На президентских выборах во Франции принимали участие политические партии и группы, которые представляют запутанную внутриполитическую мозаику Франции.


Выборы сопровождались сложными и не очень понятными категориями. Так и остается непонятным, почему партию «Национальный фронт» продолжают называть радикально правой, как будто она призывает открыть концлагеря и эшафоты на площадях Парижа.


Когда-то основатель партии Жан Мари Ле Пен выступал с жесткими заявлениями, которые вызывали возмущение у разных слоев общества во Франции и в Европе.


Нынешний лидер «Национального фронта» сумела переорганизовать партию и не допускает таких заявлений. Сейчас французы с трудом называют эту партию радикальной, хотя новых категорий пока не выбрали.


Так и не выяснилось к какому лагерю принадлежит лидер первого раунда выборов Эммануэль Макрон. Без сомнений, он принадлежит к элите административной французской буржуазии, имеет свое твердое место в истеблишменте, молод и уверен в своих силах. Однако, его участия в выборах вуалирует роль более крупных партий, которые имеют старые традиции и крепкие социальные связи.


Макрон в некоторой мере представляет те слои общества, которым наскучили традиционные политические группы. Это, в основном, представители молодого поколения и реального научно-технического истеблишмента. Его лидерство в выборах свидетельствует о том, что Франция нуждается в глубокой профессиональной и социальной модернизации.


Французы лелеют некоторые надежды, что в обществе появятся новые и прогрессивные молодые политические деятели. Понятно, что за Макроном стоит Ротшильд и его группа, которая понимает, что нынешние устаревшие приоритеты Франции в очередной раз оставят ее позади и лишат индустриального статуса.


Можно предположить, что Макрон в некоторой степени напоминает Дональда Трампа, который преодолел традиционные республиканские постулаты и пытается направить страну по пути модернизации.


«Национальный фронт» во многих смыслах оказался в неправильной ситуации: Марин Ле Пен допустила ошибки в плане лозунгов, прежде всего отрицая европейский проект, который был основой французской политики. Французы никак не могут принять это, как сделали британцы, которые до сих пор не уверены в вопросе Брексита.


Во Франции, однако, отношение к Евросоюзу полностью иное, чем в Великобритании. Франция является одной из базовых стран Евросоюза. Если бы не анти-европейские тезисы, то возможно, «Национальный фронт» пользовался бы более широкой поддержкой.


Помимо этого, Марин Ле Пен полностью «продалась» русским, то есть Владимиру Путину, что создало для нее серьезный политический кризис. Русские своими действиями создали очень глубокие проблемы как для американцев, так и для французов. Это будет уроком для многих политических сил Запада.


Так или иначе, «Национальный фронт» набрал шесть миллионов голосов на выборах, и это невозможно отрицать. Эта партия больше не может называться маргинальной, и возможно, на следующих выборах она сможет сформировать коалицию с левыми или правыми партиями, то есть с силами, настроенными радикально.


Интересен также Жан-Люк Меланшон, который руководит движением «Непокоренная Франция» и получил 18 процентов голосов избирателей, и от которого многое будет зависеть на втором туре выборов. Несомненно, Меланшон в некоторой мере представляет коммунистов и множество левых организаций и групп. Нужно понимать, что именно его группа стоит на другом полюсе распределения политических сил. Возможно, что эти партии пойдут путем укрепления во французской политике.


Неизвестно почему говорят, что Эммануэль Макрон является социал-демократом, вероятно, потому что он работал в правительстве Франсуа Олланда. Учитывая его связи и контакты, трудно утверждать подобное. Скорее Макрон представляет идеологию европейского проекта и готов развивать постулаты Евросоюза.


Во внешней политике Макрон, по всей вероятности, будет поддерживать крепкие связи с США и НАТО и критически относиться к России, насколько это возможно для Франции. Внешняя политика Франции, включая региональную, станет более активной, будет основываться на интересах Франции и учитывать интересы Европы.


Таким образом, нет сомнений, что во Франции победил политический либерализм, учитывая то, что позиции «Национального фронта» и левых партий имеют право быть услышанными, а желания — реализованными, и за этим стоят миллионы людей.


До сих пор остается непонятно, почему не смогли объединиться Франсуа Фийон и Эммануэль Макрон, в чем проблема. Однако, все что было загадкой во время выборов, скоро станет явным.

 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.