Часть 3. После падения Берлинской стены в ноябре 1989 года идея общего европейского дома, выдвинутая в том же году Михаилом Горбачевым, тогдашним секретарем Коммунистической партии СССР, казалась выполнимой. Почти тридцать лет спустя континент возвращается к схеме противоборствующих блоков, которые, как полагали многие, навсегда остались в прошлом. Мы наблюдаем за противостоянием русского и евроатлантического мира, оказавшегося заложником обоюдной демонизации, в котором нации разделены как никогда ранее.


«Курье де Рюси»: Россия считает, что у ЕС нет своей независимой внешней политики, что его дипломатия служит американским интересам на континенте…


Рено Жирар: У европейцев нет общей внешней политики. Это очевидно, потому что их мнения разделились по многим важным вопросам, таким как, например, вторжение США в Ирак в 2003 году. Страны Восточной Европы легко подчиняются США. У нас нет и общей торговой политики, потому что некоторые из нас начали продаваться Китаю.


После приобретения немецкой компании по производству промышленных роботов Kuka, Эммануэль Макрон и Ангела Меркель попытались принять контрмеры, чтобы предотвратить технологическое разграбление наших компаний Китаем. Все «маленькие» страны, такие как Португалия, Греция и восточные страны, в которые Китай вкладывает значительные средства, выступили против этого.


Европа не смогла также противостоять судебному и финансовому господству США. Она не стала защищать Францию, когда в 2014 году банк "БНП Пари Ба" был приговорен судом в Нью-Йорке к штрафу в размере 9 миллиардов долларов, несмотря на то, что банк не нарушил ни одного французского и европейского закона. На самом деле банк нарушил законы США об эмбарго против Ирана, Кубы и Судана.


Европейцы подчинились американскому праву


Европа никак на это не отреагировала, хотя это было возможно. Жозе Мануэл Баррозу, в то время энергичный председатель Европейской комиссии, мог вызвать босса «Голдман Сакс» (американского банка, который в 2016 году нанял того же Баррозу в качестве советника) и сказать ему: «Мой дорогой друг, у меня с вами небольшая проблема. Вы помогли правительству государства-члена ЕС подтасовать государственные счета (речь идет о Греции) и это серьезное мошенничество. Вследствие этого мы приговорим вас к штрафу в размере 25 миллиардов долларов. Если вы не хотите платить, ничего страшного, но теперь вам, а также всем банкам, сотрудничающим с вами, будет запрещено работать на территории ЕС.


Возможно, тогда американцы подумали бы, прежде чем штрафовать банк «БНП Пари Ба». Но мы ничего не сделали. Сегодня, столкнувшись с господством и экстерриториальностью американского права, европейцы оказались в разобранном состоянии. Иными словами — они подчинились. Отныне в юридических департаментах крупных французских компаний применяется американское право. Это унизительно и это опасно для отраслей нашей промышленности, и это регрессия с политической точки зрения. Такое впечатление, что мы забыли о независимости, которая была восстановлена ​​ генералом де Голлем. Эта тенденция насаждения американского права во Франции настолько вопиюща, что теперь даже заядлые атлантисты, которые публично поддерживали вторжение США в Ирак, теперь говорят: «Остановитесь, это уже чересчур!»


Мы должны поддерживать с Россией связи во всех областях


— Как можно, в таких условиях, убедить Россию вернуться в европейскую семью?


— В первую очередь мы должны начать проводить политику «малых шагов». Нужно восстановить доверие. Прогресс в вопросе Донбасса, без сомнения, позволит снять или, по крайней мере, смягчить санкции. Я думаю, это довольно легко. Этого можно добиться, объявив общую амнистию. По примеру той, которая была объявлена Францией, чтобы прекратить войну в Алжире, несмотря на то, что преступления были совершены с обеих сторон. Нужно также организовать свободные выборы и предоставить соответствующим регионам определенную автономию.

 

Большинство людей в Донбассе не хотят говорить на украинском языке, на котором они никогда не говорили. Нелепо просить жителей Луганска и Донецка говорить на языке, которого они не знают. Они по-прежнему имеют право говорить на русском языке! В конечном итоге Москва должна позволить Киеву вернуть свой контроль на Донбассе.


— А что будет с Крымом?


— В ближайшие 20-30 лет проблема Крыма решена не будет. Возможно, придется еще раз спросить жителей этого региона, чего они действительно хотят. Иногда, в международной дипломатии, нужно уметь «раскладывать проблемы по полочкам».


Наладив дипломатию «малых шагов», мы должны восстановить более глубокое сотрудничество по другим вопросам. Я приведу вам пример, который не касается России, но иллюстрирующий дипломатические шаги, которые мы должны предпринять.


Генерал де Голль не поддержал войну, которую Израиль вел в 1967 году. Затем он проголосовала за резолюцию в ООН, требуя, чтобы вооруженные силы еврейского государства ушли с территорий, которые они только что оккупировали. Этого до сих пор не произошло.


Следовательно, у Франции и Израиля существуют весьма серьезные разногласия. Но, вместе с тем, Израиль — дружественная нам страна. Мы голосовали за создание этого государства, мы помогли ему выиграть войну за независимость, мы даже дали ему атомную бомбу!


Тем не менее, мы по-прежнему считаем, что урегулирование палестино-израильского конфликта является делом двух государств. Необходимо отметить, что нынешнее израильское правительство ничего не делает для того, чтобы существовало жизнеспособное арабское государство. Но это к счастью не мешает нам иметь политические связи с Израилем и осуществлять совместные программы сотрудничества: академические, экономические и даже военные.


При этом мы поддерживаем отношения со всеми арабскими странами, и с теми, кто признает, и с теми, кто не признает Израиль. С Россией приблизительно такая же ситуация. Мы выступаем за территориальную целостность Украины в рамках соблюдения международных соглашений, но мы должны продолжать диалог и поддерживать связи с Москвой во всех областях.


На решение украинского кризиса потребуется время. В этом конфликте погибло слишком много людей, примирение будет трудным, более десяти тысяч погибших, это огромное количество! Но в дипломатии, как и в обычной жизни, не все черное или белое.


Мы не можем сказать России: если вы согласитесь оступиться от Украины, мы вернемся к нашим прежним отношениям. Это ни к чему не приведет. В 60-е годы франко-российские отношения значительно улучшились после визита генерала де Голля в Москву, хотя было много разногласий. В частности, в отношении Германии. Франция отказалась признать ГДР. Это не помешало нам наладить программы сотрудничества между нашими двумя странами, и это не помешало генералу де Голлю выразить свое политическое видение: Европа от Атлантики до Урала.


Похоже, Франция вернулась к реалистической дипломатии


— Идея о единой Европе от Атлантики до Урала еще осуществима?


— Она будет реализована. Я думаю, что Макрон это понял. Его приглашение Владимира Путина в Версаль — очень серьезный шаг. Я встречался с Путиным во время его визита в новый российский культурный центр в Париже, сразу после того, как его принял Эммануэль Макрон. Мне показалось, что Макрон произвел на него благоприятное впечатление.


Мне кажется, что Макрон стремится вернуться к реалистической дипломатии, которая воспринимает реалии такими, какие они есть, что, лично я, приветствую. Мы должны отказаться от менторской роли Франции. Если Франция хочет иметь влияние, пускай она покажет пример, а не безапелляционно дает уроки по правам человека.


Реальность заключается в том, что Россия Владимира Путина — великая страна с великой историей, и что сегодня с ней считаются не только в Европе, но и во всем мире.