Вот вам ничем не подтвержденное предположение о намерениях Владимира Путина: утверждая операцию по взлому компьютеров и похищению электронных писем Хиллари Клинтон, он собирался раздражать, дразнить, показывать потенциал. Но это всего лишь предположение. Возможно, все наоборот. Полковник КГБ провел годы, определяющие мировоззрение, занимаясь каверзами. Так и делают сотрудники тайной полиции: разоблачают интимные секреты незаконными средствами, чтобы обратить их против тех, кто хранит секреты. Советская тайная полиция на передовом крае борьбы против западной демократии (его отправили в Восточную Германию на закате СССР) умела распространять клевету, вести подрывную деятельность и провоцировать конфликты.

О мотивах, побудивших Владимира Путина вмешаться в американские выборы, можно только предполагать. Но мы знаем, что он считает распад СССР величайшей геополитической катастрофой ХХ века, и знаем, что он публично высказывал недовольство второстепенной дипломатической ролью России на международной арене. Этих двух элементов достаточно, чтобы применить к России Путина жутковатое определение «реваншистская» или «жаждущая мести».

Реваншистские государства в 1920-х и 1930-х годах привели весь мир ко Второй мировой войне, которая на самом деле была крупнейшей геополитической катастрофой ХХ века, а то и всего последнего тысячелетия. Они же хотели всего лишь возвращения утраченных частей родины и немного уважения. Удовлетворить их аппетиты было бы так просто. Три, четыре или пять "созданных искусственно"и легко перевариваемых стран вполне могли бы предотвратить ту катастрофу.


Западная демократия практически всегда была врагом России. Она наверняка была врагом в последние сто лет существования империи Романовых до Первой мировой войны, она была врагом в течение 70 лет существования советской империи, и она вернулась к этому статусу после недолгого унизительного перемирия в последнем десятилетии ХХ века.

Путин не обязательно должен был ввязываться в конфликт с западной демократией. Она тоже несет определенную долю ответственности — имела место американское высокомерие в международных отношениях в последние годы ХХ века и в первые годы XXI века. Но Путин начал соотносить западную демократию со своими внутренними противниками и с общим планом по вытеснению России из естественной зоны ее интересов — бывших колоний советской империи.

Он видел уличные революции в Грузии, на Украине и в Киргизии. Он усмотрел в них следы заговоров. Ему нетрудно было снова поверить, что Америка желает разрушить Россию.

Америка окружает: 1918, 1947 и 2016 год

Русские начали верить в это, начиная с русско-японской войны, в 1903 году (так в тексте). В 1918 году американский экспедиционный корпус вторгся в Россию, чтобы не допустить победы большевиков в гражданской войне. В 1947 году США заявили, что обязаны не допустить распространения коммунизма в Европе и в Азии. Доктрина сдерживания, объявленная президентом Труменом, и сопровождавший ее план Маршалла по восстановлению Европы были восприняты в СССР, как попытка окружения, требующая агрессивной реакции. В следующие сорок лет бушевала Холодная война, как минимум дважды доходившая почти до ядерной войны.

Для Путина было нетрудно убедиться в том, что сейчас американская блокада снова угрожает России, причем на сей раз с позиции очевидного стратегического превосходства, когда блок НАТО придвинулся к пригородам Санкт-Петербурга (Эстония и Латвия). Таким же образом он воспринимает борьбу за власть на Украине, которую Путин, как и многие другие в его стране, считают частью России.

Уличные демонстрации в Москве в 2012 году против его диктатуры тоже стали частью общей картины атаки США на Россию. Он скрипел зубами, когда Запад вмешался в гражданскую войну в Ливии, и допустил падение Каддафи, союзника России с 1969 года. В Сирии исторические ошибки Барака Обамы предоставили ему возможность вернуть России нео-имперскую роль, с самолетами и кораблями, не всегда в боеспособном состоянии, но всегда с огневой мощью.

Вторжение на Крымский полуостров и не так уж скрываемое вмешательство военное вмешательство в боевых действия на востоке Украины подвели Россию под болезненные финансовые и экономические санкции. В Москве начались безумные разговоры о ядерной войне, хотя такие вещи произносил не Путин.

Повышение уровня

В его крови горела жажда наказать Запад. Он начал преследовать американские корабли в нейтральных водах. Он прекратил сотрудничать с США в деле утилизации ядерного оружия. Он пригрозил Польше новыми ракетами. Но все это только укрепляло его статус, как надоевшего всем изгоя.

Вмешательство в американские выборы должно было повысить его уровень. Он с большим удовлетворением сказал, что на выборах президента США четыре года назад Россию никто не упоминал. И неважно, что упоминают Россию с ненавистью и страхом.

Удача оказалась на стороне полковника Путина. Хакерская атака на компьютеры демократов привела к серии происшествий, которые мог представить себе только человек с больным воображением. Шансы на победу Дональда Трампа над Хиллари Клинтон и на назначение госсекретарем друга Путина и партнера России были близки к нулю.

Но не только ясные результате хакерской авантюры служат интересам России. Неясные результаты тоже идут ей на пользу, возможно, в большей степени: беспрецедентный внутренний раскол в США, горечь, обиды, подозрительность, сомнения по поводу демократического процесса, черная туча, которая еще годы будет висеть над американской политикой, и будет ухудшать ее динамику. Он не мог всерьез рассчитывать и на десятую долю от такого успеха. Без сомнения, он планирует новые победные поездки.

У западной демократии есть и более серьезные враги, чем Владимир Путин, но, возможно, никто из них не сравнится с ним по решимости и по умению. Другие тоже видели слабость западной демократии, но Путин первый сумел обратить эту слабость себе на пользу. То ли еще будет.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.