Войну с террором без сильных союзников не выиграть. Именно такой аргумент использовал Дональд Трамп во время своей предвыборной кампании в США, предложив в качестве возможного нового союзника Россию.

«Мы будем укреплять старые альянсы и создавать новые, мы объединим цивилизованный мир в борьбе против радикального исламского терроризма, который мы полностью сотрем с лица Земли», — сказал Трамп в своей инаугурационной речи на днях.

Ислам меньшинства в России

И Российская империя, и Советский Союз были многонациональными государствами, в которых проживали многочисленные этнические группы, и были представлены разные религии.

В современной России ислам — вторая по количеству приверженцев религия. Число мусульман в стране составляет 12-15 миллионов из 142 миллионов граждан, в ней проживающих.

Большинство российских мусульман относятся к народам, которые проживают в России несколько веков, в том числе, татары, черкесы и чеченцы.

С 2005 года Россия имеет статус наблюдателя в Организации исламского сотрудничества.

В памяти сохранились некоторые лозунги российского президента. Одним из предвыборных обещаний, сформировавших Владимира Путина как политика в 1999 году, было обещание «искоренить» вооруженные группы в российской автономной республике Чечня.


«Мы будем преследовать террористов везде: в аэропорту — значит, в аэропорту, вы уж меня извините, в туалете поймаем — мы и в сортире их замочим, в конце концов», — заявил Путин перед началом бомбардировок, превративших большую часть чеченской столицы в руины.

Высказывания Трампа — сигнал о том, что слабая на сегодняшний момент координация между США и Россией в Сирии может быть усилена, считает Екатерина Сокирянская из аналитического центра International Crisis Group в Москве.

Она, однако, опасается, что это будет происходить за счет жизней гражданского населения, и что стороны будут руководствоваться законами войны.

«Если принимать слова Трампа буквально — и то, что он сказал о пытках — то в них выражается подход, методически похожий на тот, что Россия два десятилетия применяет в Чечне и на Северном Кавказе», — говорит она.

Россию обвиняют в военных преступлениях

Подобное поведение характерно и для вмешательства России в войну в Сирии. Российские самолеты вместе с ВВС Сирии бомбили населенные пункты и больницы. И западные правительства, в том числе и Дания, обвиняют Россию в военных преступлениях.

Трамп подобную критику не поддержал, указывает Эдуард Понарин, изучающий мусульманское меньшинство России в Высшей школе экономики в Санкт-Петербурге.

«Я думаю, что Путин легко мог бы подписаться под высказываниями Трампа», — говорит он о возможности более тесного сотрудничества.

Но для обеих сторон в этом сотрудничестве скрыты большие подводные камни, указывают оба эксперта.

Несмотря не жесткую риторику Путина в том, что касается террора, введенная в обращение Трампом и многими европейскими протестными партиями лексика, критикующая ислам, для российского президента является политическим минным полем. Во время президентских выборов Трамп говорил о запрете въезда в страну для мусульман.

Миллионы российских мусульман

Россия со своими 12 миллионами мусульман — в том числе, по меньшей мере, 1,5 миллионами, проживающими в столице — имеет мусульманского населения больше, чем какая-либо европейская страна. Главный союзник Кремля сегодня — чеченский лидер Рамзан Кадыров, который правит автономной республикой железной рукой и с помощью некоторых элементов шариата.

© AFP 2016, Ilia Varlamov
Демонстрация в поддержку Рамзана Кадырова в Грозном


Большинство российских мусульман исповедуют умеренный ислам. В официальных случаях Владимир Путин часто подчеркивает, что ислам — часть самой российской идентичности. На недавней пресс-конференции он указал на мусульманские страны как союзников в борьбе за политику консервативных ценностей.

«Кремль не против ислама и никогда не сможет быть против него. Российский политик, не желающий дезинтеграции страны, не может позволить себе такие слова», — говорит Эдуард Понарин, который также обращает внимание на тесные связи России с режимом духовенства в Иране.

Поэтому — как ни парадоксально — политические объятия европейских политиков, таких как Герт Вилдерс и Марин Ле Пен, просто-напросто взрывоопасны для Путины. Для Кремля решающий критерий — не исламизм или шариат, а угрозы «законным правительствам», — говорит Понарин.

Преследование фундаменталистов

На бедном Северном Кавказе это различие привело к жестоким преследованиям фундаменталистски настроенных мусульман, так называемых салафитов, независимо от того, вооружены они или нет. По данным российских правозащитников, представители этих крайне религиозных меньшинств подвергаются пыткам, их бросают в тюрьмы, их дома сжигают. Только в одной российской автономной республике Дагестан 15 тысяч человек внесены в официальный список экстремистов.

«Это касается и тех, кто не вооружен, но кого власти уравнивают с террористами. Их преследуют, их семьи преследуют, их детей преследуют. И это способствовало радикализации их общин», — утверждает Сокирянская.

По мнению многих аналитиков, такой курс лишь усилил проблему и способствовал тому, что от 3 до 5 тысяч граждан России отправились на войну в Сирию в рядах, в частности, Исламского государства (террористическая организация, запрещена в РФ — прим. ред.).

Для американской стороны одной из самых больших проблем будет договориться с Москвой о том, какие группы — помимо Исламского государства — считать террористами. А потом — о том, будут ли США поддерживать подход Кремля к их уничтожению.

«Мы предлагаем, чтобы это происходило на основе международного права, а не обещаниями пыток и коллективного наказания», — говорит Екатерина Сокирянская.

Симон Крусе — корреспондент Berlingske в России

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.