Из всех мировых держав у России, включая ее советский вариант, самая продолжительная традиция и опыт в выражении своего державного недовольства. Москве не удалось выторговать Сирию за Украину и Крым. А если удастся взять Мосул, что, скорее всего, приблизит конец «Исламского государства» (запрещенного в России, — прим. ред.), то закончится и весьма успешная игра, в которой Россия сама себе отвела роль единственного решительного борца с исламистским терроризмом.

Прежде чем начнется какой-нибудь новый кризис, который точно будет, Москве не останется ничего другого, как вернуться к проверенным темам. Одной из них является критика действий и самого существования НАТО. Что в нас так не устраивает Россию? По словам секретаря Совета безопасности РФ Николая Патрушева, военная инфраструктура НАТО приближается к российским границам, разрабатывается новое оружие, и НАТО наделяет себя «глобальными функциями».


Скорее всего, так Патрушев намекает на дилемму НАТО начала 90—х годов: «Out of area or out of business». Оставим в стороне тот факт, что как минимум роль НАТО в Афганистане соответствовал российским интересам безопасности, как и, например, помощь при ядерном разоружении Белоруссии, Украины и Казахстана. Сосредоточимся на новом контексте, в котором звучит прежняя риторика. Что изменилось? С момента распада СССР Запад предлагал всем постсоветским странам ряд платформ для общения и экономического и политического сотрудничества. И всегда эти предложения соответствовали основами либерального политического и экономического порядка. Но, как теперь утверждает Кремль, западные предложения были унизительными, поскольку отражали неприемлемый «менталитет победителя».

И хотя есть ряд примеров интенсивного и успешного сотрудничества и желания преодолеть кризис, современная ситуация диаметрально отличается. Прежде всего, тем, что на этот раз не только Россия воспринимает нас как угрозу, но и альянс начал воспринимать как угрозу Россию на нынешней стадии агрессивного путинского «развития». В итоге оба субъекта, которые одновременно являются соседями и во все более ограниченных масштабах также партнерами, воспринимают друг друга одинаково.

И хотя подобному положению трудно радоваться, позитивно можно оценить по крайней мере способность перестать врать о противнике и рассматривать его реально. По словам Николая Патрушева, Россия готова отстаивать новую систему мировой безопасности, в которой альянсы станут ненужным анахронизмом.

Что из этого следует? Только одно: будущее за крупными и сильными государствами, среди которых может быть и Россия. Не секрет, что Кремль представляет себе будущее как триумвират, в котором самые важные решения принимает Москва вместе с Пекином и Вашингтоном. В идеале — вместе с первым против второго. Нельзя исключить, что подобный мир станет реальностью.

Но если так, то первыми пострадают малые игроки с открытыми экономиками, то есть как раз такие, как Чехия. В мире тех, кто полагается в первую очередь на мощь, у малых стран нет шансов. И нам стоит осознать, что мир сверхдержав для нас — это сверхпроблема. Пока еще не поздно.

Михаел Романцов — политический географ.