США, Турция, Россия и Иран. Все страны имеют свои интересы в событиях, разворачивающихся в последнюю неделю на северо-западе Сирии.


С прошлой пятницы Турция осуществляет наземную и воздушную операцию против контролируемой курдами провинции Африн, чтобы подавить курдские отряды самообороны YPG, которые турки считают террористами и которые борются за создание в Турции курдской автономии еще с 1984 года.


YPG дистанцировались от Рабочей партии Курдистана PKK, и США оказали им военную, и экономическую поддержку.


Вместе с Сирийскими демократическими силами курды были союзниками США в борьбе с ИГИЛ (террористическая организация, запрещена в РФ, — прим. ред.).


Но открытая поддержка тех, кого Турция считает террористической организацией, сейчас привела к конфронтации между двумя союзниками по НАТО.


Почему сейчас?


Военное наступление Турции началось сразу же после того, как США сообщили, что собираются обучать армию, насчитывающую 30 тысяч солдат, и находящуюся в приграничном районе между двумя странами. Целью является гарантировать невозможность возрождения ИГИЛ.


Правительство Сирии, избегающее конфронтации с курдами, заявило, что это нарушение суверенитета страны, а президент Турции Эрдоган заявил, что турецкие войска готовы «разгромить» «рассадник терроризма» вдоль границы страны, начал атаку на Африн и пригрозил продолжить все до Манбиджа, где размещен американский контингент.


Курды призвали президента Сирии Башара Асада вмешаться и поддержать их, но он пока хранит молчание.


У кого какие интересы в конфликте?


Мы попросили преподавателя Института культура и глобальных исследований в Университете Олборга Сёрена Шмидта (Søren Schmidt) и Якоба Линдгорда (Jakob Lindgaard), исследователя из Датского института международных исследований (DIIS), специализирующихся на таких темах, как курды и Турция, оценить интересы, которые преследуют в конфликте разные страны.


Турция


Президент Реджеп Тайип Эрдоган ясно дал понять, что хочет прикончить сирийско-курдское ополчение YPG. Но для Эрдогана важно также и позиционировать себя во внутренней политике.


Якоб Линдгорд отмечает в этой связи следующее.


«Если говорить просто, это прелюдия к выборам. После того, как Эрдоган чуть было не лишился власти на выборах в июне 2015 года, он вновь завоевал власть уже в ноябре, сменив мирный процесс с курдами на жесткий курс по отношению к ним».


«Антикурдская линия — главный элемент в турецкой разновидности национализма, которую олицетворяет Эрдоган, который начал укреплять свои позиции и обрел поддержку в Турции благодаря успехам курдов в Сирии, а также по причине фрустрации, вызванной многочисленными сирийскими беженцами в Турции.


Сёрен Шмидт: «Надо понимать, что Турция находится в состоянии войны с Рабочей партией Курдистана, и что там не хотят, чтобы непосредственно по другую сторону границы возникла бы территория, контролируемая PYD/YPG».


«США сейчас развернулись и решили усилить этот район, преследуя более долгосрочные цели: контролировать границу с Турцией. Это спровоцировало турок, потому что речь больше не идет о победе над ИГИЛ».


США


В начале недели госсекретарь США Рекс Тиллерсон призвал Турцию снизить активность в Африне, признав вместе с тем озабоченность турок по поводу пограничной территории.


Сёрен Шмидт: «США решили не объединяться с Турцией, они предпочли объединиться с курдами».


«Для США главное, чтобы Иран не смог консолидироваться в регионе и не смог навредить Израилю. В политике США сильна антииранская направленность, поэтому они пошли на то, чтобы встать между Израилем и Ираном, но одновременно оттолкнули своего естественного союзника Турцию и бросили ее в объятия России.


Россия


Якоб Линдгорд: «Россия давно поддерживает курдов и далеко зашла, поддерживая их. Тем не менее, может быть несколько причин, по которым русские вывели своих военных советников и тем самым предоставили Турции в Африне свободу действий».


«Большой выигрыш для России заключается в том, что она заставляет две крупные страны НАТО играть друг против друга и пытается представить США самой большой угрозой миру в Сирии, потому что те поддерживают курдов».


«Помимо этого в Идлибе, который до сегодняшнего дня поддерживали турки, существуют вооруженные исламистские и откровенно критически относящиеся к режиму группы. С ними хотят разделаться как Россия, так и Асад, и вполне можно предположить, что такая возможность сейчас представится. И, наконец, появится возможность заставить Эрдогана прекратить критиковать Асада».


Сирия


Якоб Линдгорд: «Башар Асад во многом марионетка, идея о сирийской оппозиции практически прекратила существование. Территорию контролируют Иран, Россия, Турция и США».


«Но может статься, что курды в Африне в конце концов согласятся на то, чтобы контроль перешел к Асаду, потому что в таком случае он станет меньшим из двух зол, ведь альтернативой является Турция. Но для этого необходимо одобрение Москвы, и неясно, пойдет ли на это Турция».


Сёрен Шмидт: «Русские сейчас продали Африн Турции, но это не значит, что с курдами покончено, потому что нужен новый баланс. Курды зависят от отношений с Россией».


«Россия заинтересована в более децентрализованной Сирии, где могли бы что-то сказать и мятежники, и курды. Асад все время противился этому, ему хотелось бы, чтобы в Сирии было централизованное правление. И наоборот: он не заинтересован в том, чтобы сирийский Курдистан поддерживали США».