Каждый раз, когда я думаю о Чечне, где раны от двух прошедших там войн еще не зарубцевались, мне приходит на память картина, которая затмевает все остальные: старушка, везущая на санях то немногое, что удалось вытащить из развалин дома. Одеяла, алюминиевая кастрюлька, переносная газовая плитка. Цвет кожи лица и голубые, как небо, глаза, свидетельствовали о том, что она самая что ни на есть русская. Всю свою жизнь она проработала на советское государство и, как будто в театре абсурда, это же «перестроившееся» государство отобрало у нее все, заставив ее ютиться в подвале. Большинство жителей чеченской столицы именно так и жили, подобно человекоподобным  кротам, которые выбирались на поверхность только тогда, когда ослабевали бомбежки, растапливали снег, чтобы утолить жажду и помыться, искали еду, дышали полной грудью. В те дни я тоже бродила по Грозному в сопровождении еще трех журналистов мужчин. Артиллерийская канонада эхом отдавалась в грудной клетке. Мне было страшно и я сказала об этом вслух (если ты женщина, то можешь открыто говорить о своих страхах, и никто не спросит у тебя о причинах). В действительности, все мы изрядно труханули. Старушка была единственной, кому удалось преодолеть страх, хотя она его тоже испытывала.

С той поры прошло больше 15 лет, а ситуация вокруг Кавказа остается столь же бессмысленной. Более того, она стала еще более  острой после теракта, совершенного  в понедельник смертником и унесшего 35 человеческих жизней. Российские власти, разумеется, обещают «сурово наказать» виновных в совершении зверского преступления. Но ведь именно жестокость кремлевского руководства и взрастила чудовище: то, что началось как мимолетное желание обрести независимость после распада СССР, в результате нарастающего ожесточения вылилось в исламский фундаментализм.

Проблема Кавказа, находящегося между Европой и Азией, уходит своими корнями в XIX век. Великий русский писатель Лев Толстой, участвовавший в боевых действиях в этом районе, хорошо знал чеченцев и сравнивал их стремление к независимости с несгибаемой силой чертополоха в рассказе «Хаджи-Мурат»: «Было видно, что растение раздавлено колесом; но оно снова выпрямилось и продолжало жить». Насилие может породить только насилие.

 

Ольга Мерино (Olga Merino) - журналист и писательница

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.