В понедельник в Стамбуле турецкий президент Реджеп Тайип Эрдоган вышел на сцену вместе с Владимиром Путиным, демонстрируя улучшение в двусторонних отношениях спустя 11 месяцев после того, как Турция сбила российский военный самолет, спровоцировав продолжительную враждебность между двумя странами. Похоже, что два руководителя постарались оставить этот трагический инцидент позади.

В ходе своего первого визита в Турцию после этого случая Путин выступил в Стамбуле на Всемирном энергетическом конгрессе, обратившись к затемненному зрительному залу, который заполнили важные персоны. Российский президент произнес сухую в основном речь о состоянии мировых цен на нефть, о трубопроводах и о «наращивании энерготранспортных возможностей». Он не упомянул кризис в соседней Сирии, где Россия поддерживает оказавшегося в сложном положении Башара аль-Асада, а Турция — воюющих против него повстанцев.

Выйдя к трибуне сразу после Путина, Эрдоган перешел от энергетики к войне. Стоя перед сверкающим видеоэкраном от пола до потолка, он заговорил об обстановке в сирийском городе Алеппо, где русские и войска режима ведут наступление на удерживаемую повстанцами часть города.


«Сегодня, когда дети в Алеппо смотрят на горизонт, они видят бомбящие их вертолеты и самолеты», — сказал Эрдоган, имея в виду оказавшийся в блокаде город, где российская авиация и войска режима обстреливают удерживаемые повстанцами жилые кварталы. Путин сидел примерно в трех метрах от турецкого руководителя, однако не проявлял никакого дискомфорта. Спустя несколько минут два президента уже стояли плечом к плечу рядом с десятком других лидеров, чтобы сделать, как выразился председатель, «семейную фотографию». В тот же день Путин и Эрдоган подписали долгожданное соглашение о строительстве 900-километрового газопровода, который должен пройти по дну Черного моря, связав Россию с Турцией.

Этот день продемонстрировал весьма странное состояние российско-турецких отношений. Путин и Эрдоган оставили позади прошлогодний кризис, из-за которого член НАТО на какое-то время оказался на грани столкновения с Россией. Но поскольку эти страны находятся по разные стороны в сирийской гражданской войне, у нынешнего потепления есть свои пределы и ограничения. Они сильнее других связаны с воюющими сторонами в Сирии, где Россия напрямую воюет на стороне режима Асада, а Турция сотрудничает с различными повстанческими группировками, получающими от Анкары помощь, которая идет через 800-километровую турецко-сирийскую границу.

Более того, стамбульская встреча в верхах состоялась в момент эскалации сирийского кризиса, в котором Россия оказывает поддержку режиму Асада, ведущему наступление на удерживаемые повстанческими группировками районы. Эти атаки причинили Алеппо самые серьезные разрушения за пять с лишним лет беспорядков и войны. За одну неделю в конце сентября в ходе российских бомбовых ударов погибло более 300 гражданских лиц, а летчиков из России обвиняют в атаках на больницы, жилые кварталы и на организованный ООН конвой с помощью.

Отношения между Турцией и Россией были заморожены с тех пор, как 24 ноября 2015 года был сбит российский самолет Су-24, нарушивший, как утверждала Турция, ее воздушное пространство. Пилот был убит, а Россия в ответ ввела экономические санкции, ослабившие торговлю и нанесшие сокрушительный удар по турецкой туристической отрасли, которая очень сильно зависит от отдыхающих из России. В то время Путин назвал случай со сбитым самолетом «ударом в спину, нанесенным пособниками террористов». В июне этот кризис как будто подошел к концу, когда Кремль объявил, что Эрдоган написал письмо с извинениями за сбитый самолет. В первый раз после кризиса Путин встретился с Эрдоганом в августе в Санкт-Петербурге, и эту встречу назвали «саммитом по разрядке обстановки». Затем Путин пошел на дальнейшее восстановление отношений, нанеся в понедельник визит в Турцию, который стал первым после трагического инцидента с Су-24.

«Это не следует истолковывать как стратегическую перегруппировку со стороны Турции. В большей степени это попытка устранить враждебность в двусторонних отношениях после случая со сбитым самолетом, — говорит Синан Ульген (Sinan Ulgen), работающий приглашенным научным сотрудником в Европейском центре Карнеги. — Сейчас отношения стоят на более прочной основе, но опять же, история и реальность российско-турецких отношений наглядно демонстрирует, что стратегической перестройки между Анкарой и Москвой быть не может».

Потеплению мешает все более глубокая вовлеченность Анкары в гражданскую войну в Сирии, которая постоянно усложняется и запутывается. Напрямую Турция осуществила вмешательство в ход войны только в августе, направив танки и самолеты на помощь повстанцам, которые пытались отнять территорию, удерживаемую экстремистской группировкой ИГИЛ (террористическая организация, запрещена в России — прим. перев.). Это вторжение также преследовало цель сдержать курдских боевиков, связанных с мятежниками, воюющими в пределах турецких границ.

Это вторжение также стало сигналом о смене турецких приоритетов в Сирии. Если в прошлые годы Турция ставила во главу угла борьбу с режимом Асада, то теперь она стремится отбросить назад ИГИЛ и курдских повстанцев, которых турецкий лидер называет двойной угрозой безопасности своей страны. И джихадистов, и объявленную вне закона Курдскую рабочую партию обвиняют в осуществлении целой серии смертоносных взрывов в Турции за последние 15 месяцев. С июля турецкие руководители из правящей Партии справедливости и развития даже намекают на то, что могут нормализовать отношения с сирийским правительством в Дамаске. Но пока нет никаких признаков реальной нормализации отношений, и Ульген сомневается, что это вообще возможно.

«Я не думаю, что у Турции есть настоящая возможность подружиться с Асадом, — говорит он. — В своей внешней политике Партия справедливости и развития настолько зациклилась на свержении Асада, что полный отход от этого курса невозможно будет объяснить турецкому общественному мнению».

После совместного появления на конгрессе Путин и Эрдоган в ходе отдельной двусторонней встречи обсудили ситуацию в Сирии. Давая позднее пресс-конференцию, они снова устроили демонстрацию единства, не вдаваясь при этом в подробности. Путин, напрямую говоря о Сирии, заявил, что Россия и Турция выступают за «прекращение кровопролития».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.