Вашингтон — Возможности российской оппозиции объединить массы в стране, чтобы создать реальную альтернативу режиму Путина, вызывают неподдельный интерес на Западе. За океаном заинтересованы в последовательном и предсказуемом руководстве в Кремле, разделяющем ценности демократии и прав человека. Но что же на самом деле сегодня представляет из себя российская оппозиция, и готова ли она «подвинуть» действующий режим? Это стало одним из вопросов, который обсуждался накануне в Вашингтоне на конференции при участии известных российских политиков. Среди выступающих был приглашен и замглавы Партии Народной Свободы (ПАРНАС), координатор общественного движения «Открытая Россия» Владимир Кара-Мурза — младший, который только недавно оправился от тяжелого отравления неизвестным ядом в центре Москвы. В эксклюзивном интервью Укринформу он рассказал более подробно о том, чего стоит ждать от Путина, насколько сильны его позиции в Кремле, как в России выглядят перспективы Минских соглашений, а также о многом другом.

Сирийская «авантюра» Путина

— В начале этой недели Владимир Путин объявил о выводе основной части российского контингента из Сирии. Как вы думаете, каковы главные причины этого решения президента РФ?


— Знаете, как и все внешнеполитические авантюры нынешнего режима в России, сирийская в том числе, имеют внутренние причины. Например, агрессия по отношению к Украине, на мой взгляд, была вызвана страхом перед возможным повторением Майдана в России и нежеланием, чтобы пример Украины воспринимался позитивно. Сирийская авантюра, в свою очередь, появилась тогда, когда Украина потеряла свою «пропагандистскую» ценность, поскольку в Кремле стало понятно, что завязли, и никакой «Новороссии» не получилось. Поэтому нужна была новая пропагандистская картинка, и на какое-то время такой картинкой стала Сирия. Было много репортажей про вылеты, авиабазы, ежедневные отчеты, однако, в конце концов и это перестало работать. А экономическая ситуация остается очень сложной.

— То есть вы считаете, что со стороны Путина возможна какая-то очередная авантюра после Сирии для создания пропагандистской картинки?

— Мне очень трудно что-то прогнозировать за людей, которые сейчас управляют нашей страной. Как правило, подобные режимы нуждаются в поддержке перманентного напряжения, в постоянном поиске внешних врагов. Однако, как мы знаем из истории, в конце-концов такая тактика перестает работать — бесконечно это продолжать невозможно. Мы помним, как советский режим в итоге «надорвался» на афганской авантюре, и путинский режим тоже надорвется на очередной своей авантюре, которую он затевает с пропагандистскими и милитаристскими целями.

Нынешняя власть в России не монолитна

— Глядя на телетрансляции с Путиным, у зарубежного зрителя может сложится впечатление, что в России власть монолитна. Но, в то же время, в СМИ все чаще просачивается информация о внутренней конкуренции во власти, и что режим не такой прочный, как кажется. Каково ваше мнение по этому поводу?


— Думаю, такая прочность — это просто внешняя видимость. Если в России начнутся серьезные подвижки в обществе, то мы очень быстро увидим, что эта прочность ничего из себя не представляет. Давайте вспомним, когда 120 тыс. человек стояло у нас на проспекте Сахарова в Москве в декабре 2011 года после сфальсифицированных выборов. Там, на этой площади был и Алексей Кудрин, и Михаил Прохоров. В поддержку протестующих высказался господин Чубайс. Это все те люди, которые непосредственно связаны с нынешней властью и лично с Владимиром Путиным. Но при всем этом, в тот момент, когда показалось, что вот-вот действительно что-то может сдвинуться, эти политики пошли к тысячам, которые вышли на улицы. Это было первым знаком того, что в так называемых «элитах» вполне возможны внутренние перемещения. Я думаю, что достаточно будет еще одного такого серьезного общественного толчка, и вся конструкция нынешнего режима посыпется.

— В таком случае, кто может прийти на место Путина?

— Это вопрос на миллион долларов, как говорят американцы. В России невозможно такие вещи предвидеть. Единственное, что можно предсказать, что нынешнему режиму осталось просуществовать максимум несколько лет, если не будет каких-то дополнительных потрясений. Это связано с осложнением экономической ситуации, что, собственно, и возникло из-за действий режима. Это и санкции, и контрсанкции, и те же сменяющиеся внешнеполитические авантюры, да и просто усталость огромного количества людей. Путин у власти уже 16 лет, и это целое поколение. Люди, которые впервые пойдут голосовать на президентских выборах в России в 2018 году, это будут люди, которые родились при Путине. Так было при Брежневе, а сейчас все-таки XXI век.

По персоналиям сейчас говорить абсолютно бессмысленно, но вы и так хорошо знаете ярких представителей российской оппозиции сегодня. Думаю, не открою Америку, если скажу, что, безусловно, Михаил Ходорковский, как я полагаю, будет играть достаточно серьезную роль в формировании будущей постпутинской России, и другие имена тоже у всех на слуху.

Реальной опасностью для оппозиции стала физическая ликвидация

— Какое давление сегодня испытывает оппозиция в России?


— Я думаю, что сегодня можно говорить о том, что у нас в стране существует не мягкий, а жесткий авторитарный режим с элементами персональной диктатуры. У нас десятки политических заключенных — по данным Правозащитного центра «Мемориал» уже 53 человека. У нас 16 лет не было честных и свободных выборов — если мы возьмем оценки ОБСЕ и Совета Европы, то с 2000-го года не было ни разу. У нас оппозиция с выборов снимается, у нас выборы сопровождаются административным ресурсом, фальсификациями, у нас жесткая цензура и пропаганда в СМИ.

Но, к сожалению, это все уже не является серьезной опасностью для тех, кто противостоит режиму. Две недели назад была печальная годовщина убийства, демонстративной казни нашего товарища, лидера российской оппозиции Бориса Немцова непосредственно под стенами Кремля. Это был сигнал всем, что если мы можем сделать так с лидером оппозиции, то со всеми вами мы можем сделать абсолютно все что угодно. Но вот и я на себе тоже испытал в прошлом году то, что они способны делать. Но при этом я всегда вспоминаю слова известного советского диссидента Владимира Буковского, и это, наверное, самая удивительная вещь про Россию. Он сказал, что в каждую эпоху, в каждый исторический отрезок времени, как бы ни было тяжело, какое бы давление не осуществлялось, какой бы жесткой не была бы диктатура, все-равно в стране находятся люди, которые не готовы это терпеть, но готовы защищать свои права и свое достоинство. Я много сейчас езжу по России, по регионам, я вижу этих людей — их действительно очень много, и наша задача состоит в том, чтобы впервые за много лет вернуть этим людям политический голос в решении будущего собственной страны. Ведь много лет у них такой возможности не было и нет до сих пор.

Какова реальная роль Кадырова?

— В первых рядах давления на российскую оппозицию сегодня мы видим лидера Чечни Рамзана Кадырова. И похоже, что в Кремле одобряют его действия. Какова роль этой фигуры на самом деле?


— Мы действительно видим, что Кадыровский режим используется Кремлем в качестве опричнины, цепных псов для атаки на оппозицию. И это во многом поощряется той безнаказанностью, которую мы видим вокруг убийства Бориса Немцова. Притом, что абсолютно очевидны связи между предполагаемыми исполнителями, которые сейчас находятся под арестом, и гражданином Кадыровым.

Например, предполагаемый киллер непосредственно служил в подразделении МВД, которое подчиняется Кадырову. Но он (лидер Чечни — ред.) даже формально ни разу не был допрошен за этот год, поэтому продолжает выступать с публичными угрозами в адрес оппонентов Кремля. Например, несколько недель назад поставил видео, где мы с Касьяновым в прицеле снайперской винтовки с комментарием «Кто не понял, тот поймет». И еще было множество таких моментов, например, митинг в Грозном, где были плакаты против «врагов», «пятой колонны» и так далее. И не только сам Кадыров демонстрирует такое поведение, но и его окружение — тот же Даудов и другие его приспешники.

Поэтому, да, власть их использует в качестве опричнины и цепных псов, и мне кажется, в этом кроется очень горькая и жестокая ирония. Вспомним историю взаимоотношений нынешнего кремлевского режима и Чечни, вспомним, что нынешний президент — господин Путин — приходил к власти на фоне ковровых бомбардировок чеченских городов и сел. И те, кто тогда защищал чеченский народ от истребления — это были демократические силы России, демократическая оппозиция. Сегодня именно чеченцы используются Кремлем в качестве первой линии атаки на демократическую оппозицию. И мне видится страшная ирония в этом.

— По вашему мнению, в убийстве Бориса Немцова, которое произошло, как вы говорите, под стенами Кремля, замешаны лишь люди Кадырова? Или все же речь идет о российских спецслужбах?

— Я ни на секунду не допускаю, что демонстративный расстрел лидера российской оппозиции в двухстах метрах от кремлевской стены — в самом, наверное, защищенном периметре не только Москвы, но и всей Европы — что это может быть результатом какой-то самодеятельности. Это все было хорошо скоординировано, согласовано, и я абсолютно уверен, что настанет день, когда мы точно узнаем, кто был не только исполнителем, но и организатором, и заказчиком. Эти люди понесут полную ответственность в рамках российского закона. Если это не случится при нынешней власти, значит, это произойдет при следующей. Я в этом не сомневаюсь.

Украинская «авантюра» Кремля

— Давайте поговорим об украинском вопросе. Как Вы видите перспективы развития ситуации с Минским процессом?

— Я думаю, что господин Путин уже давно понял, что его проект с названием «Новороссия» провалился, не получилось победного шествия по восьми восточным регионам Украины. Его усилиями это превратилось в болото, которое необходимо постоянно подпитывать и деньгами, и оружием, и боевиками. Я думаю, что сейчас Путин пытается всячески всунуть этот проблемный регион обратно на Украину, чтобы это была ее ответственность, а не России. При этом видно его желание, чтобы все те, кто сейчас являются так называемыми «сепаратистами», приобрели новый политический статус. По крайней мере, я так понимаю то, чего на самом деле хочет добиться Кремль в Минских соглашениях.

Я не думаю, что Путин сам заинтересован в дальнейшем наращивании этого конфликта, поскольку, наконец-то, спустя много времени Западный мир выступил единым фронтом и достаточно жестко по этому вопросу. Мне кажется, что Путин будет сейчас пытаться принудить Украину забрать обратно эти так называемые «народные республики», но уже с сепаратистами, которые на самом деле являются де-факто представителями кремлевского окружения. Теперь Кремль хочет сделать их частью внутриполитической системы Украины. Думаю, нынешняя стратегия Путина заключается именно в этом.

— Как в России воспринимается процесс над Надеждой Савченко?

— Когда она озвучила последнее слово на прошлой неделе, были митинги в ее поддержку. В Москве и Петербурге десятки людей были задержаны, арестованы, потому что естественно, митинги были не санкционированы. Большое количество людей в России ей сочувствуют, поддерживают ее, восхищаются ее мужеством. Мне хочется верить, что все у нее будет хорошо, и хочется думать, что те разговоры о возможном обмене, которые ведутся сейчас, имеют под собой какие-то основания.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.