За последние семь лет сложной и дорогостоящей сирийской революции больше всего привлекает внимание, кроме конечно многочисленных страданий и жертв, большое количество встреч и конференций с лидерами политических, военных и гражданских оппозиционных сил. А также повторяющиеся заявления об объединении и реинтеграции, особенно среди военных фракций, что мы часто наблюдаем в средствах массовой информации.


Однако, к сожалению, все это происходило так, как будто это был просто пустой звук и не более того. Все заявления об объединении и все встречи, как показал опыт, в сущности ничего не могут изменить в отношениях разрозненной оппозиции из-за различий в намерениях и позициях, а многообразие их заявлений и взятых обязательств никаких образом не реализуется.


Таким образом, сирийская революция по-прежнему лишена политической сплоченности и продолжает страдать от разрозненности и соперничества в своих рядах, а иногда даже от боевых действий между сторонниками. Она по-прежнему страдает от отсутствия политической прослойки, которая бы стала представителем оппозиционной революции. Ведущие лидеры лишь конкурируют между собой в силу своей узколобости, а их зависимость от внешних факторов больше, чем их желание реализовать интересы сирийцев и цели революции.


В настоящее время в Эр-Рияде проходит большая конференция, в которой принимают участие представители большинства оппозиционных фракций, руководителей и видных оппозиционных деятелей, чья численность оценивается в 150 человек, что, конечно, является очень большим числом. Проблема заключается не только в количестве, там могло быть и 1500 участников, что могло бы способствовать укреплению демократии и представительства, но и в нынешней сирийской ситуации, которая свидетельствует о слабости формирования оппозиционных структур и низком уровне доверия между ними. Нет ничего важнее любой встречи или конференции с участием оппозиции, поскольку это является отправной точкой в контексте развития и приобретения опыта, если, конечно, конференция или встреча организована должным образом.


На конференции в Эр-Рияде и на других встречах, в Дохе и Стамбуле, задавались одни и те же вопросы. Зачем такое количество людей и что это значит? Они собираются ради выказывания всем уважения? Тогда кто «создал» это количество именно в таком виде? оно соответствует их критериям или расчетам? Есть ли кто-нибудь в сирийской оппозиции, кто бы работал над этим, зная, что никто в оппозиции не знает точного списка участников? Тогда почему многие видные фигуры с собственным мнением были убраны с более или менее представительской позиции, в то время как те, у кого нет роли, мнения, представительства или опыта, были вовлечены? Какова повестка дня? Где рабочие документы? Почему не перешли к публичным дебатам? Кроме, важнейших вышеперечисленных вопросов были и другие.


Во-первых, почему конференция в Эр-Рияде вызвала такой большой интерес из-за фракций, которые отказались или приняли участие? Следует обратить внимание, что от участия в «Эр-Рияде — 2» отказались те, кто ранее участвовал в «Эр-Рияде — 1», поскольку оппозиционные фракции уже знают, что любая конференция является лишь пустой формальностью. На самом деле нет никаких переговоров, о чем свидетельствуют следы Женевы и Астаны, где крупные державы продемонстрировали свой контроль за ходом сирийского конфликта.


Во-вторых, как участники «Эр-Рияд — 1» и коалиция согласились с решением, принятым на конференции в Астане, которое подорвало единство представительства оппозиционных сил после того, как они его отвергли из-за страха перед попытками России навязать его в качестве альтернативы переговорам в Женеве?

 

Надписи на башнях: оппозиция, силы режима​

 

В-третьих, почему не было массы оппозиционных деятелей (около 100 или 50 человек), которые призывали бы к организации учредительного собрания без связи с каким-либо государством, чтобы привести к консенсусу революционные фракции и восстановить основные цели революции (например, свержение правящего режима), и дать сирийскому народу возможность восстановить свои права, свободу, достоинство и создать государство равноправных граждан и демократических свобод на основе институтов, права и передачи власти в качестве основы для любого переговорного процесса?


В-четвертых, кто те люди, что ушли с конференции в Эр-Рияде на конференцию в Сочи, которую Россия собирается организовать в начале следующего месяца после саммита президентов России, Турции и Ирана?


Мысль здесь заключается в том, что оппозиционные круги часто, к сожалению, больше сосредотачиваются на личной конкуренции, чем на решении национального вопроса. Они фокусируются на формальностях и второстепенных деталях за счет важных вопросов, которые действительно имеют значение. Они действуют в соответствии с собственными расчетами или в зависимости от своих намерений, а не выполняют предполагаемые обязательства по отношению к революции, своим людям, их жертвам и страданиям.


В любом случае, после Эр-Рияда скорей всего все останется как прежде. Но, после Сочи все будет уже не так как прежде. Поэтому мы надеемся сохранить некоторую энергию и ясность после Сочи ради безопасности сирийской революции и на благо сирийского народа.

Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.