Где наибольшая вероятность выжить при ядерном взрыве: в каком-либо современном бомбоубежище в Москве, в Сибири или на Дальнем Востоке?

Согласно московскому корреспонденту газеты Aftenposten, это — один из вопросов, который сегодня активно обсуждается на российских телеканалах, контролируемых государством.

В пятницу 30 сентября серьезность дискуссии подчеркнул один из руководителей московского отделения МЧС, заверивший, что для всех 11,5 миллионов жителей Москвы есть достаточно убежищ в случае катастрофы.



«Мы не говорим ни о чем другом, кроме войны», — написал комментатор Федор Лукьянов в независимом электронном издании Gazeta.ru, которая ранее на этой неделе выступила с резкой критической статьей об условиях жизни в Дании.

Он назвал военную риторику пугающей, потому что она способствует созданию картины врага. На Западе обращают внимание также на все более милитаризированную Россию, которая ведет теневую войну на востоке Украины и открытую войну в Сирии, угрожает своим соседям и, вероятно, попыталась вмешаться в президентские выборы США с помощью утечек e-mail. Утечек, которые не только затрудняют деятельность демократического кандидата в президенты Хилари Клинтон (Hillary Clinton), но и вредят восприятию США как образца демократии.

А что делаем мы? Усиливаем санкции против России, чтобы посадить ее на место? Или мы лишь рискуем еще выше забраться на дерево, откуда для обеих сторон будет все труднее спуститься вниз?

Как известно, конфликт гораздо легче раздуть, чем уладить.

Наша дилемма

Это настоящая дилемма, которая разделяет политиков ЕС и наших политиков здесь дома на более жестких и более мягких. На ястребов и голубей, которых немецкие жесткие политики насмешливо называют Russland-Verstehere (хорошо понимающие Россию).

Националисты и экспортеры объединяются вокруг политики голубей. Партии типа Датская народная партия могут видеть в России союзника в борьбе против сильного ЕС, в объединенной борьбе с радикальным исламом и в вере в сильное национальное государство, в то время как итальянский и немецкий бизнес выступает за снижение уровня конфликта с помощью экономического сотрудничества. Немецкий бизнес, несмотря на санкции ЕС, много инвестировал в Россию в первой половине этого года и за весь 2015 год, указывает немецкий журнал Der Spiegel в одной из своих недавно опубликованных статей.

Идеалисты и ястребы наоборот считают, что необходимо провести четкую границу с Россией, которая аннексировала украинский полуостров Крым и которую обвиняют в военных преступлениях в Сирии. Представитель России в ООН Виталий Чуркин позавчера не исключил, что российские части могли быть задействованы в операции, когда боевые самолеты убили 22 школьника. Что же случится, если мы будем делать вид, что ничего не произошло?

Пять проблем Путина

Запад столкнулся с компромиссом двух крайних точек зрения.

С компромиссом, который несет в себе риск того, что не подействует слишком сильно, чтобы изменить политику России, но достаточно сильно, чтобы обычные россияне заметили давление со стороны общего «внешнего врага», и чтобы власть Путина таким образом смогла бы использовать его как объяснение проблем, за которые она сама несет ответственность.

Поэтому раздувается пропаганда и усиливается воинственная риторика, хотя Россия, которая внешне производит впечатление восставшего великана, на самом деле очень ранима.

Прежде всего, Россия сталкивается с мощным демографическим вызовом: население страны к 2050 году предположительно уменьшится на 10% по сравнению с нынешней демографической ситуацией.

Во-вторых, произойдет спад в экономике. В то время как Путин в первые годы своего правления мог радоваться росту цен на нефть, в последние годы снижение цен на нефть и санкции Запада привели к тому, что спад в экономике составил 3,7%, и в этом году ожидается дальнейший спад, который составит 1%.

В-третьих, экономика застыла, ее государственный сектор становится все больше, появляется все бльшее количество государственных предприятий. Это ослабляет динамику.

В-четвертых, война Путина приводит к новым расходам. Одна война в Сирии стоит, согласно данным IHS Janes, примерно 10 миллиардов крон в год, сюда же следует прибавить расходы на теневую войну на Украине. Нужно помнить, что Путину не удалось закончить российскую военную операцию в Сирии, хотя он в марте заявил, что задача в общем и целом решена, и приказал вывести большинство российских частей.

В-пятых, выборы в российскую Думу в сентябре явились крайне условным успехом. Они были выиграны лояльными Путину партиями, ожидавшими большой победы, но на избирательные участки пришло лишь 47% избирателей, самый низкий уровень в новейшей истории России, в Москве он составил вообще 28%. Это показывает разрыв между «народом» и «властной элитой» и дает пищу опасениям по поводу того, что зреет возмущение.

В то же время в этом году, как показывает обзор российского Центра политических и экономических реформ, стало значительно больше рабочих конфликтов, связанных в первую очередь с невыплатами зарплаты.

Опасный коктейль

Путин знает эти риски. Он не забыл, как в Москве в 2011-2012 годах возникли мощные народные протесты против его правления.

Поэтому он усилил свою пропаганду и давление на оппозиционеров, подорвал стабильность Украины, чтобы показать кровавый риск народных восстаний, и втянулся в войну с внешним врагом, чтобы снова собрать народ страны вокруг президента.

Это ему удается… Пока. Но это происходит благодаря коктейлю из подавления, пропаганды и кровавой властной политики, а не благодаря решению фундаментальных проблем России. Это основная и долгосрочная проблема Путина, но это и наша проблема. Вот почему он рычит как русский медведь.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.