Это случилось здесь, в Фейетвилле, штат Арканзас, на этом отрезке шоссе, в 1975 году. На 12-летнюю девочку напал 41-летний мужчина. Как утверждается, после полуночи они находились в его пикапе. Они заехали в лощину, где он, как она заявляет, избил ее и изнасиловал. Шестиклассница попала в реанимацию. Защищала подозреваемого молодая адвокат — и это была никто иная, как Хиллари Родэм (Hillary Rodham). Ей было всего 27 лет. Она переехала в Арканзас, чтобы быть вместе с Биллом Клинтоном, девушкой которого она в то время была.

Хиллари Родэм заведовала юридической палатой Арканзасского университета. Обвиняемый Томас Альфред Тейлор (Thomas Alfred Taylor), не признавший себя виновным, попросил, чтобы его защищала женщина. Поэтому судья назначил будущую г-жу Клинтон. Это было ее первое уголовное дело. Мейлон Гибсон (Mahlon Gibson) в то время был прокурором.

Гибсон: На следующий день после того, как ее назначили защитником, она мне позвонила. Она хотела знать, могу ли я отменить это решение. Она не хотела представлять интересы насильника.

Кэй (CNN): Несмотря на свои возражения, Клинтон ушла с головой в защиту Тейлора — как от нее и требовал закон. В этом официальном заявлении в суд, подписанном «Хиллари Родэм», она потребовала провести психиатрическое освидетельствование жертвы. Молодой адвокат утверждала, что жертва «эмоционально нестабильна» и что она ранее выдвигала ложные обвинения такого рода, а также фантазировала о мужчинах старше себя. Клинтон также ссылалась на некоего эксперта, который заявил, что такие дети, как жертва, склонны преувеличивать или романтизировать сексуальный опыт.

Журналист CNN Джош Рогин (Josh Rogin) взял интервью у жертвы, которой сейчас немногим больше 50 лет, в 2014 году, спустя почти четыре десятилетия после преступления. Жертва заявила, что утверждения из документа не соответствуют действительности и что она никогда не романтизировала сексуальный опыт и не предъявляла ложных обвинений.

Рогин: Никто никогда не предъявлял никаких доказательств, подтверждающих утверждения, которые Хиллари Клинтон делала в своем заявлении. С точки зрения жертвы, это была попытка Хиллари Клинтон ее оклеветать, чтобы оправдать насильника. Жертва считает, что Хиллари Клинтон солгала, чтобы выиграть дело.

Кэй: Клинтон также настояла на собственной экспертизе нижнего белья предполагаемого насильника после того, как в криминалистической лаборатории потеряли предварительно изъятую ключевую часть образцов.

Это был смелый шаг для начинающего защитника. Клинтон взяла то, что осталось от нижнего белья подозреваемого, и отвезла это из Арканзаса более чем за 1200 миль — в Нью-Йорк, в Бруклин, — чтобы знаменитый эксперт- криминалист, которого она нашла, мог его осмотреть. Это был агрессивный ход даже по стандартам прокурора. Но, как бы то ни было, он сработал.

Эксперт, выбранный Клинтон, поставил под сомнение то, что осталось от вещественных доказательств, заявив, что на нем вряд ли можно найти следы крови или спермы обвиняемого. Позиция обвинения зашаталась.
Гибсон: Нам пришлось спешно рассматривать возможность предъявить менее тяжкие обвинения.

Кэй: Эта история была в основном забыта, пока в 2014 году не всплыла запись разговора Клинтон об этом деле с журналистом из Арканзаса в 1980-х. Послушайте, как она смеется, рассказывая о моменте, когда она представила заключение своего эксперта-криминалиста прокурору.

Хиллари Клинтон: Я отдала его Мейлону Гибсону и сказала: «Этот человек готов приехать из Нью-Йорке, чтобы предотвратить осуждение невиновного».

Кэй: Джош Рогин дал жертве послушать эту запись в ходе беседы. Ее реакция была гневной.

Предполагаемая жертва изнасилования: Когда я услышала эту запись, я была очень огорчена… Вы меня оболгали… и говорите, что вы выступаете за женщин? Это, по-вашему, значит выступать за женщин? Вот что вы со мной сделали! А потом я слышу, как вы смеетесь на этой записи!

Кэй: Критики Клинтон также указывают на еще один момент в той же самой записи, где Клинтон со смехом рассказывает, как ее клиент проходил проверку на полиграфе.

Клинтон: Он прошел детектор лжи! Я заставила его пройти проверку на полиграфе, и он ее прошел. Это навсегда разрушило мою веру в полиграфы. Но самое печальное во всем этом — что доказательства у обвинения были.

Кэй: Однако Клинтон сумела опровергнуть все имевшиеся у обвинения аргументы. Собственно говоря, даже прокурор сказал нам, что Клинтон делала только то, что делал бы на ее месте любой хороший адвокат.

Гибсон: Она просто выполняла свою работу и пыталась как можно лучше защищать клиента. Она, безусловно, должна была требовать от нас, чтобы мы доказали его вину.

Кэй: По условиям сделки с прокуратурой, Клинтон добилась того, чтобы ее клиента обвинили не в изнасиловании, а в непристойном приставании к несовершеннолетней. За изнасилование Томасу Тейлору грозило пожизненное заключение. Вместо этого его приговорили к одному году в окружной тюрьме, и даже это наказание ему сократили с учетом отбытого срока.

Клинтон спросили об этом деле через несколько недель после того, как стало известно о записях, в ходе интервью с британским сайтом для родителей.

Клинтон: Адвокат часто не может выбирать, чьи интересы ему представлять в суде. При этом сама природа уголовного права такова, что среди тех, кого вы представляете, будут те, кто вам не нравится. Однако наша система возлагает на нас определенные обязательства и, когда меня назначили защитником, я выполнила эти обязательства.

Кэй: Однако, несмотря на эти объяснения, жертва смотрит на случившееся совсем по-другому.

Рогин: Она считает приговор судебной ошибкой. С точки зрения жертвы, нельзя сначала клеветать на жертву изнасилования, а потом развернуться и начать говорить о защите женщин.

Ведущий Андерсон Купер (Anderson Cooper): Рэнди, вы в эфире. Избирательный штаб Клинтон может что-нибудь сказать на эту тему?

Кэй: Андерсон, я связалась с ними, и сегодня их пресс-секретарь [Джош Шверин (Josh Schwerin)] прислал мне заявление, затрагивающее некоторые из основных моментов нашего сюжета. О судебном документе в нем говорится, что «Клинтон просто ссылалась на информацию, полученную от экспертов и представителей следствия и позволявшую требовать дополнительных экспертиз». То есть, другими словами, этот документ, по словам пресс-секретаря, не выражал ее мнение о жертве. Она просто делилась мнениями экспертов. Что касается смеха на записи, пресс-секретарь утверждает, что «эта реакция [Клинтон], бесспорно, выражала ее удивление тем, сколько ошибок было допущено в этом деле, а также бюрократическим абсурдом, с которым она столкнулась в судебной системе». Он добавил, что в своем интервью она назвала это дело «ужасным» и что ей явно больно о нем вспоминать. Я также хочу отметить, что в своей книге «Живая история» г-жа Клинтон писала о том, как это дело подтолкнуло ее создать первую в Арканзасе горячую линию для жертв изнасилования.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.