Даже после американского ракетного удара в Сирии, который был нанесен 6 апреля, перспективы завершения гражданской войны отсутствуют. Обостряется конфронтация между США и Россией, которая поддерживает администрацию Асада. О гражданской войне в Сирии и российско-американских отношениях мы поговорили с представителем вашингтонского Института изучения Ближнего Востока и оппозиционером, выступающим против администрации Асада, Ибрагимом аль-Ассилом.


Эрина Такахаси: США и так далее настаивают, что 4 апреля администрация Асада применила на северо-западе Сирии химическое оружие.


Ибрагим Аль-Ассил: 100% это сделала именно администрация Асада. Дело в том, что истребители и вертолеты есть только у властей. В этот раз были сброшены бомбы с отравляющими веществами. Власть применяет химическое оружие с 2013 года. Тем не менее проблема не только в химическом оружии. С 2011 года, когда началась гражданская война, погибло более 500 тысяч человек. Большая часть из них была убита не химическим оружием.


—  Россия покрывает администрацию Асада.


— Россия находится на стороне врагов и преступников. Россия знает все об администрации Асада. Они знают, какое есть оружие и какие они наносят удары. Их заявлениями о том, что они ничего не знают, можно только удивляться. России следует играть конструктивную роль и принимать меры, чтобы прекратить варварские действия.


—  Как вы относитесь к американским ракетным ударам в Сирии?


— Я за. Администрация Асада уже шесть лет убивает собственный народ при помощи различных вооружений. Первостепенная задача — это защита собственных граждан. Необходимо оказывать военное давление на администрацию Асада, чтобы прийти к переговорам по политическому решению. Нужно подготовить обстановку, которая откроет путь к переговорам. Я считаю, США нанесли точные удары по базам ВВС, чтобы не было жертв среди гражданских.


 Каким гонениям администрация Асада подвергала народ?


— В 2002 году был арестован и подвергся пыткам мой друг, который занимался спокойной деятельностью в небольшом городе под Дамаском: он проводил кампанию за запрет курения. Власть запрещает даже такое умеренное движение. В 2011 году мы поднялись, потребовав перемен. Тем не менее мы столкнулись с насилием властей. Меня арестовали в ноябре в Дамаске. Сразу же после того, как я принял участие в спокойной антиправительственной демонстрации. Меня избили прямо на улице и увезли в тюрьму. Там меня пытали и допрашивали четыре дня. После этого я ни разу не возвращался в Дамаск.


—  Что происходит в регионах, которые находятся под контролем оппозиции?


— На севере, который контролируют ополченцы, я был несколько раз в 2013 и 2014 году. Ситуация там далека от идеала. Там находились различные вооруженные формирования. Тем не менее там лучше, чем в регионах, которые находятся под контролем Асада. Правительство пугает людей: «хаос или власть». С 2011 года многих активистов арестовали, пытали и казнили. Пытка пугает больше всего, это хуже смерти. Людей, которые хотят мира, преследует как власть, так и «Исламское государство» (запрещена в РФ — прим. ред.). Ситуация ухудшилась из-за того, что власти и российские войска наносили авиаудары по больницам и складам для оказания помощи. Общественные организации делают многое в условиях ограниченной помощи: поддерживают больницы и школы, собирают информацию о насилии. От мирового сообщества требуется еще больше помощи и переговорных усилий для того, чтобы остановить бомбардировки и массовые убийства.


— В каком положении находятся граждане?


— За шесть лет гражданской войны многие семьи меняли свои дома несколько раз. Дети не могут ходить в школу. Общественные организации пытаются проводить занятия, однако это крайне сложно из-за постоянной бомбежки. Большая часть сирийцев не поддерживает администрацию Асада. Власти пользуются поддержкой России и Ирана, применяя военную силу. Жертв уже больше 500 тысяч, но люди не будут подчиняться администрации Асада. Любое правительство будет лучше Асада. Нам нужны перемены, чтобы Сирия стала лучше. 

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.