Судья уже откладывал вынесение приговора без всяких объяснений («Суд не объясняет свои решения», заявил представитель). На этот раз, прежде чем зачитать вердикт, судья выдворил из зала суда журналистов и родственников обвиняемого. И, в общем, никого не удивило, когда Михаил Ходорковский – российский нефтяной король, осмелившийся бросить вызов Кремлю – на прошлой неделе получил по приговору суда еще шесть лет тюремного заключения, вдогонку к восьми годам, которые только что отсидел На этот раз он был осужден за «кражу» невообразимого количества нефти, той самой нефти, за неуплату налогов при продаже которой он был осужден в прошлый раз.

Никто даже не пытается сделать вид, что приговор Ходорковскому – нечто большее, чем чисто политический акт, очередной жест, которыми за последние недели российское правительство пытается что-то поведать общественности своей собственной страны и всего мира. Прекращение расследований фактов коррупции; изъявление поддержки жестким «насильственным» выборам в соседней Белоруссии; убийства журналистов; все это словно специально задумано в противовес тому направленному на реформы, дружелюбному тону, которым прослеживался в действия российского президента Дмитрия Медведева до самого недавнего времени. Всего два года назад Медведев публично осудил российскую культуру «правового нигилизма» - определение, словно специально подобранное для дела Ходорковского.

В чем причина такого изменения  тона? Почему именно теперь? Для объяснения этого придумано немало замысловатых теорий. В России ничего нельзя считать доказанным. Но, может быть, всему этому очень есть простое объяснение: цена на нефть снова превысила отметку 90 долларов за баррель – и продолжает расти. Если именно тут кроется причина, то ничего нового в этом нет. Действительно, если построить график нарастания и стихания внутренних и внешних реформ в советском и российском государстве за прошедшие 40 лет, то окажется, что он с изумительной точностью повторяет кривую снижения и роста международных цен на нефть (о которых вполне можно судить по внутренним ценам на сырую нефть).

Чтобы пояснить мою мысль, начну с самого начала: в семидесятых годах цены на нефть начали заметно повышаться, а с ними и упрямство тогдашнего Советского Союза. Предшествующее десятилетие (цены на нефть 2 или 3 долларов за баррель, без поправки на инфляцию) было временем перемен и экспериментов. Но после того, как в 1970-х годах Организация Стран-экспортеров нефти (ОPEC) повысила цены на нефть, нефтяные доходы полились рекой – и Советский Союз вступил в период внутреннего «застоя» и внешней агрессии. Советский лидер Леонид Брежнев много средств вкладывал в военную мощь страны, приостановил проведение внутренних реформ в и 1979 году (когда цена на нефть достигла 25 долларов за баррель) ввел войска в Афганистан.

Политику Брежнева фактически продолжил Юрий Андропов, которому посчастливилось управлять Советским союзом, когда цены на нефть были еще высоки (к моменту его смерти в 1984 году они составляли в среднем 28 долларов за баррель). Таким образом, Андропов мог позволить себе жесткое наступление на демократию внутри страны и продолжение напряженных отношений с Западом. Однако, когда в 1986 году на посту руководителя страны его сменил Михаил Горбачев, цены на нефть как раз начали падать (цена нефти меньше 14 долларов за баррель), - и Горбачев приступил к реализации программы реформ; в стране началась «перестройка», установилась «гласность». К 1989 году (когда нефть по-прежнему стоила всего 18 долларов за баррель) Горбачев допустил падение Берлинской стены, освобождение Центральной Европы и прекращение Холодной войны.

Цены, разумеется, колебались, но настоящего подъема в 1990-х годах не было (а в 1998 году цены понизились до 11 долларов за баррель); в те годы Борис Ельцин еще пытался сдружиться с Биллом Клинтоном, российские средства массовой информации были относительно независимы, а что касается крупных экономических реформ, то, по крайней мере, о них еще шли разговоры. Но в 1999 году (когда цена на нефть поднялась до 16 долларов за баррель) премьер-министр правительства Ельцина, Владимир Путин, начал новую войну с Чечней, Запад бомбардировал Белград, и в России вновь стали четко звучать антизападные настроения.

Путину повезло: именно в 2000 году, когда он стал президентом, начался долгий и довольно стойкий рост цен на нефть. Призывы Горбачева к осуществлению внутренних реформ к 2003 году (когда цена на нефть добралась до отметки 27 долларов за баррель) оказались основательно забыты. Дни, когда Ельцин подталкивал Россию присоединиться к западным учреждениям, к 2008 году стали далеким воспоминанием: в этом году Россия вторглась в Грузию, а цены на нефть поднялись до 91 доллара за баррель.

Новый российский президент Дмитрий Медведев попытался смягчить интонации в 2009 году (когда цены на нефть в среднем составляли 53 долларов за баррель), предоставив Путину, теперь уже занимающему должность премьер-министра, ворчать на заднем плане. Медведев ограничил драконовский закон за измену Родине, пригласил в Кремль активистов демократического движения, выразил осуждение белорусского диктатора и даже, как показалось некоторым, слегка либерализовал российское телевидение.

Но вот наступил 2011 год, на передний план снова выходит Путин, а Ходорковский осужден в ходе инсценированного судебного процесса. Сейчас, когда я пишу эти слова, цена на нефть достигла 92,25 долларов за баррель.

Возможно, мой анализ упрощает ситуацию? Безусловно. Но лучшего объяснения, насколько мне известно, никто пока не выдвинул.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.