После теракта в прошлое воскресенье в Пакистане были задержаны более 5 тысяч человек, но большинство из них были быстро отпущены.

Во вторник 216 человек по-прежнему находились в камерах предварительного заключения, против них велись следственные действия. Теракт в Лахоре в первый день Пасхи, унесший жизни более 70 человек, многими воспринимается как признак успеха в войне, которую Пакистан ведет с террористами. Другие же полагают, что слово «фиаско» гораздо больше подходит к определению этой войны.

После нападения на школу в 2014 году пакистанские власти объявили терроризму решительную войну. Вот четыре вопроса об этой войне и ответы на них.

1. Побеждает ли Пакистан в борьбе с террористами?

На одной стороне — те, кто считают, что борьба ведется успешно. Те, кто придерживается этого мнения, говорят, что после нападения на школу в Пешаваре в 2014 году, когда погибли 150 человек, изменилась само отношение (к терроризму — прим. пер.). Теракт стал поворотным пунктом, появилось желание прибегнуть к активным мерам против экстремистов, борьба в районах, находящихся под контролем племен, стала вестись более решительно.

Потом было еще много терактов, но говорят, что если экстремисты вынуждены прибегать к террору, это признак того, что борьба с ними ведется успешно.

Прямо противоположная точка зрения заключается в том, что власти, даже если они честно хотели бы этого, не в состоянии победить террористов.

Приверженцы этой точки зрения говорят, что террористы пользуются существенной поддержкой у части населения, а прочее население им удается запугать. Они считают, что победа просто немыслима, пока мощные силы в правительстве заодно с радикальными группировками. Трудно сказать наверняка, где же между двумя этими точками зрения находится истина, говорит Кристиан Берг Харпвикен (Kristian Berg Harpviken), директор Института исследования проблем мира в Осло (The Peace Research Institute Oslo).

2. Смотрели ли власти сквозь пальцы на Талибан?


Харпвикен говорит, что нет никаких сомнений в том, что в Пакистане существует «серьезная проблема» с радикальными группировками.

«Одна из причин этого заключается в том, что собственная разведывательная служба страны и политики рассматривали их как один из многих инструментов, которые нужно иметь про запас, в борьбе с соседней Индией. Группы, между тем, развивались и превратились в эдакого Франкенштейна. Нелегко бывает понять глобальные изменения, говорящие о наступлении новой эры. Существует расхожая фраза о том, что Пакистан — это вооруженные силы со страной, а не страна с вооруженными силами», — говорит Харпвикен.

3. Поддерживают ли пакистанцы террористов?


Неизвестно, насколько большой поддержкой пользуются группировки Талибана, но в целом радикальные исламисты встречают понимание в Пакистане.

В опросе, проведенном Pew Research в прошлом году, лишь 28% пакистанцев отнеслись к военизированной экстремистской группировке, именующей себя «Исламским государством» (ИГИЛ), отрицательно.

В других странах, где преобладает мусульманское население, число тех, кто относится к ИГИЛ негативно, было гораздо выше. Один из каждых 11 пакистанцев относится к ИГИЛ позитивно.

«В общем и целом нет никаких сомнений в том, что радикальные группировки получают существенное признание. Но в ходе демократических выборов партии, придерживающиеся подобных взглядов, успеха не добились», — говорит Харпвикен.

Он ссылается на то, что преподавание как в религиозных мусульманских школах, где изучают Коран, так и программа в государственных учебных заведениях, способствует воспитанию нетерпимости.

«Те, кого привлекают экстремистские группы, вовсе не обязательно учились в свое время в религиозных школах», — говорит он.

Пока власти объявляют войну террористам, тысячи радикальных исламистов проводят в столице страны Исламабаде демонстрации, в частности, с требованием строгого соблюдения законов шариата.

4. Изменится ли что-нибудь после преступления, совершенного в первый день Пасхи?


«Это был сенсационный теракт, он был совершен в общественном месте — в парке. Это может привести к тому, что люди станут идентифицировать себя с жертвами и что сопротивление террористам возрастет. С другой стороны, акция была направлена против христианского меньшинства, и вполне вписывается в обычное сектантское измерение в пакистанском терроризме. И все может остаться без изменений. Подобного рода громкие теракты стали в Пакистане обычными, и я, к сожалению, не уверен в том, что этот теракт был достаточно шокирующим, чтобы вызвать сильную реакцию и активизировать борьбу с терроризмом», — говорит Харпвикен.

Премьер-министр Наваз Шариф (Nawaz Sharif) выступил в понедельник по телевидению с очень эмоциональной речью.

«Я здесь, чтобы повторить обещание: мы будем считать каждую каплю крови, пролитую нашими мучениками. Мы будем взыскивать долги, и мы не успокоимся, прежде чем за все будет заплачено», — сказал он.

Другие источники сообщили, что против террористов и их пособников в провинции Пенджаб, административным центром которого является Лахор, готовится крупная акция.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.