Администрация Обамы пришла к власти, имея большие планы относительно этих отношений: предполагалось, что обе мировые державы должны работать вместе в областях, представляющих взаимный интерес, несмотря на то, что они все еще продолжают действовать друг против друга там, где их интересы расходятся. Подобная концепция была здравой, но, когда отношения начали ухудшаться, а Россия стала занимать все более враждебную позицию, Соединенные Штаты не смогли адаптироваться к новым условиям.

Сделанное на прошлой неделе предложение администрации об увеличении военного сотрудничества с Россией в Сирии в обмен на согласие России сохранять достигнутую ранее договоренность о прекращении огня, представляет собой убедительный пример того, как теория администрации относительно работы с Россией неправильно применяется в конкретных условиях. Вашингтон предлагает Москве прекращение введенного после вторжения на Украину режима политической и военной изоляции, а также вознаграждение за принятие односторонних действий, направленных на подрыв политики Соединенных Штатов в Сирии.

Белый дом и Госдепартамент считают, что единственный способ добиться прогресса в Сирии — работать с Москвой, даже если это означает отставить в сторону усилия, направленные на ее изоляцию. Такого рода подход имеет некоторый смысл, но только в том случае, если Россия на самом деле будет соблюдать договоренности относительно Сирии, а также продемонстрирует прогресс в разрешении украинского кризиса.

Но ничего подобного не происходит. Ушедший недавно в отставку с поста премьер-министра Арсений Яценюк сказал мне на прошлой неделе, что России удалось отвлечь внимание мира от украинского кризиса, в то время как российские военные продолжают осуществлять военную операцию среднего уровня интенсивности в нарушение Минских соглашений.


«Каждый день они убивают украинских солдат, каждый день растет общее количество жертв, каждый день увеличиваются потери среди гражданского населения. Никакого прекращения огня в зоне конфликта нет», — сказал он.

По словам Яценюка, стратегия российского президента Владимира Путина ясна. Россия будет делать вид, что она работает вместе с западными державами и даже будет заключать сделки, если они будут достаточно выгодными. Но при этом, избирательно нарушая соглашения и продолжая манипулировать другими правительствами и средствами массовой информации, Путин будет последовательно добиваться реализации своих антизападных, антидемократических целей. По мнению Яценюка, просто не существует возможности для конструктивной работы с нынешним Кремлем.

«Я не верю в то, что вы сможете договориться с Российской Федерацией о чем-то значительном, потому что Соединенные Штаты, как там считают, являются врагом Российской Федерации, — сказал он. — Они могут вести переговоры, они могут спорить, они даже могут согласиться относительно вопросов, не представляющих жизненно важный интерес. Однако существует жизненно важное различие. Это просто два разных мира».

Соединенные Штаты не могут себе позволить не принимать во внимание американо-российские отношения. Есть доля истины в утверждении о том, что наиболее острые мировые проблемы, в том числе проблему исламского экстремизма, нельзя решить без участия России. Однако Вашингтон не может игнорировать все более вопиющее поведение России.

Опасные военные маневры России вблизи американских кораблей сегодня стали обычным явлением. Проводимое Россией преследование и запугивание американских дипломатов по всей Европе достигло своего пика. Российский правительственный кибершпионаж и пропагандистские кампании заходят слишком далеко.

«На самом деле, они ведут новую глобальную холодную войну против Соединенных Штатов, — отметил Сэмюэл Шарап (Samuel Charap), старший научный сотрудник Международного института стратегических исследований (International Institute for Strategic Studies). — В этом не приходится сомневаться. Мы имеем гноящуюся рану в этих отношениях, и никто на стороне Соединенных Штатах не тратит достаточно времени на ее лечение».

Соединенные Штаты имеют сложные отношения с большим количеством проблематичных государств. Китай, например, проводит репрессивную политику внутри государства и агрессивную внешнюю политику, но никому не приходит в голову порвать отношения с Пекином. И то же самое относится к России — политика ее изоляции в качестве наказания за вторжение на Украину имеет свои пределы. Россия была решительно настроена на то, чтобы не уступить под давлением санкций, и если считать показательным последнее голосование во французском Сенате, то следует признать, что режим санкций не будет длиться вечно.

«Путин — очень умный и изощренный политик, — отметил Яценюк. — Он способен долго ждать — ждать в течение весьма продолжительного периода времени. Он знает, как действуют западные державы».

Соединенные Штаты должны установить новые отношения с Россией, которые будут интеллектуально честны относительно действий Москвы и ее намерений, но при этом следует сохранять любое возможное сотрудничество. Это может означать поиски эндшпиля в отношении введенных из-за Украины санкций еще до того, как они рухнут под тяжестью собственного веса. Но это также означает более активное противодействие российским провокациям и повышение цены для Путина, если он продолжит свои прежние действия на других фронтах.

Министр обороны Эштон Картер, который в ходе внутренних обсуждений выступал против новых предложений президента Обамы относительно Сирии, сказал на прошлой неделе: «Если Россия будет делать правильные вещи в Сирии — это важное условие, — как и во всех случаях с участием России, то мы готовы работать с ними».

Руководство Соединенных Штатов должно дать заслуживающий доверие ответ на соответствующий вопрос: что оно намерено предпринять, если Россия продолжит вести себя неподобающе?

Джош Рогин — политический обозреватель газеты Washington Post.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.