В эксклюзивной статье в газете Figaro кандидат от правых и центристов на президентских выборах отмечает, что его программа «заключается вовсе не в приватизации медицинского страхования, а в спасении ее всеобщности путем расширения ответственности страхователей».

Я вступил в президентские дебаты с сильным проектом, который опирается на правду и ответственное стремление поднять на ноги нашу страну. На протяжение последних двух недель мои предложения стали целью нападок левых и ультраправых. Но, должен сказать, они не произвели на меня впечатления. Этот шквальный огонь был предсказуемым, раз я скрестил шпаги с группой консерваторов и мистификаторов. Мои противники представляют себя защитниками нашей «социальной модели», но на самом деле лишь губят ее. Они не желают признавать, что эта модель дает трещины со всех сторон, что безработица, бедность и несправедливость продолжают шириться, что дефицит становится угрозой для национальной солидарности.

Недавно главным объектом критики стало здравоохранение. Каков диагноз? Наша система в опасности, а ситуация за последние годы ухудшилась. Французы встревожены, причем небезосновательно: невыносимо долгие часы ожидания в очередях, несколько месяцев на запись к специалисту, растущая нехватка врачей. Медики устали от все большей бюрократизации из профессии. Правительство противопоставило друг другу свободную практику и государственную систему вместо того, чтобы сделать их дополнением друг друга. В больницах 35-часовая неделя стала ударом. Дыра в системе соцобеспечения вовсе не заткнута, что бы ни утверждала министр. Долг достиг 160 миллиардов евро…

Другими словами, вместо того, чтобы взглянуть в лицо фактам, мои противники подозревают меня в стремлении «приватизировать» медицинское страхование и сократить выплаты. Разумеется, это не так! При этом левые предпочитают не вспоминать, что стразовая нагрузка не перестает расти на протяжение десятилетий, в том числи и после принятых ими же самими реформ.

Условия «распространения» дополнительного медицинского страхования среди одних лишь трудящихся привели во многих случаях к сокращению страховых выплат (оптика, стоматология, консультации у специалистов, хирургические операции) и увеличению отчислений. У страхователей больше нет четкого представления о своих правах и положенных им выплатах. Туманность и непрозрачность стали повсеместным правилом. Но левые, положа руку на сердце, не хотят ничего об этом слышать. Я же называю вещи своими именами. Да, ситуация в нашей системе здравоохранения тревожная, а те, кто утверждают обратное, погрязли в отрицании действительности и демагогии. Моя цель — спасти наше здравоохранение, которое было одним из лучших в мире и вновь должно им стать.

Я намереваюсь вернуть принцип всеобщности в духе ордонансов 1945 года. Обязательное и всеобщее медицинское страхование, столп солидарности, должно остаться осью услуг, в которых ключевую роль играет терапевт.

Оно продолжит покрывать те же услуги, что сегодня, и даже предложит лучшее обеспечение тех статей, которые по большей части ложатся на плечи страхователей (например, оптика и стоматология). Таким образом, не идет и речи о том, чтобы касаться медицинского страхования или тем более его приватизировать.

Я стремлюсь обеспечить наилучшие выплаты пациентам, поставив систему обязательного медицинского страхования и дополняющих ее организаций под надзор регуляционного и контрольного ведомства, в котором будут представлены все действующие лица системы и ее пользователи. Необходимо улучшить управление нашей системой социального обеспечения. Я намереваюсь сделать так, чтобы все французы смогли получить соответствующие дополнительные меры защиты на основании однородных договоров.

Кроме того, необходимо задействовать ответственность каждого путем упрощения множества вариантов франшизы и долевых выплат, в которых сейчас крайне тяжело разобраться. В частности это подразумевает отказ от распространенной практики привлечения третьих лиц. Хватит бюрократии и лжи: у здоровья есть цена и, в конце концов, так или иначе, платит всегда страхователь.

Я хочу вернуть равновесие нашему здравоохранению: государственной и частной медицине следует действовать сообща, в доверительной атмосфере. У пациента должно быть право свободного выбора лечебного учреждения и врача, а тот должен полностью сохранить контроль над выписываемыми препаратами.


Я стремлюсь обеспечить равный доступ для всех путем борьбы с нехваткой врачей, увеличения числа медицинских учреждений, подъема частной медицины, которая сегодня напугана валом бумажной работы и грузом отчислений, возможности для частных клиник работать на общественное благо, пересмотра медицинского образования, удаленной медицины.

Необходимо установить финансовое равновесие. Что бы там не утверждали шарлатаны из числа сторонников «больше любой ценой», нам нельзя и дальше финансировать в кредит медицинское страхование, перекладывая груз на плечи будущих поколений, тем более что расходы на здоровье только продолжат расти.

Поэтому давайте действовать смело: спасем наше здравоохранение, чтобы обеспечить всем французам доступ к терапевтическим инновациям и новым лекарствам. Эти реформы необходимы, потому что без них наша система соцобеспечения развалится, что ударит в первую очередь по малоимущим гражданам. Реформы должны проводиться по согласованию со всеми участниками.

Я уже говорил и вновь повторю, что для меня главный приоритет — это борьба за занятость и экономический рост. Если сограждане окажут мне доверие, именно эта битва станет ключевой в начале моего президентского срока.

Почти 6 миллионов французов не имеют работы или ограничены частичной занятостью, сотни тысяч молодых людей не имеют доступа к трудоустройству и образованию… У самых наших ног лежит социальная бомба, а левые, несмотря на все это, упрекают меня в стремлении сделать все то же самое, что было сделано в соседних странах, где существует полная занятость! «Ультралиберал!» — кричат они. Старый и смехотворный ярлык для дискредитации тех, кто смотрят на вещи иначе. Я же просто-напросто — прагматик и считаю, что свобода представляет собой лучший трамплин для живого общества.

Я убежден, что нам по силам вернуть Францию к полной занятости. Для этого мы должны уменьшить стоимость труда, упростить и облегчить трудовой кодекс, продвинуться вперед в плане совместительства, отказаться от 35-часовой недели и позволить участникам самим принимать решения насчет собственной организации, избавить средний и малый бизнес от страха приема новых сотрудников… Те, кто несправедливо обвиняют меня в стремлении сломать трудовое право, сломали сам труд! Я хочу восстановить его, вернуть ему ценность, сделать открытым для всех.

Для моих противников занятость — по-прежнему забота государства. Мы входим в число лидеров по жесткости регламента в мире, по размерам налогообложения в ОЭСР и по масштабам администрации в Европе с 5,5 миллиона чиновников. Но для левых и ультраправых этот факт мало что значит. Они предпочитают кричать на всех, кто, как и я, хочет сократить эту цифру на 8% за пять лет, чтобы уменьшить дефицит и облегчить ложащуюся на инициативы нагрузку.

Да, сейчас ведут борьбу два лагеря. Первый уверен в необходимости еще сильнее закрутить гайки в системе, чтобы поднять Францию на ноги. Второй же, куда относимся мы с миллионами французов, утверждает, что их наоборот нужно ослабить.

Мои противники полагают, что наш народ не вынесет правды. Я считаю иначе! Они думают, что можно добиться роста без радикальных перемен. Они лгут! Нападки не заставят меня сойти с выбранного пути. Они — лишь расплата за требовательный проект, которым движет национальный интерес. Вместе с французами мы обретем отвагу правды и дела.