. Но в Москве существовал настоящий калейдоскоп коррупции, причем ее защитником и покровителем был мэр, работавший на своем посту с благословения президента.

Посольство пишет о «трехступенчатой структуре» криминального мира Москвы, в которой мэр находился на самом верху, на втором уровне работала милиция и спецслужбы, а внизу действовали муниципальные хищники – «обычные преступники и продажные инспекторы».

В этом мире власть по сути дела являлась мафией. Вымогательство получило настолько мощное распространение, отмечается в телеграмме, что этим делом пришлось заниматься Министерству внутренних дел и Федеральной службе безопасности.

«Московские предприниматели понимают, что им лучше иметь защиту со стороны МВД и ФСБ, а не «крышу» организованных преступных группировок - не только потому что у первых больше оружия, ресурсов и власти, чем у вторых, но и потому что  они защищены законом, - отмечается в телеграмме со ссылкой на российский источник. – По этой причине защита преступных банд сегодня не пользуется особым спросом».

Далее в телеграмме дается описание весьма неустойчивого равновесия.

С одной стороны, премьер-министр и президент получали выгоду от тех голосов, которые Лужков обеспечивал правящей партии страны, а возможно, и от коррупции. По словам одного из источников, коррупция эта распространилась настолько, что, как отмечали некоторые свидетели, в Кремль под вооруженной охраной регулярно привозили чемоданы, предположительно полные денег.

С другой стороны, коррупция и возмутительные подтасовки на выборах в Мосгордуму в 2009 году вызвали сомнения в целесообразности сохранения Лужкова на посту.

Телеграмма заканчивается пророческим выводом: «В конечном итоге тандем выгонит Лужкова с этого пастбища». Прошло восемь месяцев с момента написания телеграммы, и Медведев отправил Лужкова в отставку.

Последовательные оценки посольства не оставляют надежд на то, что отставки одного человека будет достаточно. Российская коррупция, говорится в телеграммах, носит системный характер.

Один иностранный гражданин, о котором посольство сообщило, что он «сколотил состояние на игорном бизнесе в России, владея казино», заявил в 2009 году, что уровень коррупции в бизнесе «выше, чем он мог себе представить», и что проработав здесь 15 с лишним лет и став непосредственным свидетелем поведения российских государственных чиновников на всех уровнях, он считает, что система не изменится.

В той же телеграмме отмечается, что даже если государство захочет изменить систему, оно не сумеет этого сделать, учитывая тот факт, что «в 2006 году, когда Путин был на пике власти, а экономика бурно развивалась, в президентской администрации ходили слухи, что примерно 60 процентов его указаний просто не исполняется».

Таинственные коммерческие сделки

В России грань между самыми важными компаниями и государственными чиновниками либо стерта, либо просто не существует. В телеграммах приводится мрачное описание того, как ведут свои дела российские корпорации, зачастую осуществляющие «таинственные коммерческие сделки с участием компаний-посредников, владельцы и акционеры которых никому не известны».

В дипломатических докладах также выражается обеспокоенность по поводу двух проблем, касающихся российского нефтегазового сектора. Речь идет об отсутствии современной системы менеджмента и программ модернизации оборудования, а также о существующей в путинском окружении тенденции смотреть на энергоресурсы как на рычаги политического давления.

Как заявил послу Байерли один известный руководитель западной нефтяной компании, неэффективность настолько огромна, что «если в Канаде на бурение скважины уходит 10 дней, то в России такая же работа занимает 20 дней».

«Умножьте это на сотни тысяч, и вы начнете понимать, во что это обходится экономике», - приводит автор телеграммы слова нефтяника.

Посольская оценка за 2009 год крупнейшей российской компании, государственного «Газпрома», во многом похожа на содержание этой телеграммы. ««Газпром», - говорится в ней, - обязан действовать в интересах своих политических хозяев, причем зачастую даже в ущерб здравым экономическим соображениям».

В телеграммах также показано, как бюрократическая, государственная и экономическая власть зачастую сходится в одной точке – в Кремле, и как просители у государства поняли, что связи - это гарантия успеха.

В кратком отчете о встрече в Москве итальянского и американского дипломатов показано, с каким раздражением итальянский дипломат говорит о Путине и о премьер-министре Италии Сильвио Берлускони, к которому Россия активно прислушивается.

Дипломат заявил, что между этими людьми существуют чрезвычайно тесные взаимоотношения, и что у них есть «прямая линия». Итальянский МИД и посольство узнают о беседах между премьерами «лишь по факту и без подробностей».

Затем дипломат сказал, что «хотя тесные взаимоотношения не идеальны с точки зрения чиновников, и приносят больше вреда, чем пользы, порой они оказываются полезными».

«Он привел, - сообщается в телеграмме, - случай с продажей «Газпрому» итальянским энергетическим гигантом ENI 20 % акций дочерней компании «Газпрома» «Газпромнефть». По его словам, «Газпром» хотел заплатить за эту долю значительно меньше рыночной цены, однако в итоге, после разговора Берлускони с Путиным, он заплатил реальную цену».

В других телеграммах рассказывается, как западным компаниям удавалось иногда отстоять свои интересы за счет личных контактов с высокопоставленными российскими руководителями, в том числе,  с президентом Медведевым, вместо того, чтобы  искать пути в бюрократических лабиринтах.

Опыт корпорации Intel, которая в конце 2009 года хотела ввезти в страну 1000 закодированных компьютеров для своих российских представительств, показывает преимущества связей с самым верхом.

«Высокопоставленные руководители Intel, включая его президента Крейга Баррета (Craig Barrett), а также другие официальные лица, например, президент Американской торговой палаты в России Эндрю Сомерс (Andrew Somers), рассказали своим собеседникам из российского руководства, в том числе, президенту Медведеву, что Intel дает работу тысяче с лишним  российских инженеров», - сообщается в телеграмме.

«Благодаря такому лоббированию на самом высоком уровне Intel удалось провести встречу с ключевыми руководителями из ФСБ и разъяснить им свои потребности, - продолжает автор отчета. – Intel сумел доказать разумность и обоснованность своей просьбы, и в результате ему удалось обойти существующую длительную процедуру получения разрешительной документации».

Представитель компании Чак Маллой (Chuck Mulloy) сказал, что на встречах речь шла не об одной партии компьютеров. В результате была создана ускоренная процедура ввоза такого оборудования, причем не только для Intel, но и для покупателей и дистрибьюторов компании. «Это было не одноразовое решение», - заявил он.

Далее в телеграммах сообщается, как сращивание бизнеса и государства в лице российской правящей элиты породило в Вашингтоне подозрения, что Путин, несмотря на  многочисленные опровержения, тайком накопил огромное личное состояние.

В телеграмме для служебного пользования указывается на швейцарскую нефтяную торговую компанию Gunvor, которая «заслуживает особого внимания».

Ходят слухи, указывается в сообщении, что «это один из нераскрытых источников путинского обогащения». Владеет компанией Геннадий Тимченко, который, согласно тем же слухам, «является  бывшим коллегой Путина по КГБ». Согласно одной из оценок, эта компания может контролировать половину российского нефтяного экспорта, давая своим собственникам миллиарды долларов дохода.

Прибыли Gunvor особенно высоки, утверждается в телеграмме, благодаря одной любопытной детали. Согласно сообщению источника, в одну из тех немногих сделок, детали которой стали известны, фирма включила дополнительный сбор в размере 1 доллара на баррель нефти. Более конкурентоспособные трейдеры, сказал источник, могли повысить цену только на пять центов.

В телеграммах нет никаких доказательств в подтверждение предположений о компании Gunvor и о бывшем московском мэре Лужкове. Ни компании, ни мэру не предъявлено никаких обвинений в совершении преступлений.

Невознагражденное терпение

Если секретные американские оценки отношений США с Кремлем охарактеризовать двумя словами, то слова эти будут такие: сомнение и разочарование.

Основой в подходах Вашингтона к этим взаимоотношениям является терпение. Втайне американские дипломаты выражают надежду на то, что если уменьшить публичную критику в адрес России и поддерживать рыночные принципы, то российские власти и важные компании сумеют со временем преобразиться.

В телеграммах подчеркивается, насколько разочаровывает такая терпеливость.

В краткой справке за ноябрь 2009 года о диалоге по вопросам безопасности между Соединенными Штатами и Россией есть невозмутимое заявление о том, что несмотря на теплые слова Медведева и Обамы, несмотря на создание новой совместной рабочей группы военных экспертов, в проведении «реального, содержательного и постоянного диалога остаются проблемы».

Министерство обороны, отмечается в документе, «после окончания холодной войны не изменило свой образ действий в области обмена информацией и в ведении установившегося диалога».

За российскими участниками таких встреч, говорится в справке, «внимательно следят их кураторы из военной разведки (ГРУ)», и эти люди с нежеланием «идут на диалог вне рамок жестко регламентированных заявлений, с которыми они выступают по бумажке».

А когда дипломаты встречались с теми российскими представителями, которые решались на откровенность, их заявления звучали иногда грубо и резко.

В июне 2009 года делегация вашингтонских аналитиков, которую сопровождали дипломаты, встретилась с Александром Скобельцыным из российской Федеральной службы по военно-техническому сотрудничеству. Темой обсуждения стала американская озабоченность по поводу поставок противотанковых управляемых ракет и переносных зенитно-ракетных комплексов.

Эти комплексы вызывают особую тревогу на Западе, поскольку представители органов безопасности опасаются, что ими могут воспользоваться террористы, чтобы сбивать пассажирские самолеты.

Скобельцын сказал, что Россия «разделяет обеспокоенность США по поводу таких поставок, отметив, что наиболее опасными регионами в этом плане являются Латинская Америка и Ближний Восток».

«Вместе с тем, заявил он, если такое оружие в эти страны не будет поставлять Россия, его поставит «кто-то другой»».

В телеграммах также говорится о явном недоверии, существующем в отношениях между Кремлем и бывшими вассалами Советского Союза. Приехав в 2009 году в Вашингтон, министр иностранных дел Польши Радослав Сикорский (Radoslaw Sikorski) заявил, что Польша будет рада принять у себя американские войска как средство «защиты от российской агрессии».

Это заявление, к которому неодобрительно отнеслись как Россия, так и Соединенные Штаты, вызвало небольшую стычку. В телеграмме, отправленной после визита Сикорского, американское посольство сообщило, что Польша создала Бюро европейской безопасности, которое «польские дипломаты в шутку называют «управлением угроз с Востока»».

Эта закулисная шутка со временем пролила свет на ту атмосферу, в которой осуществляют свою деятельность дипломаты в Москве. Польский представитель, ранее работавший в Москве, заметил, что российский МИД «напомнил ему об этом прозвище во время встречи».

По его словам, российское министерство иностранных дел могло узнать об этом шутливом названии только «одним способом – прослушивая его телефонные разговоры с Варшавой». Это явно свидетельствует о том, что в его канцелярии в России стоят жучки.

При участии Эндрю Лехрена (Andrew W. Lehren).