На протяжении длительного времени внимание международного сообщества было сконцентрировано на проходивших во Франции президентских выборах. За этими процессами с большим вниманием следили и в Армении. В чем полезность этих уроков французского?


В первую очередь отметим, что внимание к Франции является старой и стабильной традицией, которая берет начало с тех времен, когда эта страна была политическим и культурным гегемоном Европы, а следовательно и всего мира этой эпохи. Образование, культура, общественное мнение — все было франкоцентричным. Так продолжалось вплоть до 20-30-ых годов прошлого столетия.


После войны гегемония перешла к американцам (потерю культурной гегемонии французы не могут простить до сих пор). Но, как говорят, следы остаются. Есть бессмертный «Вновь весна, и снова хочется в Париж», но нет, и судя по всем и не будет «Вновь весна, и снова хочется в Нью-Йорк». И нет даже особого желания поехать в весенний Лондон.


Кром того, у Армении традиционно были особые отношения с Францией. Всегда считалось, что Франция является первым союзником Армении в Европе, который защищает наши интересы. Не говоря уже о довольно большой и хорошо организованной армянской диаспоре во Франции.


Но есть еще один, уже чисто внутренний, интерес к огню Парижа.


То, что политическая система Армении пока далека от идеальной модели либеральной демократии, по представительской форме правления и систематичной сменяемости власти, можно, естественно, отрицать любыми способами. Но такие утверждения вряд ли будут особенно убедительны. Против объективной действительности ничего не сделаешь.


Но особенно не удается идеализировать и французские выборы. Крупные и влиятельные СМИ все дружно поддерживали исключительно Макрона, а о его противнике говорили в духе «Не дай Бог!».


Вспомним также призыв уходящего президента Олланда членам правительства, содержащее твердое поручение: приложить все возможные усилия, чтобы Марин Ле Пен получила по возможности минимальное количество голосов в борьбы за пост руководителя страны(когда это армяне позволяли себе такое?). А уголовные преследования конкурентов Макрона, включая ту же Ле Пен? Не говорим уже о том, что творилось во время президентских выборов в Соединенных Штатах.


Интересными были также реакции Брюсселя и Берлина. После первого этапа выборов Министерство внутренних дел Франции еще не успело подвести окончательные итоги, еще не было ясно кто на первом месте, Макрон или Ле Пен, а Макрон уже начал получать активные поздравления с победой на выборах и обещания многосторонней поддержки.


Председатель Еврокомиссии Жан-Клод Юнкер поздравил Эммануэля Макрона с итогами первого этапа выборов и пожелал удачи. Руководитель дипломатии ЕС Федерика Могерини заявила: «Я считаю надеждой поколения, что французские и европейские флаги будут вместе».


Министр иностранных дел Германии Зигмар Габриели был наполнен надеждой: «Я уверен, что Макрон станет новым президентом Франции. Я лично сделаю все, чтобы помочь ему».


Правила приличия и дипломатическая этика до сих пор обязывали официальных представителей зарубежных стран выражаться более деликатно в таких ситуациях.


И это все вызывает, так скажем, вполне естественный вопрос: «Если такое случается в стране свободы, равенства и братства, то, дорогие европейцы, какие претензии вы имеете к Армении, которая не является страной свободы, равенства и братства и даже не претендует стать такой?»


Свидетелями роскошных выборов (и после выборов) мы уже стали в США, Франции, и не исключено, что весной они будут роскошнее в Германии.


Естественно, в ответ скажут и говорят: «Но ведь демократия находится под угрозой, и что делать? Сидеть сложа руки?» Идеальные или близкие к идеальным выборы возможны, когда кандидаты отличаются друг от друга не больше, чем желтый сатана от синего. В этом случае, конечно, фехтование будет безмерно утонченным.


Но сегодня под сомнением оказываются именно основы нынешней западной системы, и здесь уже не до фехтования. Туша пожар, не жалеют ломать окна.


Предположим, что это так. И все приводит к тому, что демократия действует при малых амплитудах колебаний, а если амплитуда большая, в этом случае другое дело. Тогда вступает в дело боевая демократия, которая должна уметь защищаться.


Но тога возникает вопрос: в Армения амплитуда вероятных колебаний минимальна? Настолько, что можно желать прямо сейчас устроить лазурную демократию? Или же в Армении тоже все сложно в плане амплитуды?


Это призыв воспроизвести парижскую роскошь. Тем более, что она и без всяких призывов воспроизводится. Это всего лишь констатация факта. И вряд ли стоит, чтобы западные демократы настолько усердно давали уроки.


То, что произошло у них, безгранично обесценивает такие уроки.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.