«Прогнило что-то в Датском королевстве», — шепчет Марцелло, наблюдающий появление призраков в замке Эльсинор, в первом акте трагедии Шекспира «Гамлет».


По прошествии недели, ознаменованной множеством скандальных сообщений о шпионских заговорах иностранных государств и возмущенных отрицаний, многие, должно быть, начали задавать себе вопрос о том, не прогнило ли что-то в нашем демократическом государстве. Как мы можем рассеять мрачные сплетни, которые, как говорил Гамлет, «потрясают наше существо»?


Я предлагаю четыре вопроса, которые помогут нам рассеять туман обвинений и взаимных упреков, окружающих избранного президента Дональда Трампа и наши разведывательные агентства всего за неделю до его инаугурации. Чтобы найти ответы на эти вопросы, возможно, потребуется не один месяц — однако это лучший способ избежать шекспировского трагического конца.


Первый вопрос: Действительно ли представители предвыборного штаба Трампа каким-то образом вдохновили Россию на ее хакерские атаки, призванные навредить его сопернице, Хиллари Клинтон, и имеет ли Россия какое-либо влияние на Трампа? Во время пресс-конференции в среду, 11 января, Трамп наконец признал, что, «если говорить о хакерских атаках, я думаю, это была Россия». Однако он в очередной раз подчеркнул, что с Россией у него нет никаких отношений, в том числе финансового плана. Между тем, он не ответил на вопрос о том, контактировал ли он сам или его представители с Россией в период предвыборной кампании.


Америке необходимо знать, что правда, а что — нет. Издание The Washington Post и другие информационные организации потратили несколько месяцев в попытках проверить данные о возможных контактах России и Трампа, подготовленные бывшим агентом британской разведки. В период предвыборной кампании им не удалось этого сделать. В распоряжении ФБР и других разведывательных агентств это досье находится с лета, и, по всей видимости, их расследование тоже пока продолжается.


Когда это масштабное расследование завершится, эксперты смогут сказать, кто сделал, что и когда. В случае если разведывательная служба иностранного государства провела скрытую операцию, направленную против политической системы США, отказ от расследования обернется невероятным скандалом.


Второй вопрос:
почему администрация Обамы так долго медлила и не предпринимала никаких мер в ответ на хакерские атаки России? Это вопрос, достойный Гамлета. Подобно принцу датскому, президент Обама откладывал момент принятия мер, несмотря на то, что свидетельств преступных действий России становилось все больше. Впервые мы услышали о хакерских атаках России летом. В сентябре восемь лидеров Конгресса, отвечающих за разведку, уже получали подробные сводки, касающиеся хакерских атак. К тому времени в распоряжении ФБР уже было досье, собранное бывшим агентом британской разведки.


7 октября разведывательное сообщество выступило с заявлением о том, что «самые высокопоставленные российские чиновники» попытались «вмешаться в процесс выборов в США». Учитывая все это, почему Обама медлил?


Возможно, Белый дом боялся спровоцировать своими действиями эскалацию, которая могла привести к еще большему смятению накануне выборов. Трамп колесил по стране, заявляя о возможных фальсификациях на выборах и предупреждая о том, что он, возможно, не станет мириться с официальными итогами голосования. Возможно, администрация Обамы опасалась, что русские могут предпринять дополнительные меры, чтобы навредить Клинтон и помочь Трампу, и попытаться сорвать голосование? Нам необходимо это выяснить.


Третий вопрос:
Какого рода дискуссии команда Трампа вела с российскими чиновниками относительно будущих отношений? В среду, 11 января, Трамп сказал, что его отношения с Владимиром Путиным — это «актив, а не обязательство». Справедливо, однако, пока Трамп не вступил в должность президента, он должен позволить Обаме управлять российско-американской политикой.


Отставной генерал-лейтенант Майкл Флинн (Michael T. Flynn), которого Трамп выбрал своим советником по вопросам национальной безопасности, поддерживает тесные отношения с Россией. Он выступал и даже получал гонорар за свои выступления от кабельного телеканала Russia Today, который в рассекреченном докладе о хакерских атаках России, опубликованном на прошлой неделе, был назван «главным источником кремлевской пропаганды в мире».


По словам высокопоставленного чиновника правительства США, Флинн несколько раз звонил российскому послу Сергею Кисляку 29 декабря, то есть в тот день, когда администрация Обамы объявила о высылке 35 российских дипломатов, а также о введении других мер против России в связи с хакерскими атаками. Что тогда сказал Флинн, и могло ли это каким-то образом перечеркнуть санкции США? Закон Логана (который не вступил в силу) запрещает гражданам США несанкционированные переговоры с официальными представителями иностранных государств, имеющими разногласия с США. Не нарушил ли Флинн требование этого закона? Тогда представители предвыборного штаба Трампа не ответили на просьбу прокомментировать ситуацию.


Если контакты команды Трампа помогли разубедить Россию в необходимости принимать ответные меры, возможно, это даже хорошо. Однако нам нужно выяснить, что произошло на самом деле.


Четвертые вопрос: какова вероятность того, что российская разведка провела свою скрытую операцию гораздо более искусно и незаметно, чем мы предполагаем? Если рассуждать с позиций контрразведки, стоит спросить, рассчитывали ли русские на то, что их действия будут обнаружены, и возможно ли, что они сознательно подсовывали британскому агенту ложные данные для его скандального досье, чтобы посеять еще больший хаос.


На эти вопросы обязательно нужно найти ответы — не для того, чтобы подорвать позиции Трампа, а чтобы создать фактологическую основу, призванную помочь стране оправиться от атаки на ее политическую систему. Как совершенно справедливо говорит Трамп, «фальшивые новости» угрожают нашей демократии. Правда поможет ее защитить.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.