Фридрих Шмидт (Friedrich Schmidt) пишет в немецкой «Франкфуртер алльгемайне цайтунг» (Frankfurter Allgemeine Zeitung) об ориентирах Путина как президента:


«За что сейчас выступает Путин, хорошо видно на примере даты недавних президентских выборов — 18 марта, четвертая годовщина аннексии украинского полуострова Крыма: понятие национального величия, нападки на соседей, внутренних и внешних врагов стоят больше, чем мирное сосуществование и экономическое развитие».


«Путин поставил Россию в мире на позицию аутсайдера, который мстит за оскорбления. Правительство в Москве и средства массовой информации сформировали пропагандистский аппарат, который (…) всегда упрекает Запад в русофобии. Путин в этой картине возникает как спаситель России и мститель».


В швейцарской «Нойе цюрхер цайтунг» (Neue Zürcher Zeitung) Маркус Акерет (Markus Ackeret) рассуждает в статье «За путинской инсценировкой власти скрывается ее хрупкость» о Путине как о царе:


«Путин — не царь. Он любит изображать себя популярным правителем, однако редко стремится стать ближе к своим подданным: демонстрирует силу, которую еще должен излучать в свои 65 лет, с расстояния — в русской дикой природе или на хоккейном поле в окружении телохранителей и придворных».


«Церемония инаугурации в московском Кремле вдохновлена восшествием на престол царей, которые еще были непосредственно связаны с богом и православной церковью. (…) Однако Путину за все эти годы не удалось укрепить доверие граждан к государству и его структурам — власти, органам безопасности, юстиции. (…) Единственный, кто считается более или менее честным и заслуживающим доверия, — сам Путин».


Корреспондент «Швейцарского радио и телевидения» (SRF) в России Давид Науэр (David Nauer) рассказывает о том, как в этом году организована церемония инаугурации и почему:


«Обычный рабочий день, весенняя погода. Для россиян и россиянок это не политический день. За 18 лет все привыкли к Путину у власти. Так что этот день инаугурации не представляет собой ничего особенного».


«В отличие от прошлого раза, все проходит внутри Кремля, за стенами этой старинной крепости — центра политической власти в России. В прошлый раз Путин выезжал в город с большим кортежем. По телевизору показывали пустые улицы. Это была не лучшая картина: царю будто бы пришлось очистить город от жителей, прежде чем в него вступить. Снова показывать такое он не хотел. И поэтому, насколько мне известно, программа ограничилась выступлением Путина перед избранной аудиторией в Кремле».


В статье «Путин стал президентом в четвертый раз: принес присягу в Золотом зале Кремля» журналист финской «Юле» Мария фон Крэмер (Maria von Kraemer) пишет:


«Президент Путин стоит перед большими экономическими вызовами. Для российского народа экономика в последние годы стагнирует. В марте Путин сказал в своей программной речи, что российской экономике нужен прорыв, иначе суверенитет страны окажется под угрозой. Но вопрос о финансировании обещанных реформ остается открытым».


Карл Фрид Клеберг (Carl Fridh Kleberg) заглядывает далеко в будущее в статье на сайте «Шведского телевидения» (SVT):


«Во-первых, очевидного преемника нет. Сам Путин никогда не давал понять, что у него на примете есть кронпринц или кронпринцесса, которые его сменят. Вдобавок нет и оппозиции, у которой был бы шанс выиграть выборы».


«Важно отметить, что Путин в России популярен. Это называют пассивной поддержкой. Он не вызывает восторгов, но многим россиянам нравится Путин и его политика. Прежде всего, он — национальная икона, символ более сильной России в мире».


В норвежской «Верденс ганг» (VG) Хальвор Бьёрнтведт (Halvor Bjørntvedt) и Оле Кристиан Стрём (Ole Kristian Strøm) сравнивают сегодняшнюю ситуацию с инаугурацией Путина 2012 года:


«Ожидалось, что четвертая инаугурация будет более скромной, чем шесть лет назад (…). Путин прибыл в новом российском лимузине — первом произведенном в России за многие годы».


«И в 2012 году царило беспокойство. В последние дни в России проходили общенациональные демонстрации. В крупных городах полиция проводила массовые задержания демонстрантов, собравшихся под лозунгом „Путин нам не царь"».


«Большинство россиян прежде всего рады, что Путин снова сделал Россию сверхдержавой, однако критикуют социальную политику и распределение собственности. „Он — просто-напросто очень популярный лидер. Оппозиции удается мобилизовать сторонников, когда она надавливает на больные места, главным образом это экономическое неравенство и коррупция, но потенциал не особенно велик", — комментирует эксперт Норвежского института внешней политики Юлие Вильхельмсен (Julie Wilhelmsen)».