В среду вечером в коридорах шикарного отеля Stanhope в Брюсселе главные участники европейского энергетического рынка поражались большому бюджету и важности гостей на встрече, на которой они присутствовали.

Среди гостей был Гюнтер Оттингер, европейский комиссар по энергетике, российский министр энергетики Сергей Шматко, председатель правления Газпрома Алексей Миллер, председатель правления итальянской компании Eni Паоло Скарони. Конференц-зал был полон жидкокристаллических экранов и рядами стульев с корпоративными подарками.

Встреча была своеобразной вечеринкой-презентацией «Южного потока», проекта Газпрома по транспортировке российского и каспийского газа по дну Черного моря в Болгарию, где планируется разделение потока на итальянское и австрийское направление. Сторонники «Южного потока», среди которых итальянская компания Eni и немецкая BASF, в следующем году должны решить, продолжать ли инвестиции размером в 15,5 миллиардов евро, необходимые для завершения проекта.

У проекта есть одна большая проблема: «Южный поток» является прямым конкурентом газопроводу Nabucco, который поддерживается Европейским Союзом. Для Европейской комиссии главным плюсом Nabucco является тот факт, что газ будет поступать, минуя Россию и Украину, что позволит снизить зависимость Европы от самого крупного поставщика и главной транзитной страны, которые в прошлом показали себя ненадежными партнерами.

В Брюсселе многие воспринимают «Южный поток» как помеху Nabucco и как способ увеличить российское доминирование над европейским энергетического рынка.

Потому и была задумана столь обширная презентация и желание доказать, что «Южный поток» может быть чем-то другим.

Один за другим Миллер, Скарони и другие сменяли друг друга в расхваливании сильных сторон проекта, утверждая, что их газопровод крайне необходим для погашения постоянно растущего европейского спроса на газ, особенно теперь, когда атомная энергия стала восприниматься как возможная угроза.

Оттингер, чьего мнения ожидали все, выступал с осторожными комментариями, пояснив, что принимает участие во встрече, чтобы «слушать и узнавать». Газ, поступающий при помощи «Южного потока», может помочь в достижении поставленной ЕС цели по диверсификации поставок и транзитных маршрутов, добавил он. Он также пообещал, что ЕС не будет налагать излишних административных ограничений на проект.

Но к разочарованию хозяев, комиссар настоял на том, что ЕС будет усиливать либерализацию энергетических правил, касающихся любого газопровода на территории Союза. Данные правила обяжут Газпром предоставлять газопровод «Южный поток» независимым поставщикам, что российской компании явно не по душе.

Сторонники проекта пытались убедить Европу, что ей нечего боятся со стороны России. Шматко заявил, что обе стороны зависят друг от друга, так как Европа является крупнейшим покупателем российских энергоресурсов. В хорошо подобранном историческом примере Шматко отметил, что похожая взаимозависимость лежала в основе запущенного Францией и Германией Европейского Союза.

Тем временем Миллер настаивал на том, что инвестиции в газопровод Газпрома не являются угрозой европейским проектам, а знаком обязательности по-настоящему надежного поставщика. «В 21 веке мы можем поставлять Европе столько газа, сколько Европе потребуется», - заявил Миллер.

Проект «Южного потока» выглядит более выгодным на фоне того, как проект газопровода Nabucco вызывает сомнения стоимостью выполнения и возможностью его сторонников добывать необходимое количество газа для его заполнения.

Оттингер рано откланялся. Может быть, главное послание пришло от того, кого не было в конференц-зале: в электронном письме от ассистента комиссара, которое пришло в разгар презентации «Южного потока», было написано, что «стратегия ЕС не изменилась. Проект Nabucco является приоритетным для Европейского Союза».