«Хезболла» сталкивается с трудным выбором: отступить и вернуться в Ливан, оставив Сирию, где она заплатила высокую цену за обеспечение линий снабжения для продолжения дальнейшего взаимодействия со своим региональным союзником — Ираном, или остаться в Сирии, препятствуя любому политическому урегулированию конфликта, которое может предложить международное сообщество.


Конфронтация с «Хезболлой» будет завершена только благодаря российско-американскому соглашению, поскольку Сирия стала основным полем битвы для нее. «Хезболла» так или иначе связана военным и политическим образом с сирийским кризисом, альянсами и региональной повесткой дня.


Как показали факты и события войны в Сирии, ключи от войны и роли ее участников теперь находятся в руках Москвы и Вашингтона и подчиняются их пониманию ситуации. Любой подход к решению вопроса о роли вооруженных организаций и их присутствия на сирийской арене, включая «Хезболлу», также связан с консенсусом между двумя великими державами, а также с региональной позицией.


Перед тем, как премьер-министр Ливана Саад Харири подал в отставку, Америка, имевшая ограниченное военное присутствие в восточном регионе Сирии, непрямую не конфликтовала с ливанской «Хезболлой», чьи силы занимают большую часть сирийской территории. Однако она не скрывает своего желания открыть эту дверь конфронтации через региональных агентов, которые также желают этого противостояния, которое положит конец военной роли партии, будь то в Ливане или в регионе.


С другой стороны, Россия, прямо или косвенно связанная с «Хезболлой» в Сирии, вряд ли предоставит партии свою военную защиту или даже политическую поддержку в любой региональной войне, которая возможно разразится под американским руководством или даже с американским участием. Пределы отношений России со странами региона и с США до сих пор ограничены только Сирией, и любая конфронтация, которая выходит за рамки сирийской географии или сирийского вопроса, требует новых договоренностей и различных новых консультаций.


Нынешние договоренности в Сирии завершились сотрудничеством и консультациями между Вашингтоном и Москвой и их региональными союзниками для противостояния организациям, которые признаны странами как террористические. Москва противостояла этим организациям в самых напряженных регионах, в то время как США и их союзники поддерживали умеренные группировки и позволили им вернуться на сцену в качестве политических сил на местах, готовых вести переговоры.


Параллельно Москва в Астане выдвинула инициативу по созданию «зон деэскалации» конфликта. Это военная инициатива с политическим душком распределила роли между Вашингтоном, Москвой и региональными силами, вовлеченными в кризис. Наблюдение за установлением режима прекращения огня и работой по снижению напряженности привело к созданию атмосферы, способствующей политическому урегулированию.


Создание зон деэскалации — это переход от вооруженной конфронтации во всех ее проявлениях к этапу политического урегулирования, подготовленного различными игроками сирийского кризиса, который может закончиться, если им удастся ликвидировать вооруженные организации, которых считают умеренными или приемлемыми оппозиционными силами. Их рассматривают в качестве политических партнеров в любом будущем урегулировании кризиса.


Естественно, что дискуссия не должна ограничиваться только разоружением организаций, которые боролись с режимом и противостояли ему. Вместе с тем необходимо и разоружение других организаций, союзнических, и прежде всего «Хезболлы», как неотъемлемое условие для любого сбалансированного политического урегулирования.

 

Согласно этому сценарию перед «Хезболлой» будет стоять сложный выбор: отступить и вернуться в Ливан, оставив Сирию, где она заплатила высокую цену за обеспечение линий снабжения для продолжения взаимодействия со своим региональным союзником — Ираном или остаться в Сирии, препятствуя любому политическому урегулированию конфликта, которое может предложить международное сообщество, включая две основные державы: Россия и США.


По вопросу урегулирования сирийского кризиса «Хезболла» настаивает на сохранении своего присутствия в Сирии и поддержании своей военной силы и линий снабжения, что может стать прелюдией к краху альянса между Россией, с одной стороны, и Ираном и «Хезболлой», с другой. Таким образом, Москва окажется в противоречии со своими интересами, а также окажется "не в своей тарелке" из-за необходимости обеспечивать политическое прикрытие поставкам оружия и присутствию «Хезболлы» в Сирии.


Все признаки указывают на то, что дело о присутствии «Хезболлы» в Сирии и о расширении влияния Ливана переходит в кризисное состояние. Россия как на встрече президента Путиным и президента Трампом, так и на встрече Путина и короля Салмана бен Абдул-Азиза выражает свое беспокойство вместе с международным сообществом в отношении роли Ирана и «Хезболлы» в Сирии. Она понимает все детали этой ситуации, а это означает, что Россия может быть заинтересована в эффективном политическом давлении, которое приведет к выводу «Хезболлы» из военного уравнения не только в Сирии, но и в Ливане.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.