Atlantico: Ставки и ожидания были просто огромными: патриарх Московский впервые встретился с епископом Римским. Но соответствовало ли это событие возложенным на него ожиданиям?


Жан-Батист Ноэ: После 1000 лет раскола со всплесками ненависти и кровопролитием, особенно в Восточной Европе, сам факт проведения этой встречи уже становится важным событием. Люди многого ждали от совместного заявления, но опасались, что оно будет наполнено добрыми пожеланиями, не затрагивая конкретных вопросов.


На самом же деле все вышло иначе. Были подняты важные темы, а именно, что объединяет и что разделяет. Было подчеркнуто центральное положение семьи как союза мужчины и женщины, основополагающая роль христианства в строительстве Европы. Что касается мигрантов, заявление призывает решать проблемы стран, охваченных войной, и уважать культуру европейских государств.


Упоминаются и ограничения религиозной свободы в западноевропейских странах под действием агрессивного секуляризма.
Касательно текущих конфликтов на Ближнем Востоке и Украине, заявление придерживается реалистичного геополитического подхода. Оно говорит о праве народов, уважении к их культуре и истории без насаждения западной идеологии.


— Отношения Святого престола с Московским патриархатом всегда были сложными, а иногда и конфликтными. Кульминацией противостояния стала Брестская уния 1596 года, в результате которой Киевский патриархат присоединился к Риму. Но сейчас долгая холодная война двух церквей, наконец, закончилась?


— Вопрос униатства тоже поднимался, как и роль католиков на Украине. Православные были всегда недовольны тем, что Ватикан отделил украинцев от православия и присоединил их к католической церкви. Совместное заявление призвано положить конец вековому противостоянию:


«Надеемся, что наша встреча внесет вклад в примирение там, где существуют трения между греко-католиками и православными. Сегодня очевидно, что метод "униатизма" прежних веков, предполагающий приведение одной общины в единство с другой путем ее отрыва от своей Церкви, не является путем к восстановлению единства. В то же время, церковные общины, которые появились в результате исторических обстоятельств, имеют право существовать и предпринимать все необходимое для удовлетворения духовных нужд своих верных, стремясь к миру с соседями. Православные и греко-католики нуждаются в примирении и нахождении взаимоприемлемых форм сосуществования».


И далее:


«Выражаем надежду на то, что раскол среди православных верующих Украины будет преодолен на основе существующих канонических норм, что все православные христиане Украины будут жить в мире и согласии, а католические общины страны будут этому способствовать, чтобы наше христианское братство было еще более очевидно».


Эти строки можно воспринимать как мирный договор двух сторон, окончание конфликта вокруг униатства. Оно было настоящим яблоком раздора в отношениях двух церквей. И если мир теперь достигнут, открывается путь для настоящего единства.


— Какие перспективы открывает этот альянс в современном мире, где религиозные лидеры во главе с Папой Франциском играют все более значимую дипломатическую роль?

— Этот альянс будет играть важную роль сразу в двух моментах: духовном и политическом. В духовном, потому что такое объединение восточных и западных христиан позволит дать бой практическому материализму и нетерпимости секуляризма. Это дает надежду на то, что у европейского строительства появится иная основа помимо одной лишь экономики. В политическом, потому что Москва и Рим придерживаются схожих позиций по поводу того, что нужно сделать на Ближнем Востоке (в частности, в сирийском кризисе) и на Украине. Москве нужен союзник, и Владимир Путин всячески способствовал проведению этой встречи. Сейчас вырисовывается реалистичный геополитический пакт, который все больше изолирует Вашингтон и государства Европы, следующие атлантистским курсом. В конце концов, главные рычаги мировой дипломатии все еще находятся в Старом свете.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.