Писать эту статью на тему приоритетных задач новой администрации США в вопросах контроля вооружений мы начали прямо накануне выборов, исходя из того (как и многие), что президентом станет Клинтон. Поэтому статья была направлена на оценку текущих тенденций и на то, чему, на наш взгляд, новая администрация демократов должна уделить особое внимание. Но теперь мы знаем, что это будет администрация Трампа, а следовательно появляется больше неизвестных величин во внешней политике избранного президента в целом и в вопросах контроля вооружений и нераспространения в частности. Тем не менее, мы сохранили статью такой, какая она есть, внеся лишь некоторые корректировки, относящиеся конкретно к тем темам, на которые говорил Дональд Трамп во время своей кампании.

Усилия в сфере контроля вооружений, разоружения и нераспространения за последние полвека предпринимались самые разные, начиная с действий по ликвидации оружия массового уничтожения и идей о его полной ликвидации, и кончая инициативами о признании этого оружия и попытками сосредоточиться прежде всего на уменьшении напряженности и укреплении стабильности между государствами, которые таким оружием обладают. Если рассматривать «идеальные типы» контроля вооружений, а именно, усилия по его уничтожению и внимание к ядерным государствам, то текущие международные события, похоже, диктуют необходимость такого подхода, в котором больше внимания уделяется государствам и их взаимоотношениям. Вызвано это главным образом новой, обладающей мощным дестабилизирующим потенциалом напряженностью в российско-американских отношениях, которая появилась в последние десять лет и уже оказывает негативное воздействие на их двусторонние усилия в вопросах контроля вооружений. Сохранение напряженности между сверхдержавами и конфликт их глобальных интересов также будут влиять на их возможности по эффективному противодействию проблемам распространения оружия массового уничтожения на Ближнем Востоке после истечения срока Совместного всеобъемлющего плана действий (соглашение между Ираном и группой государств, известных как 5+1, по его ядерной программе — прим. пер.).


Сегодня, когда две сверхдержавы отказываются от компромиссов и в своих двусторонних отношениях начинают действовать в манере, напоминающей в определенном смысле годы холодной войны, та повестка ядерного разоружения, которую президент Обама объявил в апреле 2009 года в самом начале своего первого срока, и движение «Глобальный ноль», которое придавало ей силы, кажутся все более оторванными от практической реальности. Принятую недавно резолюцию Первого комитета ООН, которая призывает к проведению переговоров по новому международному договору о запрете ядерного оружия (конец октября 2016 года), скорее всего, ждет похожая судьба. Неудивительно, что против этой резолюции выступили Россия и Соединенные Штаты, обладающие примерно 95% общемирового ядерного арсенала. Но их мнение о том, что в сегодняшнем мире ликвидировать ядерное оружие невозможно, ставит в центр внимания более неотложные проблемы контроля вооружений, которые вызваны трудностями в их взаимоотношениях.

Начиная с 1960-х годов, Соединенные Штаты и Россия заключили немало очень важных двусторонних соглашений по вопросам контроля вооружений. Эти соглашения помогли навести порядок в их взаимоотношениях и положили начало процессу сокращения их огромных арсеналов. Но в последние годы движение в этом направлении застопорилось, а некоторые соглашения дают сбои в связи с подозрениями в нарушении Россией Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД) от 1987 года и с выходом Москвы из российско-американского соглашения об утилизации плутония, которое было подписано в 2000 году и ратифицировано в 2009-м. Более того, США все чаще обращают внимание на действия Китая в ядерной сфере, осознавая, что усилия по контролю вооружений на глобальном уровне придется осуществлять в условиях многополярного мира, что существенно осложняет эти действия. Китай также играет центральную роль в политике США в отношении ядерного арсенала Северной Кореи. Любые действия по существенному ужесточению санкций против Северной Кореи в целях ее ядерного разоружения, скорее всего, будут наталкиваться на мощное противодействие Китая.

Необходимость снижения напряженности в отношениях между сверхдержавами в последние пять лет стала более настоятельной в свете продолжающегося спора из-за планов США/ НАТО по созданию системы противоракетной обороны в Европе, из-за российской интервенции на Украине и из-за текущих событий в Сирии. Фактически, Россия открыто увязывает свою позицию по вопросу сотрудничества с США в сфере нераспространения с событиями в политической области. Следующей американской администрации придется обратить серьезное внимание на эти тревожные тенденции. Происходящее на мировом уровне будет иметь колоссальные последствия и для контроля вооружений на Ближнем Востоке. Укрепление позиций России в этом регионе происходит одновременно с отказом администрации Обамы от вмешательства в ближневосточные дела. Если на мировой и региональной арене Соединенные Штаты уступят свои позиции России, она будет активно покрывать Сирию с ее химическим оружием и Иран с его ядерными амбициями и стремлением стать региональной державой. Чтобы остановить данные тенденции, США придется отказаться от курса, проводимого уходящей администрацией, и прочертить новый курс в своих отношениях с Россией и Ираном. Избранный президент Трамп неоднократно говорил о налаживании отношений с Россией, однако делать это необходимо осторожно, соблюдая американские интересы.

Если рассматривать Иран и конкретно ядерную проблему, то события прошедшего года указывают на то, что эта страна по-прежнему создает препятствия в вопросах нераспространения вопреки Совместному всеобъемлющему плану действий. Кроме того, данный план вряд ли заморозит ситуацию в ее нынешнем виде на следующие 10-15 лет. Скорее, стремление сохранить Иран в качестве неядерного государства это движущаяся цель, и на нее будет влиять то, как в предстоящие годы станут развиваться отношения между ключевыми игроками. В прошлом году администрация Обамы была занята в основном тем, чтобы не расстроить Иран и ту сделку, в которую она вложила так много усилий. Из-за этого она часто попадала в неловкое положение, так как ей приходилось искать оправдания неправомерным действиям Тегерана вместо того, чтобы решительно противостоять им.

Во время предвыборной кампании избранный президент Трамп говорил, что он откажется от Совместного всеобъемлющего плана действий, считая его очень плохой сделкой. Но скорее всего, это нереально. И в настоящий момент вредно. Тем не менее, у администрации Трампа будет преимущество, состоящее в том, что она сможет временно дистанцироваться в политическом плане от ядерного соглашения с Ираном, а это позволит ей по-новому оценить свои нынешние отношения с этой страной. Необходимо очень серьезно отнестись к тому, что любые совместные действия США и Ирана — будь то ядерная сфера, вопрос об американских заключенных в Иране, ситуация в Сирии и Йемене, иранские высказывания и так далее — создают правила игры между двумя странами. А это в конечном итоге повлияет на способность Ирана маневрировать в нужном ему направлении в ядерной сфере после истечения срока действия соглашения. Этот новый этап в иранских ядерных устремлениях, когда эффективность Совместного всеобъемлющего плана действий будет зависеть от паутины межгосударственных отношений, в которую оно вплетено, может оказаться не менее сложным, чем предыдущий — если не более сложным.

На этом фоне вступающей в свои права администрации Трампа следует разработать комплексный подход к Ирану, отойдя в сторону от нынешней политики, в которой ядерная проблематика рассматривается отдельно от поведения Ирана в регионе, хотя оно часто противоречит американским и западным интересам. Четкое определение интересов США в этом регионе и выработка на этой основе всесторонней политики в отношении Ирана должны также включать элемент сдерживания и устрашения. В этом году Иран продолжал испытывать волю и терпение США и Европы; и если в этой сохраняющейся борьбе Соединенные Штаты не будут выполнять собственные обещания по сдерживанию, в Иране это истолкуют как сигнал о том, что он не встретит большого сопротивления и может продолжать в том же духе. Соединенные Штаты должны подать четкий сигнал не только Ирану, но и региону в целом, продемонстрировав, что решимость Америки это важный фактор в вопросах политики и безопасности на Ближнем Востоке.

Сохранение духа и буквы Совместного всеобъемлющего плана действий и принуждение Ирана к точному исполнению взятых на себя обязательств является основой повестки нераспространения для новой администрации на будущее. Чтобы не было никакого недопонимания со стороны Ирана, Соединенные Штаты (предпочтительно вместе с группой государств 5+1) должны установить, что является неприемлемым нарушением этого плана, какова будет реакция в случае такого нарушения, и какой механизм принятия решений будет использоваться. А Международное агентство по атомной энергии должно получить необходимые средства контроля за исполнением Совместного всеобъемлющего плана действий.

Учитывая то, что примеру Ирана могут последовать многие государства в этом регионе (и за его пределами), новой администрации в рамках усилий по нераспространению следует призывать поставщиков ядерных реакторов обусловить эти поставки рядом четких обязательств, благодаря которым страны-покупательницы не смогут пойти путем создания ядерного оружия. В этом отношении возникают дополнительные угрозы по таким направлениям как программы разработки баллистических ракет, ядерная безопасность и возможность ядерного терроризма в том случае, если не будет обеспечена сохранность и надежная защита ядерных материалов и объектов. Действия в этом направлении неразрывно связаны с укреплением режима контроля вооружений и нераспространения в регионе.

Более того, действия, направленные на то, чтобы новые страны не становились обладателями ядерного оружия, должны сопровождаться усилиями по улучшению межгосударственных отношений. С учетом нынешней ситуации в регионе США должны в качестве первого шага найти общий язык с так называемыми «странами-единомышленницами», такими как Саудовская Аравия, государства Персидского залива, Египет, Иордания и Израиль, чтобы организовать региональный форум по безопасности с всеобъемлющей повесткой. Учреждение такого форума на Ближнем Востоке станет важной мерой укрепления регионального доверия и подготовит почву для последующих переговоров на тему создания зоны, свободной от оружия массового уничтожения. Это давняя тема в глобальной повестке нераспространения и разоружения.

В заключение следует сказать, что переговоры с Ираном продемонстрировали исключительную важность американского участия в региональных усилиях по нераспространению. Поэтому Соединенные Штаты обязаны возглавить борьбу за нераспространение на Ближнем Востоке. Достичь этой цели можно за счет постановки четких задач в области контроля вооружений, которые должны учитывать уроки ядерных переговоров с Ираном, а также признавать последствия меняющихся глобальных и региональных тенденций, и необходимость проведения новых переговоров с Россией и Китаем. То направление, в котором пойдет Америка в своих отношениях с этими сильными державами, станет определяющим для стратегического ландшафта, в котором ядерное распространение либо активизируется, либо будет эффективно сдерживаться.

Эмили Ландау — старший научный сотрудник Института исследований национальной безопасности (INSS) и руководитель его программы по контролю вооружений и региональной безопасности.

Шимон Штайн — старший научный сотрудник Института исследований национальной безопасности. С 2001 по 2007 годы он работал послом Израиля в Германии.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.