Обвинения в фальсификации президентских выборов 2016 года, которые неоднократно высказывал Дональд Трамп, уже изменили ход этих выборов. Не потому, что эти обвинения справедливы — нет никаких доказательств, подтверждающих заявления Трампа, и ни один серьезный эксперт не считает, что нынешние выборы сфальсифицированы. Но все это значительно осложняет процесс назначения и признания нового президента — особенно республиканцам, которым нужно будет улаживать вероятное поражение с кандидатом, который вполне может отказаться признавать результаты выборов.

Практически невозможно предсказать поведение самого Трампа, который явно настолько не любит проигрывать, что первым делом будет атаковать всю систему, благодаря которой он здесь оказался. Но план действий, помогающих партии справиться с поражением на президентских выборах, результаты которых оспариваются, действительно существует. Именно так Никсону удалось справиться с поражением на последних из американских выборов, которые вполне могли быть по-настоящему сфальсифицированными.

Это случилось в 1960 году — после того, как Джон Кеннеди победил Никсона с минимальным перевесом голосов. Никсон считал, что союзники Кеннеди обеспечили ему победу за счет систематических нарушений и мошенничества. У него на руках было гораздо больше доказательств, чем у Дональда Трампа, и количество голосов, которые он проиграл своему сопернику, было гораздо меньше, чем сегодня у Трампа в ходе опросов. Он не сразу уступил, и очень серьезно рассматривал вопрос об оспаривании результатов. Но в конечном итоге Никсон их признал — так же, как признала их республиканская партия и общественность США.

С 1960 года многое изменилось. В частности, люди уже не так доверяют правительству, как раньше: в ходе недавнего опроса 79% республиканцев согласились с тем, что повсеместные нарушения и мошенничество на выборах может привести к фальсификации результатов. Но как история, разыгравшаяся в 1960-х годах, должна повлиять на действия сегодняшней республиканской партии в течение двух недель, оставшихся до выборов, и нескольких дней после них. Если никак, то это может пошатнуть сами основы американской демократии.

***

Президентские выборы 1960 года были событием драматическим. Соперником вице-президента Ричарда Никсона, воинствующего антикоммуниста, был Джон Кеннеди — красивый, обаятельный и богатый сенатор из штата Массачусетс. Выборы стали ареной ожесточенной предвыборной кампании, ознаменовавшей начало современной эпохи политической борьбы кандидатов — с теледебатами, специально зафрахтованными самолетами для совершения предвыборных турне и тщательно продуманными агитационными роликами.

Кеннеди победил с минимальным перевесом голосов. Свое лидерство во время прямых выборов он обеспечил за счет всего лишь 118,574 голосов избирателей из почти 69 миллионов поданных голосов. (За него проголосовали 49,7% избирателей, а за Никсона — 49,6%). Это был минимальный отрыв в ходе голосования на прямых выборах после победы Гровера Кливленда (Grover Cleveland) над Джеймсом Блэйном (James Blaine) в 1884 году (23 тысячи голосов) и последующей победы Бенджамина Харрисона (Benjamin Harrison) над Кливлендом в 1888 году (100456 голосов).

При голосовании коллегии выборщиков Кеннеди одержал более уверенную победу — 303 голосов (против 219 голосов Никсона). Но в двух ключевых штатах, которые помогли изменить ход выборов, победу Кеннеди некоторые республиканцы сочли нечестной. В штате Иллинойс, он победил с отрывом всего в 8800 голосов — в основном за счет перевеса голосов при голосовании в Чикаго, где мэр Ричард Дейли (Richard Daley) — верный сторонник Кеннеди — строго контролировал демократическую организацию округа Кук. В Техасе, на родине своего соседа по избирательному списку и кандидата на пост вице-президента Линдона Джонсона он победил с перевесом в 46 тысяч голосов. Если бы Никсон победил в этих двух штатах, он бы победил в голосовании выборщиков, набрав 270 голосов против 252.

Теперь, когда после этих событий прошло более полувека, невозможно судить о том, что произошло на самом деле. Несколько судей и один независимый прокурор, которые в течение последующих месяцев выносили решение в ответ на жалобы республиканцев, установили, что подсчет голосов был честным. Но историк Роберт Дэллек (Robert Dallek), написавший подробные и исчерпывающие биографии Джона Кеннеди и Линдона Джонсона, пришел к выводу, что знаменитая политическая машина Дейли, «возможно, и украла у Никсона голоса избирателей штата Иллинойс», однако при этом он напоминает читателям, что Кеннеди «победил бы и без Иллинойса». У агентов ФБР, которые вели прослушивание телефонных разговоров главных помощников Дейли (совершенно по другому поводу), также были основания полагать, что результаты голосования в Иллинойсе были сфальсифицированы.

Что же касается Техаса, Дэллек считает, что «46 тысяч сфальсифицированных голосов это больше, чем мог бы скрыть самый ловкий манипулятор, занимающийся подтасовкой результатов выборов». Возможно, что самым искусным манипулятором был напарник Кеннеди по выборам Линдон Джонсон. И Роберт Каро (Robert Caro), наиболее известный из биографов Джонсона, не так уверен в результатах.


Джонсон почти наверняка и раньше участвовал в сомнительных выборах. В 1941 году Линдон Джонсон с большой долей вероятности опередил своего главного оппонента в ходе довыборов в сенат, только чтобы убедиться, что его политические соперники сфальсифицировали результаты классическим методом вброса бюллетеней, который продолжался в течение нескольких дней подряд. Семь лет спустя Джонсон отплатил той же монетой в ходе выборов, результаты которых было почти наверняка сфальсифицированы. Через несколько дней после выборов члены комиссии, работавшие на 13-м участке округа Джим-Уэлс в Техасе, обнаружили 200 неучтенных при подсчете бюллетеней, отданных избирателями, которые таинственным образом подписывались в алфавитном порядке и одним и тем же почерком. Это было самым вопиющим примером повсеместного и систематического мошенничества, наиболее очевидного в округах, которые контролировал политический союзник Джонсона Джордж Парр (George Parr). Каро привел убедительные доводы, доказав, что команда Джонсона победила сомнительным путем.

Честно говоря, во время выборов в сенат в 1948 году никто не отличался особой честностью. Но если кто-то и мог подтасовать результаты в Техасе, то это был Линдон Джонсон. В 1960 году на 13-м участке за Джона Кеннеди было подано 1144 голоса, а за Ричарда Никсона всего 45. Демократы победили в округе Уэбб с большим перевесом в 10059 голосов против 1802. В конечном итоге Кеннеди и Джонсон победили в девяти округах, которые контролировали Парр и его союзники, с общим отрывом в 21691 голосов.

Как и в случае с Иллинойсом, получить результаты голосования в Техасе по прошествии стольких лет после его проведения, невозможно. Вполне возможно, что все бюллетени били подлинными, и никаких фальсификаций не было. Население округов, которые контролировал Парр и его единомышленники, по большей части составляли латиноамериканцы, а в 1960 году латиноамериканцы голосовали за Джона Кеннеди — одного из двух католиков, выдвингавшихся кандидатами на пост президента от крупной политической партии.

Мало кто из историков отмечает штаты, в которых чиновники-демократы действительно сфальсифицировали результаты и не понесли за это наказание: «Глубокий Юг», где в результате нездоровой политики, сочетающей в себе санкционированное властями насилие, запугивание, налог на голосование, проверку на грамотность для получения права голоса и мошенничество, подавляющее большинство темнокожих избирателей участия в голосовании не принимали. Джон Кеннеди победил в штате Алабама с перевесом в 80 тысяч голосов, а в штате Миссисипи — отрыв составил лишь 34801 голос. Если бы афроамериканцы имели возможность проголосовать, то результаты в обоих штатах вполне могли бы быть примерно одинаковыми. И, тем не менее, в 1960 году республиканцы (в частности Никсон) добились неплохой поддержки среди темнокожих избирателей, и можно было бы предположить, что в штатах Алабама и Миссисипи афроамериканцы с большей вероятностью проголосуют против правящей демократической партии.

Но все это по-прежнему является всего лишь предположением.

***

Несмотря на незначительное преимущество соперника, Никсон ранним утром после выборов публично признал свое поражение — а вскоре после этого Кеннеди объявил о победе. Никсон не призывал республиканцев считать страну увязшей в нескончаемой гражданской войне, или относиться к вступающему в должность президенту как к узурпатору. Наоборот, 6 января 1961 года он снял с себя обязанности председателя сената и председательствовал в конгрессе при подсчете голосов выборщиков. На совместном заседании конгресса он сказал: «В ходе наших избирательных кампаний, какими бы сложными они ни были, насколько равными ни оказались бы шансы кандидатов на победу, проигравшая сторона принимает результаты выборов и поддерживает победителей». Никсон отметил, что он был первым вице-президентом, объявшим своего соперника победителем, за период с 1860 года (когда уходящий вице-президент Джон Брекенридж назвал победителем Авраама Линкольна). Это стало «ярким примером незыблемости конституционного строя».

Спустя годы, Никсон назвал себя человеком, который поставил страну выше собственных амбиций, сразу же признав результаты выборов, которые он считал сфальсифицированными. Но, как установил историк Дэвид Гринберг (David Greenberg), со стороны Никсона это было полнейшим лицемерием. На самом деле за кулисами уходящий вице-президент предлагал провести пересчет голосов от своего имени и в какой-то момент уже начал надеяться отстоять свою победу на выборах через суд.

В дни сразу после выборов однопартийцы Никсона собрали доводы, необходимые для того, чтобы завести дело с требованием систематического пересчета голосов — не только в Иллинойсе и Техасе, но и в других штатах, где шла напряженная борьба, например, в Нью-Джерси. Сам кандидат от этих действий дистанцировался, зная, что они сделают его уязвимым и, как он писал в своих воспоминаниях, позволят обвинить его в «неумении проигрывать». Но он не сделал ничего, чтобы остановить своих соратников, собравших 100 тысяч долларов в фонд комитета Никсона по пересчету результатов голосования и подавших иски в федеральный суд и суд штатов. После поражения в ходе нескольких ключевых судебных заседаний комитет прекратил свою деятельность. Американцев, сомневающихся в результатах выборов, было очень мало, и переубеждать их было бессмысленно. Никсон капитулировал и признал свое поражение, хотя во время частной новогодней вечеринки незадолго до того, как он председательствовал на официальном избрании Джона Кеннеди, он сказал близким друзьям: «Мы победили, но они украли нас победу».

И по иронии судьбы, хотя Никсон и послужил своей стране достойно, утвердив результаты выборов и избрание Кеннеди, именно он впоследствии сделал много такого, что подорвало веру американцев в американские политические институты. После своей победы в 1968 году на выборах, результаты которых утвердил на совместной сессии конгресса его противник — уходящий вице-президент Губерт Хамфри, Никсон оказался президентом, попиравшим законы и сеявшим разногласия, как никто другой — и в те времена, и впоследствии.

Вследствие Вьетнама и Уотергейта доверие граждан к власти и политикам резко упало. Если в 1964 году во время опроса 78% респондентов считали, что правительству можно «доверять, и оно поступает правильно» «всегда» либо «в большинстве случаев», то к 1980 году такого мнения придерживались только 26% американцев. В опросах, проводившихся в 1964 году, в том, что «люди в правительстве тратят много денег, которые мы платим в виде налогов», были убеждены около 47% избирателей, а 16 лет спустя так считали уже 78% американцев. Аналогичные тенденции прослеживались и в ответах на вопросы социологов о том, является ли «лучшим правительством то, которое, меньше вмешивается и дает больше свободы действий», или правда ли, что федеральные власти не столько решают проблемы, сколько создают их.

По иронии судьбы, сразу же после отставки Никсона в 1974 году эти тенденции наносили ущерб репутации республиканцев, но со временем они помогли республиканцам уменьшить повсеместное и растущее недоверие к политическим институтам. Для партии, проводящей политику ограничения роли правительства, это была выигрышная стратегия.

Правда, есть разница между предостережениями от расширения роли государства (или спекуляциях на общественном недоверии к нему) и ослаблением тех самых институтов, которые лежат в основе востребованной демократии. Ричард Никсон изначально оспаривал результаты президентских выборов 1960 года (хотя позже он это отрицал). Но он проявлял свое недовольство и обиды (которые, вполне возможно, были законными и обоснованными) только до определенного предела Тем самым он сохранил устои тех институтов, для ослабления и разрушения которых он столько сделал впоследствии.

В этом году кандидат в президенты США угрожает оспорить результаты выборов еще до того, как избиратели опустят свои бюллетени в урны. Вопрос, стоящий перед республиканскими лидерами, прост: поступят ли они так же, как поступил Ричард Никсон в 1960 году, или сделают то же, что сделал Ричард Никсон в 1972 году?

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.