Этот материал был опубликован 30 июня 2016 года. 13 июля новый британский премьер Тереза Мэй ошеломила многих обозревателей, назначив главным дипломатом страны известного своей недипломатичностью Бориса Джонсона.

Вот так. Не прошло и недели с тех пор, как Британия проголосовала за выход из Европейского Союза, как самое интересное у нас уже отобрали. А самое интересное — это прогноз о том, будет ли избран премьер-министром лохматый Борис Джонсон, бывший мэр Лондона, как-то заявивший, что он однажды хотел попробовать кокаин, но случайно чихнул, и весь наркотик разлетелся. 


В четверг Джонсон сказал, что не будет бороться за место премьер-министра Дэвида Кэмерона, когда тот объявил об уходе в отставку после референдума о Брексите. Вместо этого Джонсон отойдет в сторону и даст шанс побороться за это кресло своему союзнику Майклу Гоуву (Michael Gove).


«Посовещавшись с коллегами и оценив обстановку в парламенте, я пришел к выводу, что не могу быть на этом месте, — заявил Джонсон. — Моя роль будет заключаться в том, чтобы оказывать всевозможную поддержку следующей администрации консерваторов, добиваясь того, чтобы мы должным образом исполняли наказы избирателей и волю народа, изъявленную им на референдуме, а также проводить ту программу, в которую я верю». 


Та поддержка, которую Джонсон оказал Гоуву, стала весьма неожиданным поворотом в гонке за кресло премьер-министра, в которой сейчас участвуют пять человек. Дело в том, что от Гоува многие ожидали выступления в поддержку кандидатуры Джонсона. Консерватор и министр внутренних дел Тереза Мэй, решившая остаться в правительственном блоке, должна стать главной соперницей Гоува. Но такому повороту событий, похоже, удивился даже сам Гоув, заявивший в четверг, что он неоднократно говорил о своем нежелании занимать этот пост.

«Я всегда придерживался такого мнения, — сказал он. — Но произошедшие после четверга события очень сильно повлияли на меня». 


Очевидно, такая внутренняя перемена как-то связана с Джонсоном. В четверг Гоув сделал вывод, что «Борис не в состоянии обеспечить руководство и сформировать команду, которая справится с предстоящими задачами».

В качестве оды Борису Foreign Policy предлагает вам некоторые из его лучших высказываний.

Про пинг-понг:

«Пинг-понг изобрели на обеденных столах Англии в 19-м веке, и тогда его называли вифф-вафф!»

Про еду:

«Абсолютно никто, кроме вас самих, не может запретить себе встать посреди ночи и тайком пробраться к холодильнику, чтобы вгрызться зубами в лежащий там аппетитный кусок сыра».

«Моя политика в отношении пирога такова, чтобы его можно было съесть, но сохранить».

Про то, как Джонсон застрял на тарзанке:

«Все организовано просто отлично. А теперь принесите мне лестницу».

Про наркотики:

Марихуана: «Это было здорово. Но видимо сегодня все иначе. Намного крепче. Я стал очень нетерпимым в этом отношении. Я не хочу, чтобы мои дети употребляли наркотики».

Кокаин: «Мне кажется, как-то раз мне дали кокаин, но я чихнул, и в нос ко мне он не попал. Да и вообще, может это и не кокаин был, а сахарная пудра».

Про то, как Джонсон сбил с ног ребенка, играя в регби:

«Ну, как ты? Ерунда, заживет».

И конечно, про его отношение к ЕС, находиться в котором он очень не хочет:

«Сначала они заставляют нас платить налоги для греческих оливковых рощ, многие из которых просто не существуют. Потом говорят, что нельзя макать хлеб в оливковое масло в ресторанах. Мы не вступили в общий рынок, предав новозеландцев и их масло. Мы вынуждены давать субсидии, чтобы нам указывали, где, как и когда мы должны есть оливковое масло».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.