С приближением президентских выборов, которые состоятся 4 марта, Владимир Путин опубликовал статью, направленную на возврат к экономической и политической повестке своего бывшего протеже и действующего президента Дмитрия Медведева. Эта статья вызывает надежду на то, что начатый Медведевым процесс реформ может продолжиться после возвращения Путина в Кремль. Но как обычно, ключевое значение будет иметь их практическая реализация.

В статье, опубликованной 30 января в газете «Ведомости» и явно ориентированной на читателей  из среднего класса, Путин излагает планы по диверсификации и модернизации экономики России с помощью технологий, по улучшению делового климата и укреплению государственных финансов за счет борьбы с коррупцией. Все это – излюбленные темы Медведева на посту президента. Это третья статья Путина из целой серии публикаций. Предыдущие статьи были посвящены тематике внутренней и внешней политики, а четвертая должна быть посвящена социальным вопросам.

Необходимость модернизации и диверсификации российской экономики - это изрядно заезженная за последние несколько лет тема. Единственная новая конкретика в содержании статьи это целевые показатели производства на 2020 год на основе технологий. Но цели экономического роста значительно менее эффектны, чем "удвоение ВВП", обещанное Путиным в 2000 году, когда он стал президентом.

Есть новые целевые показатели по высокотехнологичному производству, которое должно увеличиться на 50%, по экспорту продукции такого производства, который должен удвоиться, и по реальной средней заработной плате, которая за этот период должна вырасти на 60-70% и даже более. Что еще важнее, это намеченный срок – 2020 год. Он может означать, что Путин намерен баллотироваться еще на один президентский срок в 2018 году. Однако это вряд ли понравится среднему классу, вышедшему в декабре на улицы на демонстрации протеста и планирующему новые акции.

Видимо, обращаясь непосредственно к этим демонстрантам, Путин последовательно защищает себя от обвинений в построении государственного капитализма. Он утверждает, что технологическая модернизация требует от государства брать на себя инициативу в тех секторах, куда не осмеливается идти частный капитал. «Готовы ли мы так сильно рисковать будущим России ради чистоты экономической теории?» - задает он свой риторический вопрос.

Действующий премьер-министр утверждает, что цель создания в 2007-2008 годах отраслевых холдингов, известных как госкорпорации, состояла в реструктуризации и рационализации государственных активов в рамках подготовки к приватизации. В то же время, он признает, что эти государственные корпорации не стали конкурентоспособными в глобальном масштабе, не добились высокой капитализации и даже не достигли уровня рентабельности, и что пришло время провести "ревизию" их деятельности.

Путин также признает, что бюрократия отпугивает потенциальных инвесторов, и обещает улучшить инвестиционный климат. Он впервые ссылается на индекс Всемирного банка по простоте ведения бизнеса. Путин конкретно указывает на Казахстан как на пример для России, отмечая, что он по данному показателю занимает 47-е место, тогда как Россия намного отстает, находясь на 120-м месте. Вместе с тем, он старательно игнорирует 16-е место Грузии, которое она заняла благодаря своим реформам, получившим высокую оценку в международном масштабе. Он как и прежде выступает за замену государственного регулирования рыночными принципами и административным контролем с формами обязательного страхования.

Продолжая высказываться в пользу масштабной программы приватизации в стране, которую продвигает Медведев, Путин демонстрирует свою поддержку структурным усовершенствованиям, на которые данная программа нацелена. Но в рукаве у себя он держит джокера. Подчеркивая, что программа предназначена для повышения эффективности  государственных корпораций страны, а не для сбора денег в бюджет, он повторяет, что рыночные условия нельзя игнорировать, и что "по дешевке" никто ничего продавать не будет. Он имеет в виду продолжающееся противостояние между либеральными и консервативными министрами по поводу того, приступать к приватизации сейчас, когда на рынках в 2011 году произошел спад, или подождать, пока котировки подрастут. Как всегда, Путин, похоже, стремится занять выжидательную позицию.

Сбалансировать бюджет, взяться за коррупцию

Глядя на макроэкономическую картину, будущий президент призывает к сбалансированному бюджету и к осторожности в вопросах государственных заимствований. Связывая бюджет с коррупцией – а у среднего класса обеспокоенность вызывает и то, и другое - Путин утверждает, что будет "ликвидировать" откаты на федеральном и региональном уровнях, и что это позволит сократить расходы на целых 10%.

Кивая в сторону одного из своих главных политических оппонентов Алексея Навального, который разоблачает факты коррупции в системе государственных закупок, Путин заявляет, что немедленно введет обязательное публичное обсуждение условий и стартовой цены по всем крупным закупкам, превышающим 25 миллионов долларов – причем с участием возможных конкурентов и журналистов. Однако он не уточняет, каковы будут механизмы данной схемы. Премьер также повторно заявляет о необходимости бороться с уходом от налогов через оффшорные компании и фирмы-однодневки.

Одна из важнейших задач по оздоровлению экономики России на макроэкономическом уровне, отмеченная премьером, это переход к сбалансированной пенсионной системе, о чем он сказал одним предложением. Это непростой вопрос для политика, пользующегося огромной поддержкой со стороны преодолевающих немалые трудности пенсионеров. Именно поэтому нынешняя система отбирает у национальной экономики миллиарды. Однако в статье не дается никаких указаний на то, как можно реформировать пенсии. Самый очевидный шаг, предусматривающий повышение пенсионного возраста, был напрочь отвергнут в прошлом году.

Что касается государственных доходов, то Путин предложил ввести дополнительные налоги на сырьевой сектор, где это возможно. Тем самым, он предположительно исключил из этого круга нефтедобывающую отрасль, которая и без того испытывает мощную налоговую нагрузку. Путин также сказал, что будет новый налог на богатых, а точнее, «на престижное потребление», то есть, на дорогую недвижимость, дорогие автомобили, а также на алкоголь и табачные изделия.

Между строк

В статье между строк также содержатся некоторые интересные намеки на прошлые и будущие события. Приводя один из редких примеров конкретных реформ, Путин, похоже, решил сказать, что Газпром продаст свой медиа-холдинг «Газпром-Медиа», владеющий телеканалом НТВ. Это может быть согласием Путина с инициативой Медведева по созданию более свободной атмосферы для работы СМИ.

Путин также впервые обращается к теме захвата ЮКОСа и ареста в 2003 году его владельца Михаила Ходорковского. Объясняя свое решение об увеличении роли государства в сырьевой сфере в первый президентский срок, Путин пишет: «И [это было сделано] не только потому, что кое-кто из олигархов пытался продолжать впрямую покупать политику. В самом начале моего первого президентского срока мы столкнулись с настойчивыми попытками продать за рубеж ключевые активы. Сохранение в частных руках нескольких человек стратегических ресурсов страны в перспективе 5–10 лет означало, что контроль за нашей экономикой будет осуществляться извне».

Это весьма известный судебный процесс для московского среднего класса, который все активнее требует освободить Ходорковского. Путин в связи с этим утверждает, что Ходорковского посадили в тюрьму не за его либеральные политические взгляды, а за решение продать свою компанию ЮКОС ведущим нефтяным корпорациям из США.

Проблема в практической реализации

В целом, в статье указывается несколько важных тем для реформы на предстоящие пять лет путинского президентства (а это дело почти решенное). Однако, как выяснил Медведев во время своего президентского срока, проблема в России всегда заключается в практической реализации.

Аналитики из «Ренессанс Капитала» подводят этому итог следующими словами: «Это все благородные цели, и Путин заслуживает уважения за то, что открыто их перечислил. Однако, как обычно, проблема будет в практической реализации. В то же время, мы неоднократно утверждали, что у Путина есть мощный макроэкономический и политико-экономический стимул (глубокое падение от профицита с двузначными цифрами к дефициту с такими же двузначными цифрами) для того, чтобы добиться их осуществления».