Комедия, которая стара как мир: ловкий адвокат, защищающий молодого человека, который убил всю свою семью, играет на чувствах присяжных. В конце своей защиты он патетически взывает: «Уважаемые господа присяжные, пожалейте несчастного сироту!» И таким сиротой сейчас выглядит российский президент Владимир Путин. Сначала благодаря собственным усилиям он потерял «младшего брата» — Украину, а теперь, похоже, теряет и самого младшего — Белоруссию. Совсем скоро в семье славянских народов Путин останется сиротой.


В конце прошлой недели президент Белоруссии Александр Лукашенко провел семичасовую пресс-конференцию, на которой произнес страстную филиппику. В ней он подверг путинскую Россию бескомпромиссной критике. Лукашенко тактично обошел Путина в своем громком обличении, и в результате Россия в его подаче выглядела совершенно беспризорным обществом, домом без хозяина, где правая рука не ведает, что делает левая, где царит анархия, хаос и разруха. Невероятная надменность, с которой Лукашенко позволяет себе осуждать Москву, говорит о том, что отношения в этом регионе стремительно и полностью меняются. Ведь еще недавно, во времена Ельцина, Лукашенко считался «последним диктатором Европы», тогда как Россия переживала тяжелое демократическое рождение. Теперь же первенство и «звание» последнего диктатора стабильно удерживает Путин.


Причиной для дерзких нападок Минска на Москву послужило ее решение создать на границах с Белоруссией пограничные переходы и ввести серьезный контроль. Приказ подписал глава ФСБ, но вряд ли у кого-то может быть хоть капля сомнений в том, что за решением стоит лично Владимир Путин. Официально это был российский ответ на отмену президентом Лукашенко визовой обязанности для граждан 80 стран, включая членов Европейского Союза, Соединенные Штаты и Канаду. Логика российского ответа в целом ясна: большое количество граждан этих стран внесено в черный список в рамках ответных санкций. Но как эти санкции соблюдать, если непрошенные гости смогут свободно прилететь в Белоруссию, а потом как угодно, например, на такси, въехать в Россию без препятствий и преград. Это трудный ребус, ведь формально Белоруссия и Россия образуют одно содружество, государственное объединение со своим главой и другими атрибутами. Когда-то это государство возникло как ядро будущего возрожденного Советского Союза, и к нему должны были присоединиться другие претенденты. А что же теперь, когда появится государственная граница?


После жестких обвинений белоруса Москва не может делать вид, что все это лишь незначительные бюрократические трения, которые намеренно раздувают средства массовой информации. Речь идет о настоящем межгосударственном конфликте. В запутанной информационной обстановке нелегко понять, кто начал первым, кто и как ответил. Решение о создании границы было подписано 29 декабря прошлого года, тогда как отмена визового режима, якобы спровоцировавшая ответ, датируется лишь девятым января текущего года. Так что не совсем понятно, кто кого шантажирует. В последние месяцы проходила эскалация напряженности между «братьями», правительства обменивались ударами ниже пояса — да так, что о каких-то «особенных братских отношениях» можно писать только в кавычках.


Еще весной прошлого года разразился конфликт из-за цен на газ. Минск отказался покупать газ по ценам, рассчитанным с учетом средней цены в 2011 году, и начал отправлять Москве в два раза меньшую оплату. Москва ответила ограничением поставок на треть, что нанесло большой удар по белорусской нефтехимической промышленности, главному экспортному столпу. Специальные меры положили конец особенному виду контрабанды — реэкспорту товаров, ввоз которых Россия запретила в рамках продуктового эмбарго. Белорусы отлично наживались на путинской глупости, обратившейся против собственных граждан: налепив подтверждение о стране происхождения, белорусы превращались в добропорядочных экспортеров всего на свете, начиная с прославленного итальянского пармезана и заканчивая испанским хамоном. Некоторые российские меры негативно сказались непосредственно на белорусских производителях. До сих пор безвредная продукция белорусских молокозаводов была объявлена опасной для жизни. Но суть конфликта была в другом: в рамках приватизации Россия хотела завладеть практически всей белорусской промышленностью и коммуникациями, а Минск всеми силами сопротивлялся. За это и поплатились молоко, сыр и масло.


Как рассказал президент Лукашенко на упомянутой пресс-конференции, чаша его терпения переполнилась после попытки России создать на территории Белоруссии авиационную базу, командование и гарнизон которой де-факто были бы вне белорусского законодательства. Также россияне отказались от предложения Лукашенко позволить белорусским пилотам летать на российских самолетах, так что от идеи с базой в итоге пришлось вообще отказаться.


Между тем в отношениях между прежде отвергаемой Белоруссией и Западом началась оттепель. Большую часть европейских санкций против белорусских чиновников отменили, и начались серьезные переговоры о создании лагерей для беженцев с Ближнего Востока на территории Белоруссии. Впервые за много лет президент Лукашенко нанес визит в одну из стран Европейского Союза — в Италию. Свою независимость Лукашенко подчеркнул тем, что демонстративно отсутствовал на саммитах всех организаций путинского блока: как Договора о коллективной безопасности, так и Евразийского экономического союза в Санкт-Петербурге.


После пресс-конференции в пятницу конфликт между Белоруссией и Россией перестал быть закулисным препирательством и превратился в секрет Полишинеля. Так что от темпераментного президента досталось всем видным российским чиновникам: директору ФСБ Бортникову, министру сельского хозяйства Данкверту, на которого Лукашенко пообещал подать в суд, силовикам, которые требуют экстерриториальности для военной базы в Белоруссии, и всей российской нефтяной мафии, которой Лукашенко пригрозил международным трибуналом за нарушение договоренностей. Российская пресса нашла для этого межгосударственного конфликта подходящее название — цивилизованный развод.


Белорусский президент — опытнейший политический лидер, и вряд ли он захотел бы вести слишком рискованную геополитическую игру без солидных гарантий. Их у Лукашенко пока нет. Даже переговоры с МВФ о предоставлении кредита не завершились для него успешно. Но как иначе может быть в ситуации, когда глава государства делает особый акцент на независимость. Общая тенденция ясна и неумолима: России трудно удержать в сфере своего влияния даже самых ближайших союзников. В определенный момент каждое государство на территории бывшего Советского Союза начинает выстраивать собственную идентичность на дистанцировании от России, и ей не остается ничего другого, кроме как  беспомощно наблюдать за этим, потому что у нее нет сил, чтобы остановить или перенаправить этот процесс.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.