Во время холодной войны на Ближнем Востоке существовала система коллективной безопасности: Багдадский пакт. Договор был подписан в 1955 году и расторгнут в 1958 году в результате Иракской революции. Этот пакт подписали Турция, Ирак, Великобритания, Пакистан и Иран. США выступали в качестве наблюдателя. Цель договора — защитить Ближний Восток от коммунистической и советской угрозы. С тех пор прошло более 60 лет, и сейчас баланс сил на Ближнем Востоке полностью изменился.


В январе этого года в Астане прошли мирные переговоры по Сирии. Они изменили структуру ближневосточного кризиса, а также геополитику в Евразии. Дело в том, что Россия, Турция и Иран заключили союз для того, чтобы решить сирийскую проблему и уничтожить «Исламское государство» (запрещено в РФ — прим. ред.).


Россия и Турция находились в конфронтации из-за того, что турецкие войска сбили российский самолет в ноябре 2015 года. Между Турцией и Ираном были напряженные отношения в связи с наземными операциями в Сирии. Россия и Иран поддержали администрацию Асада в том, чтобы отвоевать утерянные земли. Несмотря на столкновение интересов, эти три страны являются ответственными государствами, поскольку они могут открыто заниматься решением сирийской проблемы.


С этим резко контрастирует отстранение администрации Обамы от сирийского вопроса и невмешательство ЕС. Присутствие этих обеих сторон, которые не предлагают никаких конкретных вариантов сирийского урегулирования через ООН, практически не ощущается. Даже заявления Асада о том, что порядок и стабильность намного важнее идеи пояса безопасности, предложенной Трампом, выглядят более убедительными.


Турция опасается, что местные курды объединятся с курдскими Отрядами народной самообороны, которые расширяют свои территории на севере Сирии. Турецкие войска были развернуты в Сирии, поскольку Турция опасалась, что Отряды народной самообороны захватят приграничные регионы на севере Сирии и лишат ее каналов связи с суннитским арабским миром.


Цель турецкой военной кампании состояла в том, чтобы вытеснить «Исламское государство» из приграничных регионов и разделить Отряды народной самообороны на две части: восточную и западную.


При этом для России появление шиитских сил или новой Персидской империи от Тегерана до Багдада и от Дамаска до Бейрута представляет не что иное, как угрозу военным интересам и сфере политического влияния, которые она с трудом обеспечила на востоке Средиземного моря и в Сирии.


Сдерживать чрезмерный рост влияния Ирана может только традиционный правитель суннитов — Турция. Президент Путин направил чеченские отряды суннитов в Алеппо, за счет чего ему удалось сдерживать иранские силы.


Иран принял временный союз в ходе встречи в Астане потому, что президент Трамп взял жесткий курс в отношении Ирана. США уже подали знак, что противостояние с Ираном началось в Йемене. Тактический союз трех стран — это политическая квинтэссенция трех суперреалистов: Путина, Эрдогана и Хаменеи. Позиция Асада также небезопасна.


Похоже, что одна пословица заставила Эрдогана изменить свое отношение — «если не можешь победить врага, стань его другом». Это совсем не означает, что союз стран с разными интересами просуществует дольше трехлетнего Багдадского пакта.