Премьер-министр Владимир Путин после мартовских выборов 2012 года вернется на пост президента. По крайней мере, все говорят об этом после произнесенных им за два месяца двух важных речей. Но я этого не понимаю. Понятно, что он пытается спасти свою явно несостоятельную партию «Единая Россия» в преддверии декабрьских думских выборов. Но мне кажется, это вовсе не означает, что он вернется в кресло президента. Таков один из имеющихся у него вариантов действий, но это не есть нечто непреложное или даже вероятное. Все будет зависеть от результатов выборов в Думу.

Первая из двух речей Путина была его ежегодным отчетом перед Государственной Думой, и произнес он ее 20 апреля. Воспользовавшись предоставленной ему трибуной, он постарался продемонстрировать многочисленные «реальные» достижения правительства за последнее десятилетие, а также представил свое видение сильное и устойчивой страны, «не замешанной на неоправданном либерализме». Что это, выпад в адрес Медведева? Мы об этом еще поговорим.

Вторая речь была произнесена 6 мая на межрегиональной конференции партии «Единая Россия» (Путин возглавляет эту партию, но не является  ее членом). Там он представил предвыборную платформу Общероссийского народного фронта – альянса в составе профсоюзов, женских, общественных и прочих наполовину политических организаций, которые в прошлом выступали с прокремлевских позиций. Именно эта идея убедила сообщество обозревателей и политологов в том, что у Путина имеются президентские амбиции.

Во-первых, необходимо понять то, что несмотря на всю критику, Россия уже прошла полпути в направлении демократии. Партийная политика реально важна, пусть и не так, как на Западе, где важна только она, и ничто больше.

Скажем так: даже Кремль знает, что он не может претендовать на 90% голосов, которые недавно якобы набрали правители Казахстана и Белоруссии. Люди этого не стерпят и уж тем более не поддержат. Если Кремль организует нечто подобное с таким результатом (а у него есть для этого все возможности), то в стране тут же пройдут как минимум массовые демонстрации – особенно в связи с  тем, что сегодня недовольство властью вполне ощутимо и осязаемо. Более того, Кремль уже несколько раз предельно четко заявлял о том, что не отважится разжечь пожар народного несогласия. Помните, как быстро он дал задний ход, когда несколько  лет тому назад попытался заставить пенсионеров платить за проезд в автобусах?

В системе российской «управляемой демократии» у граждан нет свободного выбора. Но какой-то выбор у них все же есть, и Кремлю необходимо убедить широкие народные массы проголосовать за власть. (Он уже аннулировал графу «против всех» в избирательных бюллетенях, потому что  в некоторых регионах на последних всеобщих выборах этот «кандидат» едва не одержал победу.) Кроме того, после десяти лет экономического подъема и улучшения условий жизни значительное количество людей по-настоящему готово проголосовать за действующую власть. Кто бы и что бы ни говорил и ни делал, а Путин и Медведев действительно популярны.

Но вопрос в том, сколько людей можно дурачить постоянно, перефразируя слова Авраама Линкольна. И именно этот вопрос скрывается за выступлениями Путина, ибо количество желающих быть одураченными людей быстро сокращается.

Следите за деньгами

В бизнесе об успехе корпоративной стратегии можно судить по цифрам. Успех точно высчитывается в долларах и центах. А поскольку рыночные силы обеспечивают относительную стабильность издержек и спроса, а также их количественную измеримость, у нас обычно имеется возможность делать весьма точные прогнозы успеха той или иной стратегии.

Политика это другое дело. Здесь основная единица измерения не доллар, а прихоть и каприз избирателя в день голосования, и поэтому делать прогнозы по выборам гораздо сложнее. Решение избирателя лишь отчасти рационально (рост пенсий гарантирует поддержку избирателей, и это вполне предсказуемо). Другая часть его решения основана на чувствах и эмоциях (разгуливая по Сибири с голым торсом, ты можешь набрать голоса, а можешь и не набрать). Чтобы получить работу, о которой они мечтают, политикам приходится играть и на разуме избирателя, и на его чувствах.

Точно так же поступают и политические комментаторы. В хорошей публицистической статье освещаются рациональные аспекты, но они тут же смешиваются с иррациональными элементами, и в этот замес впрыскивается приличная доза старомодной риторики с экскурсом в идеологию. Автор обязательно нарисует несколько характерных портретов и разбавит это парой разоблачений. Политики это понимают, а великие политики мастерски манипулируют аппетитами журналистов, создавая себе такой имидж, на который, по их мнению, купится общество. Вот почему в современной политике так важны опросы общественного мнения и группы для тематических опросов.

Обладая подавляющим большинством в Государственной Думе, Кремль полностью контролирует рациональную часть политики. (Пенсии в начале года подняли на 50 процентов, а недавно повысили зарплату учителям, которые стали последней группой избирателей, выигравшей от приближающихся выборов.) Более того,  поскольку нефть стоит больше 100 долларов за баррель, у власти вполне достаточно денег, чтобы покупать себе популярность у электората. Но проблема в другом. Власть настолько утратила контроль за иррациональным элементом избирательного процесса, что не в состоянии обеспечить себе на декабрьских выборах даже простое большинство.

«Единая Россия» как партия просто обанкротилась. Она широко известна под названием «партии воров и мошенников», которое придумал для нее борец против коррупции Алексей Навальный. Сегодня «Единая Россия» уже не обладает никакой легитимностью среди избирателей. По данным ряда источников в Нижнем Новгороде, на региональных выборах в марте этого года «Единая Россия» заняла третье место, а не первое, как было объявлено. А на самом деле победили коммунисты. И это после того, как правящая партия использовала все известные ей грязные трюки, чтобы протолкнуть себя во власть. Если мартовские региональные выборы это прелюдия декабрьских выборов в Госдуму, то «Единая Россия» не наберет в декабре даже простое большинство. Иными словами, Кремлю грозит политический кризис первого порядка.

Предисловием к народному фронту стал путинский     план спасения. Похоже, что время выбрано правильно: шести месяцев вполне достаточно, чтобы провести кампанию, построенную на идущем по нарастающей надувательстве. Но этот срок не столь продолжителен, поэтому можно и не создавать что-то существенное.

Все зависит от Думы

Насколько важно правительству получить конституционное большинство (более 60 процентов), позволяющее премьер-министру менять конституцию в соответствии со своим капризом? Предыдущие думские выборы 2007 года показывают, что это исключительно важно.

В прошлый раз «Единая Россия» легко набрала подавляющее большинство голосов (конечно, в полной мере задействовав весь арсенал административных ресурсов). Но до конституционного большинства ей не хватило нескольких процентов, а статистика убедительно показывает, что примерно 14 миллионов голосов было подтасовано, дабы партия преодолела этот магический порог. Организация экономического сотрудничества и развития заявила, что выборы не соответствуют международным нормам и стандартам. Тем не менее, подтасовки и фальсификации были относительно невелики, и поэтому выборы прошли без инцидентов.

На сей раз так не получится. «Единая Россия» превратилась в политического зомби, и теперь, чтобы обеспечить ей конституционное большинство, понадобятся фальсификации в крупных масштабах. (Безусловно, мартовские выборы были настоящей пародией.) А если Кремль попытается сделать вид, будто «Единая Россия» одержала убедительную победу, он породит крайне рискованную ситуацию.

Создание народного фронта это агрессивный шаг, направленный на устранение данной политической проблемы. Все будет зависеть от успеха выдвинутого плана, и на выборах возможны различные варианты по результатам:

1. Кремлевские подставные партии набирают конституционное большинство, и ЗАО «Кремль» продолжает все по-старому.

2. Кремлевские подставные партии чуть-чуть не набирают конституционное большинство, и в дело идут небольшие подтасовки и фальсификации. Они будут незначительными, чтобы никого особенно не расстраивать.

3. Кремлевские подставные партии набирают простое большинство, и тогда в ход идут масштабные подтасовки, чтобы дать им конституционное большинство. Это может привести к народным протестам, а может и не привести, но международное осуждение будет обязательно, и политическая напряженность усилится.

4. Кремлевские подставные партии набирают простое большинство, и Кремль с этим соглашается. В этом случае Россия делает гигантский шаг вперед к подлинной демократии и к медведевским представлениям о современной России.

Что будет делать Путин в каждом из этих случаев? В первом сценарии есть все основания для того, чтобы он остался на посту премьер-министра. Он управляет реальной властью в России, а также руководит повседневной деятельностью правительства. То же самое, и по тем же самым причинам можно сказать и о втором сценарии.

В третьем случае он столкнется с более трудным выбором, ибо сохранив в своих руках бразды правления, он встанет у штурвала по сути дела нелегитимного правительства. Если народ взбунтуется против результатов выборов, то Путин будет нести за это персональную ответственность. Это уничтожит его личную популярность, которая является  основой власти и влияния Путина. Поэтому он станет весьма уязвим для атак со стороны олигархов и кремлевских фракций. Искушение оставить свой пост премьер-министра и вернуться в президентское кресло будет очень велико.

Идеальный сценарий состоит в том, что Кремль соглашается на простое большинство, а Путин остается в должности премьер-министра. При этом он полагается на мандат доверия народа, а не на конституцию, что даст Путину право лишить президента полномочий, если Медведев попытается отправить его в отставку. При этом сценарии весь мир должен закричать «ура!», потому что Россия сделает гигантский шаг к подлинной демократии.

Но такой идеальный сценарий маловероятен. Кремль четко дал понять, что согласится на усиление политического плюрализма (в этом-то и был смысл назначения в 2008 году президентом Медведева, а не Сергея Иванова), но лишь тогда, когда Россия станет более процветающей и зажиточной. Кремль также предельно ясно заявил о том, что переход этот должен происходить медленно.

И Медведев, и Путин открыто говорят о том, что боятся повторить ошибки перестройки, когда Горбачев разрешил проводить политические реформы до осуществления реформ экономических. Дело в том, что когда его незначительные реформы в экономике потерпели неудачу, весь процесс либерализации вышел из-под контроля. План Путина состоит в том, чтобы сначала осуществить экономические реформы, а потом, когда Россия станет процветающей страной, начать политические изменения.

А что Медведев? Пресса хватается за каждый противоречивый комментарий президента как за свидетельство раскола между двумя руководителями, а также строит предположения о том, что Медведев может бросить реальный вызов Путину на президентских выборах 2012 года.

Чтобы качественно комментировать российскую политику на протяжении двух последних десятилетий, надо было хорошо разбираться в персоналиях. Но если в 90-е годы в основе всего была грубая сила, то в начале 2000-х ей на смену пришла политика. Сегодня к руководству Россией привлечено гораздо больше людей, и проводимые между ними дебаты очень важны. Поскольку партийная политика развивается, ученым мужам становится все труднее привычно смотреть на политическую жизнь в России как на «подковерные драки бульдогов».

Нельзя исключать, что власть пришлась Медведеву по вкусу. Однако вероятнее то, что Медведева тщательно отобрали именно для того, чтобы повысить привлекательность Кремля в глазах электората. Российское общество быстро раскалывается на группу государственных служащих и пожилых людей, тоскующих по былой определенности, и на прогрессивно мыслящую молодежь, предпринимателей и развивающийся средний класс – а это, по некоторым подсчетам, 100 миллионов человек. Путин не может привлечь к себе обе группы одновременно, но выведя на сцену Медведева в роли современного реформатора, он сумел вызвать симпатии к власти в самых широких слоях общества, сохранив при этом реальную власть в руках Кремля.

Не исключено, что Медведева выгонят. Но за последние четыре года вокруг него образовался либеральный лагерь бизнесменов и государственных руководителей, желающих двигаться вперед быстрее. По данным CIA Factbook, в конце 2010 года ВВП на душу населения составлял 15900 долларов, и потому Россию можно считать преуспевающей страной. А Кремль в этих условиях может ослабить вожжи. Но похоже, что Путин к этому пока не готов, и сей факт может стать для него самым серьезным политическим просчетом.

По Москве ходят упорные слухи о том, что ради ослабления этого альтернативного центра силы и власти Путин останется на посту премьер-министра, но на должность президента поставит какого-то другого человека. В качестве кандидата называют нового московского мэра Сергея Собянина. Но представляет ли эта группировка реальную угрозу? Либеральные бизнесмены по определению сколотили свои состояния благодаря тому, что не играли по правилам власти. Учитывая то, что Путин вполне успешно сдерживает мощные государственные интересы таких гигантов как «Роснефть» и «Газпром», кучка владельцев супермаркетов вряд ли сможет представлять для него опасность. Более того, главный трюк состоит в том, чтобы убедить Медведева отправить Путина в отставку. Но широко бытует мнение о том, что Медведев сам входит в путинскую группировку, а не является руководителем собственной фракции.

Тем не менее, российская элита явно нервничает, и в последние полгода отток капитала из страны вернулся на уровень 1990-х годов. В первом квартале текущего года приток реальных прямых иностранных инвестиций составил 9 миллиардов долларов, а их отток – 19 миллиардов, что в два раза больше суммы соответствующего периода прошлого года. Это явно говорит о том, что главные люди России на всякий случай откладывают кое-что на черный день. Вывод таков: как и во время предыдущего избирательного цикла, главным событием станут выборы в Думу, а не президентские выборы. И все будет зависеть от того, насколько успешно Путину удастся убедить россиян голосовать за свою коалицию Общероссийский народный фронт / «Единая Россия», чтобы повесить на нее фиговый лист легитимности.