Шахматы? По мнению Гарри Каспарова, игра, в которую играют Трамп или Путин — это уж точно не шахматы. Ни трехмерные, ни какие-то еще. Но если бы они действительно решили разыграть партию, то, безусловно, победил бы российский президент, считает бывший гроссмейстер.

 

«Оба они терпеть не могут играть по правилам, так что это будет игра по принципу „кто кого первым обманет", — сказал мне Каспаров в интервью для Off Message, подкаста издания POLITICO. — Но в любой интеллектуальной игре я бы поставил на Путина, к сожалению».

 

На протяжении последних 10-ти месяцев Каспаров наблюдает за тем, как Трамп общается, взаимодействует с российским президентом, и считает, что Трамп играет на руку Кремлю, делая именно то, что тому нужно. Но, судя по всему, при этом не желает понимать, какие цели преследует Путин.

 

С предыдущими администрациями все обстояло иначе. Каспаров утверждает, что Джордж Буш-младший и Барак Обама неправильно понимали Путина и невольно помогали российскому президенту расширять свою власть. Но в каком-то смысле они также понимали и стратегическую угрозу, которую представлял собой Путин — как раз то, чего, по его мнению, не понимает Трамп. «Можно проиграть войну, даже при наличии явных преимуществ — военных, экономических, технических — если не признавать, что находишься в состоянии войны», — говорит Каспаров.

 

Трамп, по словам Каспарова, «действует в расчете на ближайшую перспективу, не особенно заглядывая вперед…. То, как он общается с миром, однозначно свидетельствует об отсутствии у него каких-либо стратегических расчетов».

 

И, прошу вас, не надо называть это шахматами.

 

«Когда я слышу что-то вроде того, что „Путин играет в шахматы, Обама играет в шашки", или, что еще и „Трамп играет в шахматы", я чувствую, что обязан защитить игру, в которую играю уже не один десяток лет. Игра в шахматы — это стратегическая игра. Разумеется, есть масса возможностей показать свои тактические навыки, но прежде всего — здесь необходима стратегия. Кроме того, шахматы — прозрачная игра, абсолютно прозрачная, — говорит Каспаров. — Ты знаешь, что есть у меня, я знаю, что есть у тебя. Таким образом, мы не знаем намерений соперника, но мы знаем те ресурсы, которые наш соперник может использовать, чтобы причинить нам вред».

 

В 1980-е годы Каспаров, наполовину еврей и наполовину армянин, завоевал международную известность, став в 22 года самым молодым в истории чемпионом мира по шахматам. Такие достижения на мировой арене сделали его на родине символом советской гордости. Спорт, по словам Каспарова, был «важным инструментом, позволявшим продемонстрировать интеллектуальное превосходство коммунистического режима над загнивающим Западом» — даже когда сам он начал ненавидеть коммунистический строй. Благодаря своей любви к шахматам он стал лучше разбираться в политике: он ездил по всему миру на шахматные турниры с 13 лет, и у него была возможность «увидеть разницу» между СССР и капиталистическими странами. Это политическое пробуждение еще больше укрепило его статус национального героя, и он пользовался своим положением, поддерживая борьбу за реформы и свободу в Советском Союзе в конце 1980-х и начале 1990-х годов.

 

Каспарова настолько обеспокоил возврат России к авторитаризму, что в 2008 году он попытался баллотироваться на пост президента России против Дмитрия Медведева, временно замещавшего Путина. Но ему было отказано в регистрации по «технической» причине. Он не смог выполнить формальное требование, позволявшее не допускать к участию в выборах оппозиционных лидеров. Официальной причиной отказа в регистрации было то, что он не провел съезд инициативной группы, выдвигавшей его кандидатуру, поскольку не арендовал подходящее для этого помещение. В итоге он бойкотировал выборы.

 

Сейчас Каспаров наблюдает за действиями Путина из своего дома в Нью-Йорке. Он разочарован тем, что он называет отсутствием у демократических сил геополитической стратегии — вроде той, что используется в шахматах. «Мы пока не видим таких политических лидеров, которые могут думать на перспективу, не ограничиваясь сроками своих полномочий, — говорит он. — В этом и состоит стратегия, поскольку демократия предполагает непрерывность, преемственность [власти]. А диктатору все равно, что будет после того, когда он уйдет, так что все дело просто в выживании».

 

Каспаров никогда не встречался с Путиным, но с самого начала относился к нему с подозрением. Вскоре после того, как президент Борис Ельцин в канун нового 1999-го года удивил весь мир, выбрав своим преемником своего премьер-министра, Каспаров в своей статье, опубликованной в газете The Wall Street Journal, предупредил, что это за человек. Одно лишь то, что Путин был офицером КГБ, было достаточной причиной для беспокойства, говорит Каспаров. Но это усугублялось еще и тем, что Путин назвал распад СССР катастрофой, а затем еще и «возродил» старый советский гимн.

 

Как и сейчас, говорит Каспаров, Путину придавало смелости то, что остальные страны почти не реагировали, когда он прибирал к рукам компании, наступал на свободную прессу и организовывал убийства политических оппонентов.

 

«Лидеры свободного мира делали вид или верили, что Путин может быть хорошим партнером, — говорит Каспаров. — Да, возможно, он и делал в России что-то такое, что они не одобряли, ну и что с того? Им было безразлично, потому что с ним можно было взаимодействовать на международной арене».

 

По словам Каспарова, Путин «обрабатывал» Джорджа Буша-младшего, действуя в лучших традициях КГБ — он разузнал, что тот является ревностным христианином, и придумал себе историю о том, что его самого крестили тайно, и он якобы тайно носил крест. А для Обамы, по словам Каспарова, он устроил представление, сделав вид, что ему надо заключить сделку по Сирии. Но «взаимопонимания, общей позиции не было, поскольку даже если Путин и делал вид, что хочет помочь в Сирии, он просто пользовался возможностью, а ухватиться за любую возможность у него получалось хорошо. И как только Обама создал вакуум, Путин сразу же этим воспользовался».

 

То, что Башар Асад удержался и никуда не ушел, мировая общественность, по мнению Каспарова, должна понимать следующим образом: «Путин этим показывает, что если вы будете держаться меня, я буду вас защищать — даже если США, самая могущественная страна на Земле, хочет, чтобы вы ушли».

 

А теперь — о Трампе. По словам Каспарова, у него самого, в отличие от большинства людей, была возможность наблюдать, как американские и российские СМИ параллельно освещали события во время избирательной кампании и после выборов. Серьезное отношение россиян к Трампу формировалось поэтапно. Сначала говорили, что кандидатура Трампа показывает, что вся политика может быть коррумпирована, затем начали говорить, что он повсюду сеет хаос, а затем заговорили о том, что хотя он и отличный парень, он никогда не победит, потому что система коррумпирована, и все основано на фальсификациях.

 

«Ну а потом началось массовое ликование, и можно было прочитать — иногда между строк, а иногда почти открыто — слова одобрения, когда Трампа восхваляли, как человека, который в отношениях с Россией все изменит, — говорит Каспаров. — Я не сомневаюсь, что Путин мечтал об очередной большой встрече в Крыму, о большой „Ялтинской встрече", на которой произойдет раздел мира».

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.