Стоит ли верить президенту Дмитрию Медведеву, который утверждает, что срыв крупнейшей российской сделки BP - это просто результат нарушения законов? По его словам, глава компании Боб Дадли (Bob Dudley) нарушил контракт, а это в России не принято. Многие в ответ на это спросили бы только, с каких пор? Однако в очередном этапе длинной истории неприятностей BP сбивает с толку именно то, что трудно сказать, стали ли в России неожиданно соблюдаться законы, или мы наблюдаем один из аспектов подготовки к президентским выборам 2012 года.

BP нужно было восстановить позиции после случившейся в прошлом году катастрофической утечки нефти в Мексиканском заливе. Большая нефть не похожа на большинство других секторов бизнеса. Репутация в ней завоевывается не с помощью рекламы, брендирования, и разработки популярных продуктов. Напротив, в ней главное – как можно быстрее приобретать активы и находить углеводороды. Однако, как пришлось на собственном опыте понять BP, обстоятельства успели измениться и здесь: Дадли быстро сумел оставить аварию в прошлом и заключить исключительно выгодную сделку по разработке месторождений российской Арктики. Условия сделки выглядели крайне привлекательно: BP - и без того самая активная в России из крупных международных нефтяных компаний - разом удваивала ставки, заключая нечто вроде брака с принадлежащей государству «Роснефтью». Компании должны были обменяться крупными пакетами акций и начать совместную разведку сверхбогатых арктических месторождений. На кону стояли десятки миллиардов баррелей нефти. Казалось, BP одним махом возвращается в игру.

Однако у BP уже был российский партнер – четверка олигархов, объединившаяся в консорциум AAR, - с которым у компании был эксклюзивный договор, дающий консорциуму право участвовать во всех операциях компании в России. AAR быстро получил решения европейских судов о приостановке сделки, и Дадли пришлось изо всех сил стараться, чтобы убедить AAR согласиться на выкуп акций, а «Роснефть» - дать на это денег (это было необходимо, так как, во-первых, премьер-министр Владимир Путин, превосходящий Медведева по влиянию, никогда бы не позволил иностранцам владеть 100% акций российской нефтяной компании, а во-вторых, даже если бы Путин на это пошел, у BP не было свободных 30 миллиардов долларов, сверх той – превышающей 30 миллиардов - суммы, которую она должна выплатить жертвам разлива нефти).

К вечеру понедельника BP и AAR сошлись на 32 миллиардах долларов (хронологию событий можно посмотреть в статье Сильвии Пфайфер (Sylvia Pfeifer) и Кэтрин Белтон (Catherine Belton) в Financial Times). Однако в итоге сделка сорвалась из-за укоренившегося недоверия между русскими – в данном случае между «Роснефтью» и четверкой олигархов. Говоря конкретно, AAR хотел получить свои деньги до того, как BP и «Роснефть» заключат свое соглашение, а «Роснефть» отвергала эту идею и предлагала заплатить олигархам только после осуществления договоренностей. Придти к соглашению стороны так и не смогли, и со сделкой было покончено.

В ходе сегодняшней двухчасовой пресс-конференции Медведев много говорил о трудностях модернизации российской экономики. В этом контексте Медведев пытается убедить мир, что Россия стала безопасным местом для ведения бизнеса. Возможно, неприятности BP, сделка которой с «Роснефтью» была основана на связях с ближайшим соратником Путина Игорем Сечиным, – часть шоу.

BP – не единственный пример. Ранее в этом месяце двое ультранационалистов получили длительные тюремные сроки за убийство в 2009 году адвоката и правозащитника Станислава Маркелова и журналистки Анастасии Бабуровой.

Однако есть одна вещь, которая могла бы лучше всего продемонстрировать направление политики Медведева. Это дело Сергея Магнитского, российского юриста, который умер в тюрьме в 2009 году после того, как обвинил ряд сотрудников Министерства внутренних дел в краже у государства 230 миллионов долларов. По словам Медведева, расследование, которое он приказал провести, близко к завершению. Между тем швейцарские власти уже заморозили счета некоторых из названных Магнитским чиновников. Российская комиссия по правам человека признала обвинения против Магницкого сфабрикованными. Американский консультант по инвестициям Уильям Браудер (William Browder), на которого работал Магнитский, собрал информацию, которая по его словам доказывает, что четыре российских чиновника и муж одной из чиновниц использовали предположительно краденые деньги, чтобы приобретать недвижимость в Дубае, Черногории и России. В итоге непонятно, почему следователи Медведева так медлят с выводами, будут ли их выводы политически окрашены, как это раньше было в подобных громких делах, и - в любом случае – насколько полученные результаты будут убедительными.

Что бесспорно также продемонстрировало бы начало в России новых времен – и, вероятно, привлекло бы в страну немало новых иностранных инвестиций – это освобождение бывшего главы нефтяной компании «ЮКОС» Михаила Ходорковского, который продолжает оставаться за решеткой из-за кровной вражды с Путиным. На вопрос о том, будет ли Ходорковский представлять опасность для общества, если его освободить, Медведев ответил: «Абсолютно ничем не опасен». Однако какие бы реформы ни предпринимал Медведев, освобождение Ходорковского – это красная черта для Путина. Если взгляды самого Путина, сохраняющего в России верховную власть, серьезно не изменятся, бывшего магната не выпустят на свободу.

Ключевой фактор сейчас - выборы 2012 года. Мы не знаем, кого Путин предпочтет видеть новым президентом – Медведева или себя. Многие аналитики полагают, что предвыборную кампанию сейчас ведут оба. Лично я считаю, что они неправы, и Путин с Медведевым мирно решат между собой, кто будет следующим. Однако даже в этом контексте, BP может играть свою небольшую роль. Если неудача сделки с «Роснефтью» - часть предвыборной кампании, то нефтяная корпорация снова оказалась пешкой в российских играх.