То, что происходило на нагорно-карабахско-азербайджанской границе в течение последних четырех дней больше соответствовало определению войны позиций, которая пока не содержит в себе элементов широкомасштабной войны.

Не исключено, что военные силы Азербайджана изначально собирались осуществить масштабную диверсионную операцию по завоеванию армянских позиций, которая отличалась бы от предыдущих, и поставила бы как армянскую сторону, так и сопредседателей Минской группы ОБСЕ (Россия, США, Франция) перед фактом — установление нового статус-кво и переговоры с азербайджанской стороной, с уже усиленными позициями. Азербайджан рассчитывал на то, что ему удастся в коротком промежутке времени сохранить завоеванные позиции, пока под давлением международного сообщества огонь прекратиться, и армянская сторона будет вынуждена смириться со своим новым вынужденным положением, как в плане территориальных и человеческих потерь, так и психологического и духовного уныния.

Этим было обусловлено обращение Азербайджана к армянской стороне и международному сообществу, сделанное всего несколько часов после нападения и взятия армянских позиций, о том, что Баку в одностороннем порядке останавливает военные действия. Этим Баку попытался зафиксировать свои достижения на политическом уровне. Ему показалось, что программа минимум выполнена. Этим объясняются и «триумфальное» выступление президента Алиева на созванном заседании Совета национальной безопасности, значительно опередившее события, и поспешность Анкары в поздравлении Баку с удачами.

Но грозный удар сил обороны НКР, возвращение потерянных позиций, нанесенные азербайджанской армии огромные человеческие потери и ущерб военной технике, а также тот факт, что международное сообщество в течение двух дней не предприняло ощутимых шагов для оказания давления на стороны с целью прекращения военный действий, очень быстро дали понять Баку, что это была не победа, а настоящая военно-политическая ловушка.

С одной стороны, Азербайджан был не в силах развивать достижения первого периода, даже не смог удержать их, и это разоблачило истинное качество «непобедимой» азербайджанской армии. С другой стороны, Азербайджан не мог отступить, так как это, после триумфального выступления победителя, рассматривалось бы как поражение, и могло стоить очень дорого Алиеву внутри самой страны, вплоть до потери власти. Кроме того, Россия за день до этого в Дагестане, на границе с Азербайджаном, начала проводить военные учения, тем самым дав понять, что она категорически против азербайджанской авантюры, превращающей южно-кавказский регион в новое поле боя. Это могло иметь сдерживающее влияние на Алиева и, провоцирующего его на такие безответственные шаги, министра обороны Закира Гасанова. В этой ситуации единственным путем спасения собственного лица для Алиева оставалось достижение договоренности о прекращении огня, и это в том случае, что до этого он фактически поставил ультиматум вывода армянских войск со всех «оккупированных» территорий.

Вне зависимости от того, на каких условиях будет установлено новое перемирие, или будет ли оно вообще установлено, очевидно, что в карабахской проблеме сформировалась совершенно новая ситуация. Авантюра Алиева предоставила возможность международным центрам силы, странам, имеющим собственные интересы в регионе, получить дивиденды из новой ситуации, где Азербайджан перестал быть хозяином ситуации, став только ее участником или объектом.

Единственный серьезный успех, который удалось Баку достичь за время четырехдневной войны, в том, что он окончательно вывел конфликт из полузамореженного, законсервированного состояния и превратил смену статус-кво в один из наиболее срочных вопросов международной повестки. Целью Баку было изменить довольно долго продолжающееся безразличие, лояльность к полузастывшей ситуации, и он этого достиг. Вопрос в том, что он от этого выиграл.

Сейчас проблема с поля военных действий постепенно переходит на уровень дипломатической войны, но никто, тем более до сих пор разговаривающий с международным сообществом и сопредседателями Минской группы ОБСЕ на языке шантажа Баку, не может предугадать каким изменениям подвергнется переговорный процесс, каким трансформациям подвергнется урегулирование конфликта. Баку хотел доказать, что Минской группы не существует, хотел достичь изменения формата Минской группы, но получается, что он, желая или не желая того, создал мотивацию для сопредседателей МГ, повысил спрос на их посреднические усилия.

Уже подтверждено, что после состоявшегося 5 апреля в Вене экстренного заседания Постоянного совета ОБСЕ по вопросу карабахского конфликта, трое сопредседателей Минской группы ОБСЕ отправятся в НКР, что фактически означает, что переговорный процесс возобновиться с новой интенсивностью. Баку уже не удастся избежать этого, и его продолжительные и последовательные усилия по провалу переговоров фактически провалились. Более того, не исключено, что азербайджанскую сторону заставят принять предложение американской стороны по внедрению механизма мониторинга перемирия и происходящих на границе инцидентов. И даже Россия, будучи не очень рада этому предложению Вашингтона, не желая допустить широкомасштабной войны в регионе и из первоочередности обуздания Алиева, окончательно даст свое согласие на внедрение этого механизма.

Баку потерпел тактическое поражение и на уровне пропаганды. Благодаря очевидно грамотной политике армянской стороны, и особенно активной публичной деятельности НКР в лице пресс-секретаря президента НКР Давида Бабаяна, МИДа, Министерства обороны и Сил обороны, международные СМИ начали значительно больше писать о Нагорно-Карабахской Республике, как об отдельном субъекте, и она в информационном пространстве выступила в качестве стороны конфликта.

Сейчас весь вопрос в том, как армянская сторона сможет воспользоваться этой неудачей Азербайджана? В этом плане сейчас вопросом первостепенной значимости является возвращение к военным позициям 1 апреля и особенно возвращение НКР к столу переговоров как полноценной стороны конфликта, о чем четко объявил и президент РА Серж Саргсян. Особенно важно также, какую роль предоставят НКР в проходящих сейчас закулисных переговорах.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.