Регистрация пройдена успешно!
Пожалуйста, перейдите по ссылке из письма, отправленного на
Хотят ли русские войны? По телевизору — да

Чего россияне ждут от властей после случившегося с бомбардировщиком Су-24? И что могут сделать власти?

© Министерство обороны РФ / Перейти в фотобанкБоевые вылеты Дальней авиации ВВС РФ по объектам террористов в Сирии
Боевые вылеты Дальней авиации ВВС РФ по объектам террористов в Сирии
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ
Читать inosmi.ru в
Путин в чрезвычайно сложной ситуации, поскольку его народ не может говорить ни о чем другом, кроме войны. Вряд ли люди действительно ее хотят, но телевизионное накачивание ненавистью к внешнему окружению России не прошло даром. Люди хотят, чтобы время от времени от слов переходили к делу, правда, в рамках все того же телевизора.

Сбитый российский бомбардировщик Су-24 стал вызовом Владимиру Путину не только на международной арене, но и внутри страны. Оставить столь откровенную пощечину без не менее унизительного ответа в понятиях Путина — невозможно. Как не может губернатор спустить журналисту упоминание своей фамилии в сочетании с эпитетом «ср…ный» — свои же уважать перестанут.

Путин в чрезвычайно сложной ситуации, поскольку его народ не может говорить ни о чем другом, кроме войны. Вряд ли люди действительно ее хотят, но телевизионное накачивание ненавистью к внешнему окружению России не прошло даром. Люди хотят, чтобы время от времени от слов переходили к делу, правда, в рамках все того же телевизора.

Войны, да не те

При этом война должна быть качественно иной, нежели те, что происходили в последние годы. Две чеченские, которые были на своей территории, вообще не очень любят вспоминать. Хотя закончилось все относительно благополучно, воевали-то на собственной территории, по сути, усмиряли один из народов. Многое лучше вообще не вспоминать, скажем, то, что нынешнее руководство Чечни когда-то само воевало по другую сторону.

Война с Грузией, очевидно, самая успешная боевая операция путинской эпохи, случившаяся, по иронии судьбы, во время президентства Медведева. В лучших традициях сталинской довоенной пропаганды: «малой кровью на чужой территории». Однако, по нынешним меркам, профит от этой войны совсем ерундовый: отвоевавшие независимость республики в состав России не приняты и практически никем не признаны. Отношения с Грузией, несмотря на смену ее руководства, не особенно наладились.

С Украиной официально и войны-то никакой не было. Крым был взят бескровно, а в Донбассе, как известно, действовали отпускники, отоварившиеся тяжелой техникой в военторге. Сирия — вообще непонятно что такое, и как те, кого бомбят российские самолеты, угрожали безопасности нашей страны.

И отдельно, и все вместе эти вехи современной истории страны, безусловно, поднимают боевой дух населения, но для ощущения взятого реванша все это как-то мелко.

Нужна победа

Народу, который главным своим достижением считает победу в войне 70-летней давности, срочно нужен новый общенациональный военный успех. Чтобы был безусловный, сравнимый по силам и значению, враг, никаких братских или хотя бы соседских уз. Только «вставай страна огромная», только «Родина-мать зовет».

Турция почти идеально подходит на эту роль: даже отпетые двоечники знают, что с ней мы всю дорогу воевали и щит был на вратах Цареграда. Не Соединенные Штаты, конечно, но тоже мощная региональная держава. С которой российский народ мало что связывает. Кроме курортов и овощей, но в последнее время люди учатся обходиться без таких мелочей. На войне как на войне.

В отличие от практически любой другой страны НАТО, в России вряд ли найдется ощутимое число протурецки настроенных людей. Несколько сотен тысяч людей в смешанных браках, несколько тысяч владельцев припаркованных на зиму яхт, несколько сотен поклонников таланта Орхана Памука — не в счет.

Телевойна

Но в обмен на национальный подъем необходимо обеспечить, чтобы формат войны не выходил за телевизионные рамки. Чтобы сначала в новостях показывали, как точно стреляем мы, как протестуют в стране-агрессоре против своего правительства, как юлят политики западных держав, и какой убыток нанесен введенными нашими властями санкциями. А потом в телевизионных ток-шоу градус дискуссии поднимался до обсуждения, сбросить нам на супостатов атомную бомбу или пока подождать.

Это ожидание войны людьми, никогда не приживавшими военных действий и видевших их исключительно в телерортажах, разлито в воздухе, словно пресловутая атмосфера ненависти, которую часто вспоминали после убийства Бориса Немцова. О том, что военного ответа России не будет, было объявлено в первые же сутки после того, как российский Су-24 был сбит. Однако в отечественных СМИ этот тезис не особенно педалировался, разговоры о возможной войне продолжаются уже неделю, и градус этого обсуждения только растет.

Причем настолько активно, что даже самые отчаянные сторонники Владимира Путина почувствовали неладное. Колумнист ультрапрокремлевской «Комсомольской правды» Ульяна Скойбеда написала пронзительный текст о том, что слово «война» звучит из каждого утюга, и, может, подумать, нужна ли она, поскольку мы к ней не готовы. Через несколько часов текст был убран с сайта «Комсомольской правды», но успел разойтись по интернету.

Подконтрольное телевидение столь сильно разогревает истерию, что когда-нибудь это обязательно сослужит плохую службу. У властей в подобных ситуациях не остается возможностей резко изменить курс, не разочаровывая воодушевленную паству. Самый яркий пример — Украина Януковича, где власти, горячо проповедуя европейский выбор, внезапно развернулись на 180 градусов. В этот разворот украинское общество не вписалось. Российское, безусловно, гораздо более лояльное и терпеливое, кажется более устойчивым к подобным виражам, но всему есть предел. Если уж Скойбеда, приводя пример несоответствия слов делам, пишет «власть потеряла много сторонников», угроза эта не так уж иллюзорна.

Поэтому просто так помириться с Турцией или спустить конфликт на тормозах, без ее серьезного унижения, равносильного в понимании россиян военному поражению, капитуляции, не получится.