Во время своей ежегодной пресс-конференции Владимир Путин отверг предположения о сговоре между Россией и предвыборным штабом Дональда Трампа, назвав их «придуманными».


«Все это придумано людьми, которые находятся в оппозиции к Трампу для того, чтобы придать его работе нелегитимный характер», — сказал российский президент в ответ на вопрос о многочисленных контактах между российскими официальными лицами и членами команды Трампа.


«Эти люди как будто не понимают, что наносят ущерб внутриполитическому состоянию страны, обескровливая возможности избранного главы государства. Это значит, что они без уважения относятся к избирателям, которые за него проголосовали».


В ходе этой пресс-конференции были затронуты как серьезные геополитические вопросы, так и проблемы местного уровня. Журналисты задавали вопросы, касающиеся подробностей конкретных проектов по строительству дорог в отдельных регионах, урожая зерна и законности прикрепления GPS-трекеров к коровам.


Путин также выступил с критикой в адрес американских политиков за то, что они сначала демонизируют Россию, а потом ждут от нее помощи в таких вопросах, как ядерная программа Северной Кореи. Кроме того, он отметил, что обвинения в реализации государственной допинговой программы в российском спорте — обвинения, в результате которых российской сборной запретили принимать участие в Зимних Олимпийских играх 2018 года — вполне могут оказаться выдумкой США.


Путин усомнился в честности разоблачителя этой программы Григория Родченкова, добавив, что, вполне возможно, ФБР дает Родченкову какие-то препараты. «Он работает под контролем американских спецслужб. Что они там с ним делают? Какие они ему дают препараты, чтобы он говорил то, что нужно?» — спросил он.


Некоторые вопросы были согласованы с кремлевской пресс-службой заранее. Другие вопросы задавались журналистами, державшими в руках плакаты, флажки и другие предметы, которыми они размахивали в надежде привлечь внимание Путина. В этом году самым эмоциональным стал вопрос о ценах на рыбу, заданный человеком, который признался в том, что он притворился журналистом, чтобы попасть на пресс-конференцию, и что на самом деле он является директором рыбокомбината.


Следующие президентские выборы пройдут в России в марте 2018 года, и недавно Путин заявил о том, что он будет баллотироваться на этих выборах. Вероятнее всего, он останется еще на один шестилетний срок, однако его предвыборная кампания пока еще не началась, и он не смог дать четкого ответа на вопрос о своем предвыборном манифесте.


«Развитие инфраструктуры, здравоохранение, образование, это, как я уже сказал, высокие технологии, повышение производительности труда, — ответил он. — Повторяю, сейчас, наверное, не тот формат, когда можно ее [программу] презентовать».


Путин объявил о том, что он будет баллотироваться в качестве независимого кандидата, а не в качестве кандидата от прокремлевской партии «Единая Россия», рассеяв одну из немногих интриг, которые пока окружают эти выборы.


Большинство представителей российского правящего класса являются членами «Единой России», но, дистанцировавшись от этой партии, Путин попытается позиционировать себя как лидера, находящегося над той борьбой, которая ведется в рядах коррумпированной политической элиты.


Когда его спросили о том, не скучно ли ему от того, что в стране нет политической конкуренции, Путин ответил, что главная проблема оппозиции заключается в отсутствии четкой политической программы. Как обычно, он не стал упоминать имени Алексея Навального — оппозиционного политика, который открыл свои предвыборные штабы во многих российских городах и который за день до этого представил свою предвыборную программу.


Ксения Собчак, светская львица, ставшая журналисткой, которая хочет принять участие в выборах на либеральной платформе, тоже присутствовала на пресс-конференции Путина. Она спросила президента, почему Навальному запрещают участвовать в выборах.


«Неужели власть боится честной конкуренции?»


Отвечая на этот вопрос, Пути сравнил Навального с бывшим президентом Грузии Михаилом Саакашвили, которого обвиняют в попытках разжечь восстание на Украине. Однако Путин так и не назвал Навального по имени.


«По поводу персонажей, которых вы упомянули. Уже ставили здесь вопрос про Украину. Вы хотите, чтобы у нас по площадям бегали десятки таких, извините, Саакашвили? Вот те, кого вы назвали, это Саакашвили, только в российском издании. И вы хотите, чтобы такие Саакашвили дестабилизировали ситуацию в стране? Вы хотите, чтобы мы переживали от одного майдана к другому? Чтобы у нас были попытки государственных переворотов? Мы все это уже проходили. Вы что, хотите все это вернуть? Я уверен, что абсолютное, подавляющее большинство граждан России этого не хочет и этого не допустит», — сказал он.


Среди множества легких вопросов попадались и более сложные. К примеру, одному украинскому журналисту дали возможность задать его довольно резко сформулированный вопрос, касающийся действий России на востоке Украины (в это время российские журналисты кричали ему «позор» и «провокатор»). Татьяна Фельгенхауэр, журналистка, работающая на либеральной радиостанции «Эхо Москвы», которая ранее в этом году чуть не погибла в результате нападения на нее, задала вопрос о выборочной природе юридической системы.


Однако, поскольку никаких дополнительных вопросов не последовало, российский президент сохранял невозмутимость. В какой-то момент Путин заставил журналиста сесть и отдать микрофон.


«У нас сейчас с Вами не дискуссия, у нас вопрос и ответ», — сказал он.


Эти заданные журналистами сложные вопросы, вероятнее всего, станут самыми тяжелыми для Путина вопросами перед выборами. Но большая часть этой пресс-конференции была довольно скучной и формальной, и ей не хватало той искры, которая прежде была характерна для подобных встреч Путина с журналистами.


Эта пресс-конференция стала иллюстрацией центральной дилеммы его предвыборной кампании: как спустя 18 лет правления Путина Кремль может сделать ситуацию интересной, не рискуя при этом потерять контроль над ней?