15 декабря в Нальчике расстрелян председатель Духовного управления мусульман (ДУМ) Кабардино-Балкарии 47- летний Анас Пшихачев. Вечером двое неизвестных вызвали его из дома и расстреляли. Пшихачев от полученных ранений скончался на месте.

Президент КБР Арсен Каноков уверен в том, что Анас-хаджи Пшихачев поплатился жизнью потому, что «был последовательным борцом с экстремизмом». Каноков предупредил, что «не будет прощения врагам России и мирного Кавказа». Глава координационного совета мусульман Северного Кавказа Исмаил Бердиев, заместителем которого являлся Пшихачев, руководил траурными мероприятиями, проходившими в Нальчике. Бердиев утверждает, что муфтию КБР в последнее время угрожали неизвестные люди и что ему был вынесен смертный приговор. «Для семьи должно быть успокоением, что он стал шахидом. Его дети должны гордиться таким отцом», - сказал Бердиев. Слабое, правда, для семьи утешение.

Следствие, между тем, уже установило предполагаемых убийц Пшихачева. Представитель следственного комитета прокуратуры (СКП) Владимир Маркин сделал заявление, что при помощи свидетелей удалось установить личности двух подозреваемых. Это жители Нальчика, 22-летний Астемир Мамишев и 20-летний Аспарух Шамаев, которые давно находятся в розыске как участники незаконных вооруженных формирований Кабардино-Балкарии.

В марте прошлого года Анас Пшихачев на съезде мусульман Кабардино-Балкарии был единогласно переизбран на новый пятилетний срок. Тогда муфтий утверждал, что общественно-политическую ситуацию в Кабардино-Балкарии отличает стабильность и межрелигиозное согласие. Муфтий слукавил. Социально-экономическая и криминогенная ситуации ухудшались угрожающими темпами. Откуда, если все так слаженно и хорошо, появились кадий (шариатский судья) Кавказского амирата Анзор Астемиров, откуда Артур Мукожев – организатор нападения на Нальчик в 2005 и лидер джамаата «Ярмук» Адамей Джаппуев?

О том, что в свой адрес Пшихачев получал неоднократные угрозы, он говорил незадолго до смерти и с полпредом российского президента в Северо-Кавказском округе Хлопониным. В августе 2009 года в Сочи на встрече с главами республик Северного Кавказа президент Медведев дал указание обеспечить муфтиев охраной. Охрану мусульманским религиозным лидерам власти выделили лишь в Дагестане, Чечне и Ингушетии. Ни в КБР, ни в Адыгее, ни в Северной Осетии, ни в Карачаево-Черкесии муфтиям охрана так и не была предоставлена.

То, что распоряжения президента России зачастую просто игнорируются, не является секретом ни для кого. В данной ситуации невыполнение обернулось еще одной трагедией, за которую ответственность ляжет только на тех, кто является подозреваемым в данном преступлении. Хотя, совсем и не факт, что именно те, на кого указало СКП, являются исполнителями. Но это уже детали, к которым на Кавказе давно привыкли. Важна статистика раскрываемости преступлений, а не сами заказчики и конкретные исполнители. А со статистикой, как выразился российский президент, «полная брехня», а значит, и убийц просто назначат, а потом «ликвидируют при оказании сопротивления».

За примерами ходить далеко не надо.  Сепаратистский портал Кavkazcentr.сom не замедлил отметить очередное убийство победным «ура»: «Ликвидация одного из самых активных агентов ФСБ, подвизавшегося на посту марионеточного «муфтия Кабардино-Балкарии», стала давно ожидаемым событием. Именно с его приходом в 2002 году жители вилайята Кабарды, Балкарии и Карачая связывают начало жестокого преследования мусульман. Именно Пшихачев готовил для ФСБ списки мусульман, которых, по его мнению, было необходимо убить».

Составлял ли подобные списки муфтий Кабардино-Балкарии и передавал ли он их в ФСБ? Могла ли подобного рода деятельность, которая никак не вяжется с миссией религиозного деятеля, стать причиной покушения на него? Ответ, к сожалению, положительный.

На встрече с Александром Хлопониным 8 декабря в Ессентуках сам Анас Пшихачев жаловался, что люди не доверяют имамам и даже радуются, когда убивают милиционеров, и тут же сообщил Хлопонину о составлении списков неблагонадежных. Полпред жестко парировал, что таких списков не должно быть.

Реакция боевиков после такого откровения не замедлила сказаться. Ровно через неделю муфтия расстреляли на пороге собственного дома.

По статистике, за последние 15 лет на Северном Кавказе погибли более 50 мусульманских духовных лиц. Слово имама для мусульманина – истина в последней инстанции, потому что именно имам является носителем духовных ценностей и традиций своего народа. Но сегодня на Кавказе складывается ситуация, когда тенденция «охоты» на имамов и муфтиев уже никого не удивляет. С одной стороны, их убивают сторонники «вахабистского» толка, с другой – военные, как это было во время чеченской войны, а сегодня - силовики, которые «зачищают» приверженцев «чистого» ислама.

В сентябре 2010 года в Ингушетии было совершенно покушение на имама Хамзата Чумакова. Сотрудники ФСБ оцепили место взрыва и не подпускали никого к истекающему кровью имаму, пока прохожие не прорвали блокаду. Чумаков открыто противостоял практике преследования молодых людей, которых обвиняли в ваххабизме и подобно тому, как рассказал Пшихачев, заносили в списки неблагонадежных.

В мае в Махачкале убит заместитель муфтия Духовного управления мусульман Дагестана Ахмед-хаджи Тагаев. На похороны известного религиозного деятеля Мусы Эсмурзиева в апреле прошлого года собрались более трех тысячи алимов со всех кавказских республик.

Следом, там же в Ингушетии, с пулей в голове был найден ранее похищенный 85-летний Адрахман Картоев, исповедовавший традиционный ислам.

В сентябре 2009 года расстрелян заместитель главы Духовного управления мусульман Карачаево-Черкесии Исмаил Бостанов.

Этот список можно продолжать, но везде вырисовывается одна картина: как только духовное лицо вступает в «политическое сотрудничество» с государственной властью, оно оказывается под прицелом. С другой стороны, сами «ваххабиты», говоря языком силовиков, должны быть ликвидированы. Получается замкнутый круг, в котором приверженцы одной и той же религии и национальной принадлежности уничтожают друг друга.

«Мы учили людей добру, а нам к виску приставляли пистолет. У меня охрана была лучше, чем у Путина. А думаете, я сейчас ночью ложусь спать спокойно? Нет, у меня под рукой автомат, два сына. Привыкнуть к тому, что тебя могут в любой момент убить – можно, но сложно», - говорит Магомед Бакашев, который был имамом в чеченском Урус-Мартане. Шесть его предшественников были убиты, он ушел с поста и, только благодаря этому остался жив.

И до тех пор, пока государство будет «курировать» муфтияты, диктовать, какую позицию должно занимать духовенство, счет убитым религиозным деятелям будет идти не на десятки, а на сотни.

Возвращаясь к теме встречи Хлопонина с муфтиями северокавказских республик, напомню еще один эпизод. Муфтий Ингушетии Хамхоев посетовал полпреду на то, что есть в республике две мечети, которые ему, муфтию, неподконтрольны. На что Александр Хлопонин тут же озвучил намерение закрыть указанные муфтием мечети, а его попросил усилить работу имамов на местах, сказав, что «они, как участковые, обязаны все про всех знать. Люди должны с вами делиться, если доверяют вам, а не власти».

Маловероятно, что верующие доверяют муфтию, коль он жалуется власти и просит навести порядок в его ведомстве. И, следуя директиве президента, муфтию следует обзавестись охраной, на случай, если все-таки указанные им мечети закроют.