Великобритания может собой гордиться. Она снова показала всему миру пример. Обеспечив триумф Бориса Джонсона (Boris Johnson) и Найджела Фараджа (Nigel Farage) 23 июня — задолго до 8 ноября — она продемонстрировала, что в победе Дональда Трампа нет ничего нового.

В действительности, глупость, пошлость, непоследовательность и безответственность, по всей видимости, являются британскими изобретениями, которые американцы снова стараются тщательно скопировать.

Эпоха скучных политических деятелей, таких как Маргарет Тэтчер и Дэвид Кэмерон, подошла к концу. По всей видимости, нам больше не придется терпеть лидеров, которые руководствуются глубокими знаниями, опытом и приверженностью общим интересам. Настало время политических клоунов.

Всего за несколько недель Борису Джонсону — бывшему журналисту, для которого факты никогда не были препятствием на пути к созданию интересной истории — удалось окончательно рассеять те остатки понимания и сочувствия, которые Европа еще испытывала по отношению к Великобритании, погрязшей в последствиях референдума.

Это достаточно серьезное дипломатическое достижение — суметь объединить 27 оставшихся членов Евросоюза, включая Германию и Нидерланды, которые теперь твердо намерены не делать никаких поблажек Соединенному Королевству.


Это будет «тяжелый Брексит» не потому, что так хочет Тереза Мэй (Theresa May), а потому, что ее будущие бывшие партнеры уверены, что у них нет иного выбора с учетом упорной нерешительности Великобритании.

Джонсон вызвал глубокое недовольство у своих континентальных партнеров, продемонстрировав, во-первых, свое абсолютное невежество в вопросах, касающихся Евросоюза (что меня лично не удивляет, поскольку я сталкивался с ним в роли «журналиста» в Брюсселе). Согласно его собственной интерпретации европейских договоров, «глупо» утверждать, что четыре основные свободы (свобода перемещения людей, товаров, услуг и капитала) являются неотделимыми друг от друга.

«Сегодня все убеждены в том, что любой человек обладает правом, данным ему Богом, перемещаться так, как ему хочется», — сказал он ранее в ноябре.

С точки зрения Джонсона, разумеется, можно будет наладить «динамичные торговые отношения, и при этом мы вернем себе контроль над нашими границами, но останемся открытым и гостеприимным обществом».

Однако еще в сентябре министр финансов Германии Вольфганг Шойбле (Wolfgang Schäuble) очень недвусмысленно его предупредил. «Мы с радостью отправим министру иностранных дел Ее Величества копию Лиссабонского договора, — сказал он. — Там он сможет прочитать о том, что между единым рынком и четырьмя свободами есть определенная связь. В крайнем случае, я могу объяснить ему это на английском».

18 ноября Шойбле еще раз повторил, что «не будет никакого меню на выбор. Либо вы соглашаетесь на все сразу, либо уходите ни с чем». Между тем, его голландский коллега Йерун Дейсселблум (Jeroen Dijsselbloem) отметил, что Джонсон делает такие заявления, которые, «с точки зрения разума, невозможны» и «политически недостижимы».

Тем не менее, Джонсон продолжает неустанно повторять свою мантру: он прав, а остальные заблуждаются. Однако проблема заключается в том, что в конечном итоге решение будут принимать эти самые остальные. А если вы хотите добиться чего-то от других, разумнее всего будет не говорить им о том, что они глупцы.

Однако невежество министра иностранных дел усугубляется еще и его неуклюжестью. Джонсон — который, как вы помните, написал биографию Уинстона Черчилля — очевидно, не понимает, что нужно быть человеком неординарных способностей, чтобы мастерски сочетать юмор и дипломатию.

Его замечание о том, что итальянцы будут продавать британцам меньше вина в том случае, если Соединенное Королевство не сможет остаться частью единого рынка, не только стало дипломатическим инцидентом, но и в очередной раз подчеркнуло слабость аргументов Британии: если Евросоюз потеряет доступ к рынку в 64 миллиона британцев, Великобритания потеряет доступ к рынку в 440 миллионов европейцев.

Кроме того, Джонсон, который лично пугал всех ордами турецких граждан, которые обязательно прибудут в Великобританию, если она останется в Евросоюзе, теперь стал самым горячим сторонником вступления Анкары в Евросоюз — даже если в Турции введут смертную казнь.

«Я не могу это уважать, — горячо возразил обычно уравновешенный Манфред Вебер (Manfred Weber), лидер консервативной Европейской народной партии в Европарламенте. — Если вы хотите покинуть клуб, у вас больше нет права голоса в выборе будущего этого клуба».

В 1960-х годах известный французский сценарист Мишель Одиар (Michel Audiard) придумал фразу, которая отлично подходит для характеристики Джонсона. Она звучит примерно так: «Дураки (если выбирать наименее оскорбительное слово) попытаются добиться своего любыми способами — именно так мы и поймем, что они дураки».

Министр иностранных дел Великобритании, который, подобно Трампу, не любит ходить вокруг да около, простит мою фамильярность. Хотя, может быть, и нет.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.