В фильме «Башар, я или хаос» режиссер Антуан Виткин рассматривает необычную судьбу сирийского лидера.

Терроризм? Это к нему. Миграционный кризис. Тоже к нему. Стабильность на Ближнем Востоке? Опять к нему. Путин? И снова к нему. Кровавый диктатор в образе «топ-менеджера», Башар Асад стоит у истоков практически всех трагедий под нашими западными широтами после 2011 года, когда в Сирии начало набирать обороты восстание. Но Асад никуда не делся. Он все так же сидит в окружении генералов и держиморд из спецслужб в президентском дворце, который, подобно орлиному гнезду, расположился на высотах над сирийской столицей. Тиран с благодушным лицом невозмутимо демонстрирует миру провокационную страховку: я или хаос.

Увенчанный лаврами режиссер Антуан Виткин (Antoine Vitkine), частый гость закулисья международной политики, поставил этот мрачный лозунг в название своего документального фильма о необычной судьбе Башара Асада. Рассказ усеян массовыми убийствами, пытками и все более грязными дипломатическими играми. Фильм опирается на рассказы высокопоставленных чиновников, которым в тот или иной момент довелось иметь дело с сирийским диктатором, и принимает вид сказки в тонах реальной политики и с удручающей моралью, где за преступлением в конце так и не следует наказание. Документальная картина Виткина стремится показать хитрость диктатора с одной стороны и простодушие великих держав с другой.

TéléObs: Как родился этот фильм?

Антуан Виткин: Он продолжает серию моих прошлых фильмов о бывшем ливийском диктаторе Муаммаре Каддафи м Западе. Тем не менее я не сразу взялся за него. Я был одним из тех многих людей, кто думали, что Асад быстро падет после восстания в 2011 году. Но потом, в 2015 году, пришлось признать факт: Асад побеждает в войне. Тогда мне пришла в голову мысль о необходимости снять фильм о нем, потому что на наших глазах пишется история. Мне хотелось представить сирийские, российские и западные точки зрения об этом человеке. Сейчас Запад считает его кровавым диктатором, но так было не всегда. Главная цель моего фильма — поднять вопрос о том, что Асад думает о нас, и в чем он символизирует конец западной иллюзии о влиянии на ход мировой истории и верховенстве морали.

— Это история дипломатического разочарования?


— Отчасти, да. История Асада и Запада разыгрывается в двух временах. Изначально, когда он пришел на смену отцу Хафезу Асаду в 2000 году, великие державы строили на его счет вполне оправданные надежды.

У Асада образ озападненного лидера. Поэтому тогда Запад воображал себе, что раз тот два года учился в Лондоне на офтальмолога и женился на современно выглядящей английской сирийке, то представляет собой открытого для современности лидера. Все забыли, что он рос в Дамаске и воспитывался как сын диктатора.

— Разочарование было сравнимо по масштабам с заблуждениями?


— Западные государства думали, что Асад пойдет на альянс с Европой и США и будет способствовать урегулированию многих проблем на Ближнем Востоке. Его небольшая страна находится на геостратегическом перекрестке между суннитскими режимами Персидского залива, Турцией, Ливаном и Израилем. Башар Асад считался частью уравнения по достижению мира в регионе. Тем не менее при виде того, что в Дамаске ничего не меняется, скоро пришло разочарование. С 2008 года новое поколение лидеров, Саркози и Обама, вновь встали на сторону Асада по тем же причинам, что и в 2000 году. Когда в 2011 году в стране началось восстание, Запад надеялся на его провал и думал, что лощеный озападненный лидер не сможет удержать власть. Такие рассуждения обернулись трагической ошибкой.

— Башар Асад довольно часто дает интервью западной прессе? Почему вы не задали вопросы ему?

— Мне казалось, что такое интервью стало бы тупиком. Когда французские СМИ и политики едут в Дамаск, у них есть право лишь на риторику отрицания и пропаганды. Я предпочел предоставить слово режиму через политического советника президента Бусейну Шаабан. Она говорит совершенно открыто.

— Как можно установить контакт с таким человеком?

— Сначала нужно найти хороших посредников. После нескольких неудач мне удалось уговорить одного вхожего в Дамаск француза передать мое сообщение.

— Как вам работалось в Дамаске?


— Разумеется, я ждал, что в столице такого полицейского государства, как Сирия за мной будет установлена слежка и прослушка. На границе с Ливаном у вас просят мобильные телефоны, а затем возвращают их обратно через какое-то время, возможно, после установки «трекера». Но это не мешало нам работать. Нам даже удалось попасть в президентский дворец, который находится на высотах и нависает над Дамаском, как орлиное гнездо. Сирийцам туда ход запрещен. Его редко снимали. Само по себе его географическое расположение уже многое говорит о природе режима.

— Вы предоставляете слово и бывшим представителям власти…

— Да, я долго беседовал с несколькими бывшими чиновниками, которые знают аппарат сирийской власти изнутри, но разорвали связи с ним, и сейчас живут за границей, главным образом, в странах Персидского залива.

— ДАИШ находится под ударами коалиции, а Алеппо недавно снова оказался в руках сирийской армии. Башар Асад победил?


— Он побеждает. Тем не менее он правит обескровленной страной и находится под контролем России, Ирана и «Хезболлы». В некотором роде пиррова победа.

Пережить вырисовывающийся странный мир ему будет так же сложно, как и войну, в которую он погрузил свою страну, чтобы удержаться у власти.

*************************************

«Исламское государство» (ДАИШ) — террористическая организация запрещена на территории РФ.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.