На минувшей неделе вице-президент США Майк Пенс заверил Брюссель в «твердой и непоколебимой» приверженности Америки Евросоюзу. Это был долгожданный отход от скептицизма и даже открытой враждебности, которые президент Дональд Трамп и ряд его ведущих советников проявляли по отношению к блоку. Если эти слова на деле выразятся в устойчивом взаимодействии, это значительно обнадежит европейских союзников, обеспокоенных направлением и последовательностью внешней политики США в отношении ЕС, а также НАТО и России.


Со времен своего основания ЕС не был чужд кризисам и угрозам и каждый раз выходил из этих испытаний более окрепшим. Но никогда еще Европейскому Союзу не приходилось отражать удары собственного ведущего союзника и соратника. В своем письме, адресованном 28 главам правительств накануне недавнего саммита ЕС на Мальте, президент Европейского совета Дональд Туск обозначил изменившуюся политику США в отношении Европы как одну из фундаментальных проблем наряду с решительно настроенным Китаем, российской агрессией и терроризмом.


Г-н Трамп в свою очередь заявил, что ему, мягко говоря, безразлично, ждет ЕС успех или провал; что этот союз есть не более чем проводник власти Германии; что он был создан с целью обогнать США в сфере торговли. Кажется, он также не видит ничего плохого в потенциальном повторении Брексит другими европейскими странами. По имеющимся данным, главный стратег Белого дома Стив Бэннон недавно заявил послу Германии в США, что Евросоюз является неполноценной моделью и США будут способствовать поддержанию отношений с отдельными странами-членами на двусторонней основе, что по сути является радикальным отклонением от установившегося внешнеполитического курса Соединенных Штатов.


В течение по крайней мере последних 60 лет США на двухпартийной основе проводили политику в поддержку европейской интеграции. В этом заключался большой смысл, поскольку данный проект в большинстве своем отвечал национальным интересам Америки.


Взаимодействие осуществлялось сразу в нескольких областях, включая торговлю, конкуренцию, создание единого рынка и, в недавнем времени, цифрового единого рынка, энергетического союза и объединение рынков капитала, а также усиление контроля за соблюдением законов и защиту внешних границ Европы. Американский бизнес поддерживает европейскую интеграцию, поскольку она ему в значительной степени выгодна.


Крутой поворот этой двухпартийной политики в отношении ЕС чреват для Соединенных Штатов серьезными негативными экономическими и политическими последствиями. Администрации следует противостоять соблазну чисто двусторонних и деловых отношений с Европой, за которые ратует Трамп. Она не должна игнорировать европейские институты или выступать в качестве группы поддержки Брексит и аналогичных движений в остальных 27 государствах-членах.


Вашингтон должен способствовать большей сплоченности и эффективности Евросоюза, равно как и его готовности сотрудничать с США в решении многочисленных региональных и глобальных проблем. ЕС, а не только входящие в него страны, обладает важными активами жесткой и мягкой силы (в том числе внушительными разработками и гуманитарной помощью), которые всегда готов предоставить. Г-н Пенс, вероятно, упомянул их в своей речи на Мюнхенской конференции по безопасности. Сосредотачивая внимания исключительно на жесткой силе, мы получаем искаженное представление о значении ЕС.


Очень важно, чтобы американский бизнес — имеется в виду не только Кремниевая долина, но и производственные предприятия в центральной части Америки — напомнил администрации о том, что ослабление и фрагментация Европы поставят под угрозу значительную часть американского экспорта, рабочие места и экономический рост. Хотя деловые интересы являются слишком узким критерием для оценки того, насколько процветание блока важно для самих США, они могут оказаться самым подходящим аргументом, чтобы убедить Трампа и впредь поддерживать ЕС.


Британский премьер-министр Тереза Мэй в последние недели неоднократно указывала на то, что дальнейшая согласованность и успешность Европейского Союза отвечают основополагающим национальным интересам Великобритании. Она, безусловно, права, считая, что новые случаи Брексит только ослабят Европу как партнера, с которым ее страна ведет торговлю и сотрудничество по широкому спектру экономических и политических вопросов. Говорят, во время своего визита в Вашингтон она пыталась донести до президента идею о том, что сильная объединенная Европа также отвечает интересам Соединенных Штатов. У США нет никаких оснований быть в большей степени евроскептиками, чем британцы.


Естественным образом приветствуя крепкие партнерские отношения с администрацией, Европа должна подчеркнуть, что основой такого сотрудничества следует сделать уважение к демократии, правам человека, толерантности и международному праву. Канцлер Германии Ангела Меркель и премьер-министр Канады Джастин Трюдо оба поступили именно так.


Европа должна приложить усилия к тому, чтобы выработать с Соединенными Штатами общую программу действий. Она может включать в себя защиту внешних границ и борьбу с терроризмом, модернизацию механизмов защиты от полученных недобросовестным путем конкурентных преимуществ в торговле, принятие строгих мер в отношении международных корпораций, уклоняющихся от уплаты налогов, усовершенствование трансатлантической защиты киберпространства и усиление оборонной самодостаточности Европы в дополнение к НАТО.


И, наконец, Европа ввиду чрезвычайных угроз сегодняшнего дня должна содействовать общей политике, которая обеспечивала бы то, чего хотят ее граждане: безопасность, стабильность и процветание. У Евросоюза есть для этого все необходимое.

 

Энтони Гарднер — бывший посол США в ЕС.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.