Миллиардер Александр Лебедев, которому принадлежат российская «Новая газета» и британское издание The Independent, уходит из бизнеса в политику, потому что устал бороться с коррумпированными чиновниками.

На прошлой неделе он объявил, что оставит большую часть своего бизнеса и присоединится к «Народному фронту» - союзу политических партий, возглавляемому Владимиром Путиным (и которому, предположительно, гарантирована победа на парламентских и президентских выборах 2011 и 2012 годов).

Однако в России Лебедева и так уже рассматривают как политика. У него есть целая политическая программа, включающая в себя борьбу с коррупцией, поддержку местных и благотворительных организаций и независимых СМИ (он финансирует последние с помощью своего холдинга «Новые медиа»).

В 2003 году Лебедев принял участие в выборах мэра Москвы, уступив Юрию Лужкову, хотя и получил 13% голосов и заработал себе в лице всемогущего правителя Москвы политического и делового врага. Позже Лебедев стал депутатом Государственной думы и систематически продвигал законопроекты, в которые верил и которые пытался реализовать, когда в 2007 году вернулся в бизнес (вновь подтвердит русскую поговорку о том, что «сам не сделаешь, никто не сделает»).

С тех пор, как он вернулся в бизнес, Лебедев, по сути, жил на два города – Лондон и Москву, и продолжает вести политическую деятельность, только она теперь носит оборонительный характер. Он призывает власти обуздать коррупцию и службы безопасности и обвиняет их в попытках захватить его самый важный актив, Национальный резервный банк. В эксклюзивном интервью журналу RUSSIA! он сказал: «У меня никогда не было никаких конфликтов. Я все свое время занимался тем, что зарабатывал деньги на финансовых рынках и инвестировал их. Что они могут забрать у меня? Мою картошку? Но я крупнейший производители картофеля в России. Или мою авиационную компанию «Красные крылья»? От меня там все зависит. Так что они могут у меня забрать? Только банк».

Очевидно, почему Лебедев не хочет его терять. НРБ не только является его ключевым активом и одним из 30 крупнейших финансовых институтов России, но и был создан им из маленькой компании и превращен в мощный финансовый конгломерат после того, как Лебедев разбогател на операциях с ценными бумагами в 1990-х годах. Он был успешен благодаря своем тогда еще редкому пониманию финансовых рынков, проистекавшему из его диссертации и жизни в Лондоне в качестве офицера разведке. В ходе видеоинтервью газете The Guardian он с гордостью говорил о том, как смог избежать банкротства в 1998 году, став одним из примерно 10 банков по всей стране, которые смогли спастись. Позже, в водовороте финансового кризиса 2008 года, НРБ стал одним из первых банков, получивших от Министерства финансов «зеленый свет» на санацию российской банковской системы.

На прошлой неделе, когда Лебедев объявил о своем возвращении в политику, само решение оказалось самой малоинтересной частью. В современной России миллиардеры часто превращаются в политиков. За день до этого, еще один широко известный на Западе российский бизнесмен, Михаил Прохоров, объявил, что возглавит оппозиционную партию, созданную Кремлем (да, именно так) и называющуюся «Правое дело». В решении Лебедева интересна его мотивация: он устал «тщетно бороться, чтобы спасти свой бизнес от коррумпированных схем, разработанных службами безопасности». Другими словами, один из самых влиятельных бизнесменов России явно не может победить коррупцию в стране извне, и был вынужден найти способ защищать себя изнутри.

В интервью журналу RUSSIA! Лебедев сказал, что покушения на его банк начались в 1996 году. Он написал об одном из таких случаев в открытом письме премьер-министру Владимиру Путину: «В нашей недавней истории был сюжет, когда «человек, похожий на генпрокурора Скуратова», пытался отобрать у меня бизнес и посадить в тюрьму. Эта травля продолжалась четыре года, и в нее были вовлечены, с одной стороны, высший командный состав генпрокуратуры и отдельные «оборотни» из ФСБ, с другой – братья Егиазаряны и ореховская преступная группировка. Одни фабриковали уголовные дела, потрошили Национальный резервный банк обысками и тысячами часов допрашивали его сотрудников, другие применяли стрелковое оружие, гранатометы и пластит, захватывали в заложники родственников руководителей НРБ. Это и есть механизм уголовных репрессий».

Лебедев подробно описал покушения на НРБ – те самые покушения, которые, вероятно, заставили его вернуться в политику.

Вот прекрасный пример: В конце 1996 года у нас был клиент, который держал деньги в банке, а потом разорился, вернее был преднамеренно обанкрочен. И в результате сделки мены по ценным бумагам у нас клиент украл 7,5 миллиона долларов. Его звали Игорь Федоров, он умер несколько лет назад. Он имел вид на жительство в США и российское гражданство. Соответственно, мы обратились в правоохранительные органы, но шел 96-й год... Нам пришлось нанять детективное агентство за границей, «Интерфор», и оно отыскало деньги в швейцарском банке. Он назывался FondErnest. Мы арестовали в швейцарском суде эти деньги и должны были начать судебные преследования в двух странах -  США и Великобритании.

Вместо того чтобы заплатить нам за акции согласно договору, Федоров эти деньги из другого банка отправил на свой частный счет в Швейцарию. Дальше он начал сотрудничать  с братьями Егиазарянами, Ашотом и Суреном, а они в это время уже был в тесных отношениях с генеральным прокурором РФ, у них было несколько конспиративных квартир для работы. Одна из них -- известная «Воронья слободка на Полянке», и она даже попала на ТВ.

Случай, о котором вспоминает Лебедев — знаменитое в России видео, показанное по центральному российскому телевидению, в котором генеральный прокурор, вернее «человек, похожий на прокурора», развлекается в компании нескольких женщин. Камеры были, скорее всего, установлены в квартире, которую российские СМИ связывали с братьями Егиазарянами.

Вероятно, Егиазаряны заставили Федорова написать два доноса. Эти документы находятся сейчас у нас. Итак, Федоров из Америки пишет генеральному прокурору, что мы украли все деньги, какие только можно было украсть в Российской Федерации, что мы ему угрожали. Короче, все, что традиционно пишется в ложных доносах. Кроме краж, Федоров обвинял нас с Черномырдиным (бывший премьер-министр РФ) в том, что мы планируем незаконные политические действия, а Федерова вынудили убежать в Америку, и он просит нас привлечь к уголовной ответственности.

Доносы отправлены по почте США. А согласно закону «О коррумпированных и находящихся под влиянием рэкетиров организациях» (RICO), использование почты и телефонов на территории Соединенных штатов является основанием для применения акта. Это основание для использования американской юрисдикции по закону RICO [в отношении Егиазаряна]. Мы изучаем эту возможность. В отношении россиян пока еще не удавалось применить закон RICO, тем более, что Верховный Суд в Соединенных Штатах в прошлом году предписал ограничиваться по существу, когда иностранцы пытаются использовать американскую юрисдикцию. Мы пока еще только готовимся с юристами предъявить эти обвинения.

У нас есть масса [подтверждающих] документов: платежки Федорова, который переводит Сурену Егиазаряну на Кипр два миллиона долларов через банк Луидор. Через этот же банк на Барбадосе его брат Ашот Егиазарян отмыл, как минимум, миллиард долларов. В Москве братья Егиазаряны получили контроль над двумя банками: Московским Национальным Банком и УникомБанком. Они оттуда вывели несколько сотен миллионов долларов. Кроме того, они проводили сделки с Министерством финансов, и отмывали деньги в банке Луидор на Барбадосе. Федоров заплатил Егиазарянам за то, чтобы они дали команду генеральному прокурору начать против нас работу по ложному доносу. Это и есть суть этой истории.

Лебедев образца 1996 года сильно отличается от Лебедева 2011 года: сейчас бизнесмен - мы, кстати, сознательно избегаем слова «олигарх», так как он не является олигархом в привычном для российской политике виде и не любит, когда его так называют - крупный международный общественный деятель, владелец влиятельных британских СМИ, организатор престижного ежегодного благотворительного бала в Лондоне (средства от которого идут в фонд, основанный другом Лебедева Михаилом Горбачевым). Но даже сейчас Александр Лебедев не уверен, что может эффективно защитить бизнес. Он написал в своем блоге: «Я не считаю возможным продолжать банковский бизнес... Я намерен в течение двух месяцев уйти с поляны, стану обычным гражданином, буду вести общественную деятельность. Зачем бизнес, если он существует в условиях борьбы с ФСБ?»