«Сербофобия — только река, которая впадает в море русофобии».


Милорад Екмечич


Когда речь идет о комплексной внешнеполитической позиции Сербии вообще, а в особенности об ее отношениях с Россией, скептики по убеждениям и те, кого к скепсису поощрили изрядными суммами в иностранной валюте, склоняются к разным теориям. Согласно наиболее распространенной, если ее упростить, Россия, преследуя свои интересы в Сирии, Прибалтике и на Украине, придет к необходимому взаимопониманию с Западом, а Сербию, по сути, оставит на милость тех, кто нам, говоря эвфемистически, не желает добра.


Теории о мощном сведении счетов глобальных и региональных сил в ущерб жизненно важным интересам Сербии приобрели особенное значение и популярность после нормализации отношений между Москвой и Анкарой, а также после неудачного путча, в подавлении которого Кремль сыграл большую роль. Существуют фактические и логические аргументы, которые говорят о том, что жизненно важные вопросы российской внешней политики, в частности Украина, Сирия и американский ракетный щит, необходимо решать в спешном порядке, тогда как сербский вопрос может подождать до лучших времен и обстоятельств.


Однако тезис о том, что Кремль полностью отдаст Центральные Балканы на откуп «неоосманству» ради последующего ослабления своего регионального соперника в интересных для них обоих регионах (на Ближнем Востоке и в Центральной Азии), звучит инфантильно и выглядит как проекция политических отношений со значительно более низким уровнем принятия решений. Подобная аргументация ошибочна по крайней мере из-за двух категорий причин — геополитических и элементарно логических.


Реализуя евроазиатский проект цивилизационного масштаба и продолжительности, Россия ставит себе целью объединить в единую значимую систему страны «от Лиссабона до Владивостока». В этой стратегии Сербия, как единственное государство на Балканах, которое хочет и способно проводить самостоятельную внешнюю политику, играет ключевую роль. Как бы ни была сформулирована роль Сербии: посредством ли группы нейтральных стран Балкан, так называемой Б4, или как-то иначе, в качестве союзника Сербия Москве необходима.


Почему Сербия важна для России?


Сербское национальное существование, а с ним и стратегическая роль Сербии, совершенно немыслимо без центральной позиции, сплачивающей соседние государственные образования с родственным языком. Сербы, как политически самостоятельный народ с глубоким самосознанием и завидной государственно-исторической традицией, уже много раз доказывали, что способны в разных формах собирать территории, на которых проживают те, кто идентифицирует себя с определенной целью.


Теперь курс взят на военный нейтралитет, который может надолго сохранить сербский суверенитет, территориальную целостность, политическую независимость и способность преследовать национальные интересы. Кроме того, в конечном счете, нейтралитет может дать право на контроль над стратегически важной Моравско-Вардарской долиной и Черногорией как последним выходом к северному Средиземноморью, где не пришвартованы корветы НАТО. Разве можно в рамках серьезной внешней политики упускать такие важные преимущества, которые с развитием ситуации приобретают все большее значение?


Во внешней политике, как и во многих других сферах, самое главное — найти баланс, который, с одной стороны, не повредит ни одному из заявленных национальных интересов, а с другой, станет еще и средством для достижения ощутимых результатов в сложившихся условиях. Если это, по разным причинам, невозможно, то открытая конфронтация остается последним средством, которое идет в ход.


Конечно, Россия не пойдет на агрессивную конфронтацию и разжигание новых очагов напряженности там, где в этом нет необходимости, если только не нужно отвечать на враждебные действия противника. Она будет придерживаться своей прежней тактики и гасить пожары, которые разжигает альянс, точно рассчитанной и умело подобранной комбинацией разных средств принуждения. То есть Россия не пойдет на какие-то неожиданные меры, а уж тем более не станет отказываться от проверенных столетиями союзов ради достижения сиюминутных интересов.


Говоря о логических аргументах, то нужно понимать, что отношения России и Турции не игра с нулевой суммой — между этими двумя силами могут быть открытые проявления некоего превосходства. Размен же возможен только между двумя сторонами, которые равноправны или хотя бы близкими к этому, и которые во имя интересов вынуждены жертвовать чем-то из-за тех, кто выше по внешнеполитическому статусу.


Пространство для сербской уникальной матрицы


Своим существованием в политической и физической жизни Эрдоган обязан исключительно Кремлю. После попытки военного переворота, за которым, несомненно, стоят самые влиятельные западные спецслужбы, ясно, что Эрдоган утратил последние остатки доверия, которым пользовался у западных лидеров. Подобные действия Запада также можно истолковать как панический страх, вызванный геополитическим поворотом Турции, который и довел эту страну, вторую военную силу НАТО, до попытки переворота. Если бы не своевременная реакция российского разведывательного аппарата, то сейчас с Босфора вещали бы проамериканские генералы, которые послушно отстаивали бы интересы Вашингтона на пространстве от Сирии до Боснии и Герцеговины, что для нас особенно важно.


В таком контексте встает серьезный вопрос: состоялся бы референдум в Республике Сербской без всякой реакции со стороны Сараева Изетбеговича, который не получил отмашки из Стамбула или Эр-Рияда с намеком на политическое доверие и средства, которые до сих пор вкладывались, чтобы образование, созданное Дейтонскими соглашениями, продолжало существовать? Если несколько лет назад действующий на тот момент министр иностранных дел Турции заявлял, что «сербы еще будут извиняться за убийство турок в Сребренице» и угрожал отправкой турецкого флота в Неум, то на явно недружелюбные действия Баня-Луки в последние месяцы от Анкары в звенящей тишине не поступает никакого ответа. Ясно, что произошли колоссальные перемены. Не стоит заблуждаться, что на них не повлияли телефонные переговоры Анкары с Кремлем.


Зачем России отказываться от своих геостратегических сфер интересов, с которыми ее связывают первоочередные экономические, политические и энергетические цели, ради своего непостоянного регионального соседа? Этот аргумент объединяет две группы причин. Его отрицание может свидетельствовать только об абсолютном непонимании геополитических процессов и соотношения сил, а также о неспособности прогнозировать грядущие события. Те, кто уверен, что проект «Южный поток» окончательно закрыт, а конечным пунктом «Турецкого потока» останется Турция, также склонны считать, что Кремль проводит политику, которая больше похожа на базарную торговлю, нежели на обдуманное продвижение стратегических интересов империи.

«Постдемократия», если не в полном смысле, то хотя бы отчасти, подразумевает фиаско неолиберального видения мира. Кризис экспансии НАТО раз и навсегда выпустил из бутылки джина, который угрожает дезинтегрировать «клинтоновские» элиты и их пособников. В особенности это касается дестабилизированных регионов. Пока ЕС старается сохранить имидж международного игрока, который ведет свою игру, его страны-члены все громче оспаривают политические постулаты, лежащие в основе Евросоюза.


В такой ситуации, поддержанной подъемом «русского медведя», перед Сербией открывается большое пространство для маневра, что вызывает обеспокоенность и у Пентагона, и у всех тех, кто многие десятилетия преданно работает над тем, чтобы на корню пресекать любые попытки Белграда обеспечить себе пьемонтскую роль и пойти по собственному пути развития.


Формирование основы любого нового порядка в международных отношениях потенциально влечет за собой большую опасность, потому что еще не созданы четкие правила его функционирования. В подобной ситуации неожиданно расширяется пространство для сербской уникальной матрицы, чтобы наконец, после освобождения от устаревших идеологических оков, мечты предыдущих поколений нашли свое воплощение.


С этим связаны и ни на чем не основанные теории. Их цель — пошатнуть целенаправленную внешнюю политику страны, отклонив ее от правильного понимания будущей ориентации, которая не соответствует интересам тех, кто оказывает подобное влияние. Но было бы глупо из-за заблуждений самим закрывать перед собой двери, которые под напором исторических возможностей отворяются перед нами настежь.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.