Трудно предположить, какими будут последствия этого инцидента, в том числе и потому, что воинственный запал двух его главных действующих лиц – Владимира Путина и Реджепа Эрдогана- напоминает стычки царей и султанов в духе прошлых конфликтов, когда и те и другие хотели прежде всего потешить собственное самолюбие.

Именно самолюбие является их общей чертой, а также много другое. Например, возраст —–63 и 61 год– и подчинение собственным интересам участие во «всеобщей войне» с ИГИЛ.

Эрдоган воспользовался усилением джихадистов для того, чтобы избавиться от курдских повстанцев, а Путин точно так же  поставил во главу угла свои геополитические интересы – базу Тартус и сохранение у власти Башара Асада. При этом российская авиация наносит удары не столько по территории, контролируемой ИГИЛ, сколько по отрядам вооруженной оппозиции, вот уже четыре года борющейся с тиранией Дамаска.
 
В Сирии ведется не одна, а сразу несколько войн, к которым еще добавился вспыхнувший российско-турецкий конфликт. И если Путин обвиняет сирийских туркменов в связях с ИГИЛ, то Эрдоган, мусульманин суннит, крайне отрицательно воспринимает попытки хозяина Кремля спасти шиитское меньшинство, представленное Асадом. Это, кстати, во многом объясняет солидарность Ирана и движения «Хезболла» с нынешним режимом в Дамаске.

И Путин, и Эрдоган умело ведут психологическую войну. И если раньше Путин был в изоляции, то теперь он стал необходимым партнером, поскольку для Олланда разгром ИГИЛ важнее разногласий по геостратегическим вопросам, в частности, по Украине. А Эрдоган тем временем злоупотребляет своей принадлежностью к НАТО.

Этим можно объяснить, почему оба вышли далеко за пределы своей роли и превратили двухсторонний конфликт в пропагандистские упражнение в соответствии со своими национальными пристрастиями. Оба использую страх как инструмент консолидации общества и способ обойти принципы, в любом здоровом обществе считающиеся непререкаемыми.

Путин и Эрдоган широко используют видимость демократии. Как в России, так и в Турции проводятся показные выборы, создается ощущение торжества народовластия, однако в действительности все это происходит в обстановке запугивания. Например, и Путину, и Эрдогану нравится затыкать рот свободной прессе, контролировать социальные сети, преследовать оппозиционеров, зачастую с нарушением демократических норм. Все дело в том, что Эрдоган и Путин – прежде всего авторитарные правители, ставящие, ко всему прочему, судьбу своего народа в подчинение своим собственным интересам. Это с особой силой проявляется, когда и тот, и другой взывают к национальной гордости. При этом Путин отмежевывается от коммунистической идеологии, а Эрдоган отходит от светской республиканской модели государственного устройства, заложенной Ататюрком при создании современной Турции. Путин превратился в царя, покровителя славянской культуры со всеми вытекающими отсюда территориальными последствиями (Крым) и дурными замашками в духе XIX века, в то время как Эрдоган, возомнивший себя султаном, пытается воссоздать Оттоманскую империю с ракетами и минаретами.

Поэтому, играя свою роль, он, как и Путин, использует политический патернализм, демонстрацию военной мощи и религиозные принципы, используя в качестве аргументов мораль и Коран в борьбе с либералами.

Никогда раннее турецкие суды не рассматривали такое количество дел, связанных с оскорблением чувств верующих. Кто мог предположить, что самый известный пианист страны Фазыл Сай будет приговорен к 10 месяцам условного заключения за якобы ироничные высказывания на его странице в Твиттере по поводу обещаний рая.

Лауреат Нобелевской премии по литературе Орхан Памук возглавил выступления интеллигенции против исламизации. Случай с российской панк-группой Pussy Riot, участницы которой были приговорены к лишению свободы за богохульное выступление, указывает на то, что Путин взял на себе решение вопросов не только государства, но и Церкви.

И не потому, что верит в Бога, а потому, что из сотрудника КГБ он превратился в ревнителя Православия и сейчас выступает за христианские ценности, восстанавливает нравственность, за что его так хвалят западные реакционные писатели. Он даже получает слова благодарности от Папы Франциска. Это и понятно, ведь их объединяет совместная борьба против абортов и дискриминация секс-меньшинств. С помощью этого Путин рассчитывает сохранить семью как ячейку общества.

Путин и Эрдоган могли поменяться ролями. У обоих культ личности, мания величия, страсть к помпезности –новый дворец султана имеет общую площадь 200 тысяч квадратных метров – и даже стремление увековечить свою власть. Российский президент будет управлять страной почти два десятилетия благодаря различным перестановкам и преклонению, которое он внушил своему народу. А Эрдоган, у которого рейтинг популярности несколько ниже, чем у его российского коллеги и не самая лучшая репутация среди либеральных кругов Стамбула, решил использовать абсолютное большинство голосов, полученное на выборах 1 ноября, как повод для того, чтобы остаться у власти еще на 20 лет, предать забвению наследие Ататюрка и заявить о том (это же надо!), что Турция достойна быть принятой в ЕС.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.